Александр Потупа - Открытие Вселенной - прошлое, настоящее, будущее

С середины 5 века на империю Гуптов обрушивается волна центральноазиатских кочевников — так называемых белых гуннов, а в начале 10 века арабы захватывают Синд (область дельты Инда) и часть Пенджаба. Огромными усилиями североиндийские государства сумели добиться тогда равновесия с завоевателями.

Истинное бедствие приходит позже — в 10–12 веках, когда после полуторастолетних опустошительных набегов тюрков из Афганского эмирата Индия терпит сокрушительное поражение в борьбе с войсками Мухаммеда и на 6 веков попадает под власть мусульман. Великое разорение принес в конце 14 века Тимур, буквально затопивший кровью Делийский султанат. Обессиленная и раздробленная к середине 17 века, Индия попадает под английское колониальное владычество после неудачных попыток отстоять независимость в сражениях при Плесси и Буксаре…

Такая цепочка трагических событий неплохо объясняет причины заметного отставания Индии в познавательной и технологической сферах. Немалую роль в этом отставании сыграли и мировоззренческие традиции — непрерывное, век за веком, наслоение религиозных систем с более или менее развитыми космологическими представлениями. Социальная нестабильность и условия оккупации не способствовали исследовательской активности, а религиозные системы (прежде всего, индуизм) костенели и ужесточались в борьбе за самосохранение. В сущности, очень схожие процессы имели место, например, в Испании в связи с Реконкистой, где католичество приняло предельно жесткую форму, и на Руси, где православное христианство в период татаро-монгольского нашествия также ожесточилось, выступая как один из важнейших объединяющих элементов народного сопротивления. Разумеется, эти процессы во всех случаях отрицательно сказывались на прогрессе мировоззрения.

Несколько иные, хотя и близкие по итогам, явления происходили в Китае.

После нашествия кочевников в 316 году, образовавших целых 16 царств, китайцы сумели оправиться и в период Танской и Сунской династий испытали значительный подъем. Мощная государственная система, пронизанная характерным рационализмом во всех сферах жизни, включая религию, казалось бы, служила залогом грядущего лидерства китайской цивилизации. На рубеже 2 тысячелетия здесь появляется огнестрельное оружие, которое через арабов и монголов лишь в 13–14 веках приходит в Европу. В широких масштабах ведется ирригационное и городское строительство.

Распад Сунской империи ослабил Китай, и северная династия Цзинь не выдержала натиска Чингисхана. К 1279 году вся страна оказалась под властью монгольских завоевателей. Захватившая императорский трон монгольская династия Юань просуществовала около 100 лет, на смену ей пришла династия Тай Мин, и почти 300-летний период ее власти позволил Китаю не только залечить последствия монгольского нашествия, но и заметно укрепиться. Началась колониальная экспансия китайцев, самое известное ее событие морские походы адмирала Чжен Хэ на Яву, Суматру, Цейлон и в другие земли, вплоть до стран Персидского залива.

В середине 17 века в Китай пришли маньчжурские завоеватели, однако их династия быстро ассимилировалась, приняв конфуцианство, и даже весьма способствовала развитию китайской культуры — в первую очередь литературы.

Но, видимо, идеи о бесспорном преимуществе древнейшей цивилизации перед более молодыми соседями и отсутствие интереса к развитию техники, характерные для большинства владык великой азиатской страны, рано или поздно должны были сыграть свою губительную роль[39]. И в середине 19 века в результате двух Опиумных войн и восстания тайпинов, унесших 20 млн. человеческих жизней, Китай резко ослабляется и попадает в полуколониальную зависимость от крупных европейских держав, а вскоре и от Японии.

Средние века — путь к науке

Попробуем выяснить, как в недрах мрачного Средневековья постепенно складывался новый тип мышления, породивший в 16–17 веках науку Нового Времени.

Естественнонаучные и, в частности, астрономические достижения Средневековья традиционно и вполне справедливо считаются крайне ограниченными. Это вполне понятно, если учесть, что в многосотлетней чехарде насилий, грабежей, голода и эпидемий человеку было не столь уж важно уточнять законы движения светил, а более всего хотелось вырваться на просторы светлой и спокойной райской жизни, которую сулила в загробном варианте, например, христианская церковь.

С другой стороны, в странах христианского и исламского мира сложилась уникальная познавательная ситуация. Как мы помним, библейская картина Вселенной была крайне проста и лаконична. Принципиальный момент заключался лишь в признании того, что наблюдаемый мир был сотворен Богом в течение одной рабочей недели и в определенной последовательности. По поводу структуры небес и строения вещества почти ничего конкретного Ветхим Заветом не навязывалось. Ничего в этом плане не добавляли и более поздние книги Евангелия, послания апостолов, Апокалипсис и Коран — они ориентировались в сугубо этико-социальном направлении.

В период укрепления христианской церкви одной из важнейших задач становится разработка соответствующей картины мироздания. И она практически целиком заимствуется из эллинской философии. Отцы новой мировой церкви ищут детали космоса в традициях той культуры, на которой они возросли.

Такое сочетание эллинской и библейской традиции — длительный процесс, тем более что его истоки относятся к периоду ожесточенной борьбы христианства с многообразными хитросплетениями культов Римской империи. Многие античные центры просвещения и бесценные рукописи гибнут в этой борьбе.

К началу 8 века Западная Европа изолируется от основных очагов эллинистической культуры — Греции, входившей в состав Византийской империи, Северной Африки и Западной Азии, попавших под власть арабского Халифата.

Лидерство переходит к арабам, которые с большим пиететом относятся к античному наследию. Уже в 8–9 веках культура Халифата входит в пору расцвета. Повсеместно возникают центры просвещения — «дома мудрости», обсерватории, высшие школы в Кордове (755 г.), Багдаде (795 г.), Каире (972 г.) — прообразы университетов. Наряду со старыми центрами школы развиваются и в новых городах, среди которых выделяется Багдад, заложенный в 762 году и очень быстро превратившийся в город с миллионным населением. В конце 9 века Ибн Курра завершает перевод на арабский язык евклидовых «Начал» и ряда трудов Архимеда. Переводятся Аристотель, Птолемей и многие другие древние авторы. Эта деятельность — одна из важнейших заслуг арабских ученых, очень многие тексты дошли до потомков только в арабском переводе.

Больших успехов добилась арабская математика — фактически была создана тригонометрия, развиты сферическая геометрия и алгебра. Немалую роль сыграли здесь контакты с Индией. Такие достижения, как «арабские цифры», были заимствованы у индусов и через арабские трактаты попали в Европу. Бесспорны достижения арабов в физике — прежде всего в разработке теории взвешивания тел и решении некоторых оптических задач.

В области астрономии арабы заметно повысили точность наблюдений и описания данных, активно применяя к исследованию небесных движений элементы сферической геометрии. Они разработали более подробную схему определения координат небесных тел, что впоследствии способствовало пересмотру птолемеевой системы. Собрания таблиц и расчетных правил сферической геометрии — зиджи, из которых около 100 сохранилось, — наряду с переводами работ индийских астрономов заметно расширили астрономический плацдарм античности.

Особую роль сыграли усилия Ибн Юнуса, создателя каирской обсерватории (1004 г.), построившего подробные таблицы движения Солнца, Луны и планет. Ему же принадлежит заслуга в уточнении угла наклона эклиптики.

Великий поэт и математик Средневековья Омар Хайям (1048–1122), работавший в Самарканде, а потом в исфаханской обсерватории, стал, видимо, первым ученым, усомнившимся в единственности евклидова постулата о параллельных.

Своеобразным венцом средневековой астрономии стала деятельность Муххамеда Тарагая Улугбека (1394–1449). Его судьба — ученого и политика по-своему уникальна. Улугбек, внук легендарного Тимура, в 15 лет стал правителем Самарканда, а после смерти своего отца Шахруха возглавил род Тимуридов, объединив престолы Самарканда и Хорасана. Многие цари Востока и Запада в той или иной степени увлекались небесными проблемами, были среди них и вполне профессионально работающие ученые, но, пожалуй, лишь Улугбеку удалось сочетать сорокалетнее правление крупным и отнюдь не спокойным государством с не менее длительной самоотверженной научной работой, работой, ставшей одной из вершин мировой астрономии. В 1430 году он создал лучшую для своего времени обсерваторию, можно сказать, целый космологический институт. Там Улугбек вел систематические наблюдения, составлял таблицы движения планет, растил достойных учеников. Но главное в обсерватории он готовил свое лучшее творение «Новые астрономические таблицы», где были суммированы античные и средневековые представления о Вселенной и приведен каталог на 1018 звезд, каталог, непревзойденный по точности вплоть до конца 16 века — до работ Тихо Браге.