Владимир Львов - Фабриканты чудес

Или вот гипотеза историко-политическая: «У нас есть веские данные (!) полагать, что Рихард Зорге не умер, что он не был повешен в 1944 году, но его обменяли на другого секретного агента… Мы убеждены (!), что Рихард Зорге жив, и под его руководством были устроены беспорядки, помешавшие в 1954 году президенту Эйзенхауэру посетить Японию…» («Планета», 1963, № 21, стр. 35).

Тут, как говорится, комментировать нечего. Замечу лишь, что авторы этих шалостей пера изобрели для своего, с позволения сказать, литературного жанра название отменно звучное — «фантастический реализм». Но даже сдержанный в выражениях обозреватель солидной буржуазной газеты «Монд» предпочел дать этому «жанру» несколько иную характеристику: «влечение к сенсациям довольно дурного вкуса»!

И напоследок «гипотеза», достигающая уже высот дерзания, поистине непревзойденных. Гипотеза принадлежит перу самого господина Бержье и напечатана в «Новой планете» за 1971 год. Говорится об известном астрономическом событии, происшедшем 30 июня 1908 года в бассейне реки Подкаменная Тунгуска в Сибири. Там, как знает сегодня каждый школьник, наблюдался сильный взрыв, поваливший деревья в тайге на многие десятки километров в окружности. И было замечено проникновение в атмосферу неизвестного космического тела. Исследователи многих стран, тщательно изучавшие обстоятельства этого события, пришли к обоснованному выводу, что 30 июня 1908 года имела место встреча Земли с ядром небольшой кометы. Впрочем, этой темой занимались также писатели: фантасты, которым больше нравилась мысль о том, что в атмосфере взорвался потерпевший аварию космический корабль, прибывший с далекой звезды… Жак Бержье развивает эту «гипотезу» в другом направлении.

«Тунгусский взрыв, — пишет он, — вероятнее всего (!) имел земное происхождение… Русские политические ссыльные в Сибири пользовались в 1908 году определенной свободой действий. Они могли располагать научными лабораториями и вести научные исследования… Группа этих ссыльных не могла ли открыть простой (!!) способ освобождения атомной энергии? И не произвела ли она взрыв на большой высоте, например, в корзине воздушного шара? Такой взрыв гигантской силы должен был уничтожить самих экспериментаторов…»

«Может, конечно, — продолжает Бержье, — показаться противоречащей здравому смыслу мысль о том, что кучка сибирских бродяг устроила ядерный взрыв. Однако все заставляет (!) меня считать, что отнюдь не невозможно изготовить водородную бомбу в обычной печи (!!) и что древние алхимики знали секрет этой процедуры. Секрет, который, вероятно, был вновь найден в 1908 году гениальными отверженцами…»

Бред, скажете вы. Горячечный бред, по сравнению с которым все истории барона Мюнхгаузена, Хлестакова и Тартарена из Тараскона кажутся незамысловатым лепетом.

Но в этом бреде, — отмечают наши французские друзья, — есть своя система.

Машина «научной» дезинформации под маркой «Планета» и K° действует давно испытанным методом. Сваливаются в одну кучу отдельные, выхваченные из контекста факты и проблемы реальной науки с выдумками мистицизма и оккультизма. Состряпанная и взболтанная таким способом ядовитая смесь преподносится затем с этикеткой «дерзновенного новаторства» и «смелой, порывающей с догмами» мысли.

Повторяется, одним словом, опять и опять в расширенном варианте то, что происходило сто лет назад во времена Рейхенбаха и де Роша, и после них в первые годы парапсихологии.

Если сравнить, далее, то, что печаталось в начале века, например в петербургском «Ребусе», с тем, что пишется сегодня в «Планете», сходство оказывается разительным.

Для социолога, вооруженного марксистским методом анализа, в этих сближениях нет ничего непредвиденного. Сходная расстановка общественно-идеологических сил проявляется приблизительно одинаковой тактикой.

«Ребус» писал в 1902 году о том, что древняя магия и современная наука имеют равные права на познание Вселенной. И что, скажем, египетские жрецы эпохи фараонов и индийские йоги знали больше о явлениях природы, чем знают физики и биологи в наши дни. «Тайное знание», говорилось дальше, было некогда утеряно. И хотя его не хотят признавать нынешние ученые педанты, в нем-де скрываются великие чудеса.

А вот с какой программой выступает в 1969 году один из вождей «Новой планеты» мосье Повелс:

«Наш журнал и впредь будет вытряхивать пыль из господ в черных сюртуках, представляющих скуку и узость официальной науки… Мы будем вводить в интеллектуальную жизнь так называемые дикарские верования— мистику, магию, эротику (sic!), силу воображения, эзотерические (тайные. — В. Л.) и символические концепции мира… Я допускаю, что могут существовать высшие формы сознания. Это доказано всем опытом мистицизма…»

Редактор «Планеты» и его друзья не скрывают при этом, что их особенно не устраивают «скучные» и «узкие» истины марксизма-ленинизма.

«Так называемые высокие ценности, — пишет Л. Повелс, — обесцениваются быстрее, чем думают те, кто устанавливает им цену. Это сказал Ницше. Он же говорил: «В духовных ценностях меньше всего важна их номинальная цена». Ценности коммунизма обесценились так же точно, и даже еще быстрее, чем все другие…»

Крепким «духом» антикоммунизма и ницшеанского глумления над разумом несет, как видим, от литературной продукции господ Повелса и Бержье. Недаром Ницше был любимым философом Гитлера и его банды. И вот что любопытно. Пристрастие к шаманским тайнам и языческим мистериям нисколько не мешает идеологам «Планеты» преклонять колени одновременно перед Ватиканом и… Мао Цзэ-дуном. Вот что читаем мы в так называемом «человеческом документе», опубликованном (с восторженными комментариями) в той же самой «Планете» под названием «Почему я католичка и маоистка?» Автор «документа» — некая Хан Су-ин. Она сообщает, что «родилась в Китае от отца-китайца и матери-бельгийки». «Для нас, китайцев-католиков, — говорится далее, — Мао Цзэ-дун — это Христос, вторично пришедший на Землю… Это самый великий человек XX века… это символ надежды…».[66]

Что ж, и тут удивляться нечему. Что маоизм настолько же далек от марксизма, насколько близок к шаманскому культу, было известно и раньше. Неудивительно поэтому, что маоизм нашел себе место в идеологической обойме современных магов и волшебников из коммерческого предприятия «Планета».

Равно как и пропаганда религиозных мифов в слегка подновленном и наукообразном виде.

ФОТОГРАФИЯ ИИСУСА ХРИСТА

Среди изданий, работающих в контакте с «Планетой» и связанных с нею деловыми и финансовыми узами, на первом месте, как я уже говорил, — журнал «Пари-матч». Названный еженедельник принадлежит к так называемой желтой, или бульварной, парижской прессе. Эту разновидность реакционной печати великий французский писатель Анатоль Франс определял так: «Желтая пресса — это издания, которые публикуются на очень белой бумаге людьми с очень черной совестью». Желтая пресса, хотел сказать писатель, это — прежде всего — фабрика лжи. Лжи притом не простой, а идеологически нацеленной. А чтобы сделать выдумку более правдоподобной, ее подают (и продают) в тщательно продуманной, я бы сказал, научно разработанной упаковке. «Пари-матч» — большой специалист по этой части. Недаром главным редактором и обозревателем этого журнала является проверенный фабрикант фальшивок Реймон Картье.

Номер от 9 мая 1970 года превзошел в этом отношении все, что было раньше.

Опубликована колоссальная сенсация. Напечатаны «подлинные фотографии», запечатлевшие тело Иисуса Христа, снятое с креста!

Читатель ошарашенно трет лоб. Не сон ли это? Ведь изобретение фотографии относится к первой половине XIX столетия. Иисус же Христос, если верить евангельской легенде, взошел на Голгофу 1850 годами раньше. «Пари-матч» как раз и рассчитывает на читательское потрясение. Сенсация сработала. Вы с жадностью углубляетесь в текст, рассматриваете отпечатки, графики, рисунки, таблицы. Наука, наука… Голова идет у вас кругом. Цель достигнута. Дичь попалась в капкан.

Итак, полюбопытствуем, как сфотографировали две тысячи лет назад тело Иисуса Христа. Это поможет еще раз заглянуть внутрь кухни чудес, пытающейся подкрепить непрочный престиж религии в сегодняшнем мире.

Забудем на минуту о неопровержимо доказанном наукой факте неисторичности фигуры Христа. О том, что евангельские рассказы представляют собой позднейший миф. Миф, составленный частью из восточных сказаний об умирающих и воскресающих богах, частью из воспоминаний о странствующих проповедниках («учителях справедливости»), действовавших среди обездоленного люда древней Палестины.

Забудем временно обо всем этом и примем за чистую монету то, о чем рассказывается в евангелиях.