Виталий Севастьянов - Загадки звездных островов. Книга 2 (сборник)

— Мы рады, что не ошиблись в своих надеждах, — говорил руководитель Французского космического центра Ж. К. Юссон. — И Жан и Патрик в Звездном успешно справились с поставленной задачей.

А начинали оба они с азов. Со штурвала истребителя не так просто перейти к совершенно другим аппаратам, освоить непривычные конструкции, научиться работать на пилотируемых кораблях и станциях.

Но постепенно приходил опыт, тренажеры становились все послушнее. А сколько раз французские космонавты вертелись на центрифуге, прыгали с парашютом, делали первые заплывы в краткосрочной невесомости, которую имитируют специальные самолеты.

Командиром первого экипажа был тогда Юрий Малышев. Вместе с ним ходили по воскресеньям на лыжах, гостили у него дома. Но вдруг командир заболел — медики обнаружили неприятные шумы в сердце. Неужели отложат полет и насколько? Конечно, прямо этот вопрос французы не задавали, но думали о новой кандидатуре. Вот тогда-то пришел в экипаж Владимир Джанибеков. Обаятельный космонавт, имеющий опыт полетов, он с первых дней внес свежую струю в режим подготовки. Тактично, доброжелательно, но вместе с тем и с высокой требовательностью он умело вел космический коллектив к цели. Взаимопониманию способствовала и давняя дружба Джанибекова с Иванченковым, которая началась еще с подготовки к полету "Союз" — "Аполлон". Оба они были в запасном экипаже.

Жизнь потом развела Джанибекова и Иванченкова, тем не менее они оба переключились на программу "Салюта-6". Так, Джанибеков на станции побывал дважды: первый раз стартовал с нашим Олегом Макаровым, второй — с космонавтом братской Монголии Ж. Гуррагчой. Ну а Иванченков выступал с Коваленком в роли хозяев орбитального комплекса, радушно принимал международные экипажи с космонавтами Польши и ГДР.

Однако вернемся к нынешнему полету. Два главных барьера — технический и проблема языка — были преодолены уже в первые месяцы подготовки. В совершенстве французы освоили и космический лексикон, в целом вообще непонятный массовой аудитории. Оба они неплохо говорят и читают по-русски.

В скупые часы досуга французские космонавты порой оставались вдвоем. Жан обычно играл на привезенном с собой электрооргане, ну а Патрик оказался поклонником его музыки. Любили они выбираться и на природу, особенно в грибной сезон…

…Последние предстартовые минуты. Прожекторы высвечивают мощную ракету. Слышим мы первые доклады экипажа. По просьбе французских журналистов Жан-Лу говорит вначале на родном языке, затем вновь переходит на русский. Здесь же, возле звездного комплекса, ночной теплый ветерок развевает государственные флаги СССР и Франции.

А вот и заветные команды: "Ключ на старт, зажигание, подъем!" Первый в истории полет граждан — представителей стран с различным общественным строем проходит успешно.

— "Памиры", — обращаются к экипажу "Союза Т-6" Березовой и Лебедев. — Поздравляем с успешным стартом. Через сутки рады принять вас в гости. Только что закончили генеральную уборку. В салонах все чисто, не опаздывайте со стыковкой, у нас все рассчитано по минутам.

— А мы и не собираемся нарушать график, — улыбается Джанибеков. — Провели первую коррекцию, баллистики даже похвалили точность ее исполнения.

Центр управления в эти часы не спускает глаз со своих подопечных, держит под неослабным контролем корабль с орбитальным комплексом. Однако приоритет на первых витках специалисты все же отдают международному экипажу. В центре внимания, конечно, космический новосел Жан-Лу Кретьен. Он спокойно перенес встречу с пока загадочной для него невесомостью и хорошо чувствует себя в научном испытательном рейсе.

— "Памир-3", — обращается к Кретьену Земля. — Орбита корабля складывается максимально благоприятно. Скоро вы будете пролетать над родной Францией, почти над своим городом. Знают ли ваши близкие об этом знаменательном факте?

— Да, конечно. Недавно с Байконура я звонил домой жене и предупредил, пусть запасается биноклем. Может, и увидит яркую звездочку.

Все-таки удивительно путешествовать над планетой, да еще с космической скоростью, когда "одна заря сменить другую спешит, дав ночи полчаса". Казалось, только что "Союз Т-6" пролетал над Черным морем, но вот он уже в считанные минуты пересек необъятные просторы нашей страны и мчится дальше на восток. Во всей красе взору международного экипажа предстает величие Тихого океана. Однако еще пять-десять минут, и "Памиры" вновь в родном северном полушарии. И вновь наступает закономерная смена климатических зон, после мимолетной зимы космонавты опять попадают в столь же мимолетное для них лето. Понятно, что подобные перепады экипаж ощущает лишь визуально: бортовые системы жизнеобеспечения гарантируют неизменный комфорт по всей трассе полета.

Расстояние до "Салюта" 400 метров, 200… 100… Оба экипажа переговариваются друг с другом, уточняют детали предстоящего рандеву на орбите. Еще две-три минуты, и корабль плавно осуществляет стыковку.

— Впервые в мировой практике, — комментирует стыковку один из создателей новой техники, профессор К. П. Феоктистов, — станция приняла сразу пять космонавтов. Количественное увеличение экипажа позволяет выполнить больший объем перспективных экспериментов. Салоны "Салюта-7" удачно сочетают рабочие и жилые места.

Надолго запомнили космонавты первый праздничный ужин. Понятно, что Березовой и Лебедев интересовались в первую очередь французской гастрономией, ассортимент которой тщательно разработали лучшие кулинары Парижа и других городов.

Космическое застолье, обмен впечатлениями, дружеская беседа явно затянулись, так что Центр управления даже вмешался, напомнив, что впереди еще целая неделя совместной работы и пора подумать об отдыхе.

По распорядку сигнал побудки прозвучал в час дня, однако экипаж явно опередил события, досрочно поднялся и после традиционного туалета и завтрака приступил к продолжению орбитальной вахты.

— Нашему гостю из Франции, — говорит в утреннем сеансе связи Валентин Лебедев, — пришлась по душе невесомость. А спал он на самом почетном месте — на потолке. С утра мы Жана чуть-чуть сдерживаем, просим не делать резких движений.

— Не тесно ли у вас на борту? — спрашивает Земля.

— Что вы! — отвечает лаконично Анатолий Березовой. — В салонах просторно, а в принципе на "Салюте-7" вполне можно разместить и шесть человек. Жаль только, что долгожданные гости пробудут на станции лишь неделю.

— А мы не прочь задержаться, — весело добавляет Владимир Джанибеков. — Встретили нас радушно, понимаем друг друга с полуслова.

Тем временем Жан-Лу Кретьен настраивает аппаратуру, готовит приборы к научным исследованиям. Затем французский космонавт выполняет первый медицинский эксперимент "Браслет". Его задача — испытать новый необычный прибор, который должен. восстановить нормальное кровообращение в период адаптации на орбите.

Вели "Памиры" и визуальные наблюдения. Понятно, что Жан-Лу особенно оживлялся, когда станция пролетала над Францией. Париж, к сожалению, был закрыт облаками, зато Бретань предстала в полной красе. Сколько снимков выполнил "Памир-3" с орбиты, пожалев лишь об одном — что нельзя сразу проявить пленки.

— Потерпи немного, — успокоили космонавта товарищи. — Кассеты в твоем полном распоряжении, еще успеешь налюбоваться.

Большой интерес вызвали эксперименты, осуществленные с помощью французских приборов "Пирамиг" и ПСН. Аппаратура эта деликатная, высокая чувствительность требует работать с ней лишь на ночных участках орбиты, да еще нужно вырубить свет в салонах лаборатории.

— Как там работается в темноте? — запрашивает Центр управления.

— Вначале, конечно, было сложновато, — отвечают "Памиры", — боялись запутаться в проводах. Но сейчас и с закрытыми глазами быстро находим любую кнопку.

Юрий Гагарин и супруги Королевы.

Космонавт-1 и космонавт-2

Юрий и Валентина Гагарины.

Юрий Гагарин с детьми.

На совещании.

Пресс-конференция. М. В. Келдыш, П. Беляев, Ю. Гагарин, Г. Титов.

Заседание общества советско-кубинской дружбы.

С делегатами XV съезда ВЛКСМ.

Встреча с молодыми борцами за мир.

На приеме в Кремле. Главный маршал авиации К. А. Вершинин беседует с космонавтами.