Юрий Романченко - Охота на Россию. Наши враги и «друзья» в XXI веке

К этому следует добавить, что Турция не изменила своей позиции по Босфору. Анкара подтвердила, что будет и дальше придерживаться конвенции Монтре о свободе судоходства, однако не пошла на смягчение ограничений, которые затрудняют судоходство в Босфоре и Дарданеллах. Турецкое правительство страны окончательно отказалось от повышения пропускной способности проливов путем их оснащения современными техническими средствами навигации и контроля.

Не претерпела перемен и позиция Турции в чеченском вопросе. Накануне визита В. Путина в Турции были арестованы 12 чеченцев, трое из них— граждане Турции. Полиция обвинила их в связи с «Аль-Каидой» и в сборе средств для финансирования террористических организаций за рубежом. Однако данная акция имела явно демонстрационный характер и не означала, что Турция готова поддержать силовые методы, которые используются Кремлем для решения чеченской проблемы. Как подчеркнул премьер-министр Турции Эрдоган, Анкара выступает за исключительно мирное разрешение чеченской проблемы, что, как известно, подразумевало переговоры с А. Масхадовым. В итоговой совместной российско-турецкой декларации об углублении дружбы и партнерства теме терроризма было уделено большое внимание. Однако и здесь стороны ограничились осуждением терроризма во всех его формах и отметили важность наращивания совместных усилий в борьбе с ним. Ни о каком намерении Турции предпринять меры против организаций и фондов, которые поддерживают и финансируют деятельность террористических организаций на территории России, или же об обязательстве выдавать российскому правосудию практически легально проживающих на турецкой территории чеченских террористов речи не идет.

Нынешняя позиция Турции свидетельствует о наличии общего для США и ЕС подхода в отношении России, направленного на ее ослабление. Вместе с тем очевидно, что Анкара имеет свои интересы в постсоветском пространстве, связанные с возможной реализацией масштабного геополитического проекта по созданию Великого Турана.

В генезисе сепаратистских движений внутренние причины имеют преобладающее значение по сравнению с внешними воздействиями. Это объясняется тем, что с точки зрения экономических критериев Россия не является естественно возникшим единым экономическим пространством. Этот фундаментальный фактор — разнородность регионов России — ведет к тому, что экономические контакты между ними являются недостаточными для политического объединения. Россия, не соединяясь в единое экономическое пространство, требует постоянной затраты ресурсов на самоподдержание экономически неэффективного политического целого. Поэтому заслуживает внимания точка зрения экономиста А. Неклесса, который пишет о естественном сепаратизме в России, имеющем не волюнтаристский, а объективный характер. Сегодняшние процессы он расценивает как «реально происходящую умеренную и плавную конфедерализацию».

Экономический сепаратизм отдельных регионов России дополняется существенными историческими, религиозными и цивилизационными факторами, которые в каждом конкретном случае могут иметь политическое измерение. В этой связи представляется нецелесообразным абсолютизировать естественно-экономический характер сепаратизма в России. Безусловно, что он получает значительную подпитку из-за рубежа вследствие наличия тенденций, связанных с утверждением монополярного мира во главе с США, глобализацией и регионализацией, перенаселенностью отдельных регионов, а также все приближающейся перспективой истощения ресурсов полезных ископаемых, прежде всего энергетических.

В связи с наличием ряда острых глобальных проблем геополитические субъекты, которые располагают соответствующими возможностями (экономическими, военными, информационными, демографическими), будут стремиться их решить за счет России, обладающей огромными пространственными и другими ресурсами. Использование сепаратизма в России с целью ослабления ее государственности является важным средством для решения в свою пользу тех или иных проблем, которые затрагивают интересы различных государств и организаций.

Если восточные регионы России тяготеют к другим центрам силы в основном из-за экономических, демографических и цивилизационных причин, то западные — Калининградская область и Карелия — получают значительные импульсы к сепаратизму вследствие общей тенденции к пересмотру итогов Второй мировой войны и соглашений, в которых закреплен принцип незыблемости границ.

Что касается юга России и некоторых центральных регионов, то здесь имеет место сложное переплетение внешнеполитических, исторических, социально-экономических, демографических, цивилизационных и других факторов, которые обусловливают существование сепаратизма.

Среди внешнеполитических катализаторов сепаратизма важная роль принадлежит религии. В этой связи не следует упускать из виду и такую сферу воздействия исламских стран на сепаратистские силы внутри России, как развернутая религиозно-пропагандистская кампания, направленная на утверждение в сознании мусульман Татарии, Башкирии и республик Северного Кавказа идей несоответствия их нынешнего автономного статуса этноконфессиональным особенностям и национальным чаяниям народов этих регионов.

Таким образом, сегодня проблема сепаратизма является одной из актуальных проблем национальной безопасности России. А. Малашенко и Д. Тренин утверждают, что «сепаратизм угрожает стабильности России, но вместе с тем не является прямой угрозой ее распада. Перспектива распада России… является в современных условиях мифологемой и не должна более приниматься в расчет». Можно, в принципе, было бы согласиться с этой точной зрения, но при этом необходимо сделать ряд существенных оговорок.

Во-первых, свой вывод авторы делают на основании попыток добиться сецессии чеченскими сепаратистами с помощью военной силы. Однако деструктивные процессы в Чечне продолжаются, причем речь идет не только о террористических актах. В марте 2003 г. на референдуме была принята конституция Чечни, в ч.1 ст.1 которой закреплено положение о суверенитете республики. Это положение было принято после всех решений Конституционного суда, который отменял суверенитет республик в составе России. 21 июня 2003 г. СМИ опубликовали проект договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Чечней. В этом документе фактически речь идет о прецеденте приоритета регионального законодательства перед федеральным. Согласно положениям проекта договора, Россия и Чеченская Республика совместно участвуют в международных отношениях, устанавливают отношения с иностранными государствами и заключают с ними соглашения, не противоречащие Конституции и международным правовым актами республики и обязательствам России, Конституции Чеченской Республики и договору. По согласованию с МИД РФ Чеченская Республика может открывать за рубежом свои представительства. Проектом договора о разграничении полномочий за Грозным также закреплено право распоряжаться природными ресурсами, расположенными на собственной территории. Если это положение сохранится в договоре с Чеченской Республикой, то не будет никаких препятствий со стороны других субъектов требовать для себя аналогичных положений. Проект договора свидетельствует о том, что стремление к сецессии у новых руководителей Чечни сохраняется и обретает относительно мягкие формы, однако может иметь далеко идущие последствия. Это подтверждает и обращение к чеченскому народу внеочередного заседания Координационного центра мусульман Северного Кавказа — одного из наиболее влиятельных исламских духовных центров страны. В этом документе, подготовленном по случаю избрания президента Чечни, говорится, что данное событие представляет собой важнейший этап на пути достижения истинной независимости (выделено мной. — Ю.М.) и благополучия республики.

Таким образом, тезис А. Малашенко и Д. Тренина о том, что «чеченским сепаратистам не удалось получить широкую поддержку мусульман России», не может считаться убедительным и касается только периода, связанного с преодолением последствий острого военного противостояния.

Несмотря на то что после опубликования этих документов в Чеченской Республике произошли значительные события, тем не менее тенденция к углублению конфедеративных отношений в России не ослабла. Сепаратизм в Чечне проявляется в различных областях, в том числе в экономической. Об этом, например, свидетельствует заявление руководителей федерального государственного унитарного предприятия «Чеченгазпром» о намерении прекратить транзит российского газа в республики Закавказья — Грузию, Армению и Азербайджан, если «Газпром не заплатит за транзит голубого топлива через территорию Чечни. Требование чеченских газовщиков выглядит таким образом, как будто речь уже идет о суверенном государстве.