Катастрофа Московского царства - Сергей Юрьевич Шокарев

вызвали Ляпунова в круг, кричали на него, показывая грамоту якобы за его подписью с призывом убивать казаков, и наконец зарубили саблями (22 июля). Жуткая и напрасная смерть земского лидера возмутила даже его старинного недруга, бывшего королевского окольничего И. Н. Ржевского. Он выговорил казакам: «За посмешно де Прокофья убили, Прокофьевы вины де нет», – и тут же был убит.

Как оказалось впоследствии, грамота от имени Ляпунова с призывом «казаков по городом избивать» была изготовлена по приказу Госевского. Эта фальшивка и погубила Ляпунова. Ненависть казаков к земскому вождю была такова, что его тело «держали собакам на снеденье на площеди 3 дни». Затем останки лидера ополчения были похоронены у церкви Благовещения Пресвятой Богородицы на Воронцовом поле, а в 1613 году его сын Владимир Прокопьевич перенес их в Троице-Сергиев монастырь.

Смерть Ляпунова привела к тому, что значительная часть дворян уехала из-под Москвы, опасаясь казачьих расправ. Вместе с князем Д. Т. Трубецким остались только те, кто свыкся с казаками в Тушине и Калуге, умел с ними ладить и не опасался казачьих сабель. Силы ополчения уменьшились, но борьба продолжилась. Вина за раскол ополчения лежала на обеих сторонах конфликта. Определенное значение имели и «Приговор» от 30 июня 1611 года, и жестокие меры Ляпунова против казаков.

Пепелище

Лето 1611 года ознаменовалось и другими трагическими событиями.

3 июня после 20-месячной героической обороны пал Смоленск. К тому времени защитники были истощены, их число едва достигало 200 человек, и они уже не могли защищать огромные городские укрепления. Но Смоленск не сдался, а был взят штурмом. Королевское войско атаковало крепость с четырех сторон. Воевода М. Б. Шеин отразил приступ на западной стене, но в это время была захвачена восточная и взорвана часть южной, и через пролом в город ворвалась литовская пехота. Шеин был взят в плен в бою. Последние защитники города заперлись в Успенском соборе на Соборной горе, и под ним взорвался пороховой погреб.

Взятие Смоленска укрепило позиции Сигизмунда III. Но его войско также было истощено и понесло большие потери. Король не смог двинуться в поход на Москву и отправил на помощь Госевскому отряд во главе с гетманом Яном Каролем Ходкевичем (около 2 тысяч человек). Сам Сигизмунд III вернулся в Речь Посполитую (в его обозе находились пленные братья Шуйские и боярин Шеин), где занялся подготовкой триумфальных торжеств.

Вслед за тем произошла другая потеря – шведы захватили Новгород. После Клушинского разгрома Я. Делагарди с остатками шведского войска ушел в Новгородскую землю. Узнав о низложении Василия Шуйского, он обратился к московским и новгородским властям, предлагая избрать на русский трон шведского королевича и предостерегая от коварства поляков и католиков. Так появилась кандидатура еще одного принца. Письмо Делагарди было оставлено без внимания. Бояре избрали союз с Сигизмундом III, что развязало руки шведам. Политический кризис способствовал реализации их агрессивных планов. Поначалу шведы захватили только Ладогу, отвоевав ее у приверженцев Лжедмитрия II. На большее у них пока не хватало сил.

В октябре 1610 года в Новгород прибыл боярин И. М. Салтыков с наказом приводить «к кресту» за короля. Этот план, однако, не был реализован. 12 октября новгородцы присягнули королевичу Владиславу. С того времени в документах новгородской администрации имя Василия Шуйского сменилось именем королевича Владислава Жигимонтовича. Салтыков совершил успешный поход на Ладогу и отбил ее у шведов (5 февраля 1611 года). Это, однако, не спасло его от обвинений в измене в пользу поляков: в марте он был заключен новгородцами в тюрьму, а затем казнен.

Смерть Салтыкова стала результатом соперничества и борьбы в Новгороде. Вероятно, арест боярина произошел не без участия (или хотя бы с согласия) новгородских воевод бояр и князей И. Н. Большого Одоевского и В. Т. Долгорукова, посланных на новгородское воеводство еще Шуйским. Одновременно активизировались шведы, атаковавшие Корелу, обещанную им по Выборгскому договору, и Орешек. Действиями шведских войск руководил Делагарди, проявлявший все большую агрессивность. 15 марта он отправил в Новгород послание, вновь предлагая помощь против поляков и кандидатуру шведского королевича. К тому времени новгородцы вступили в переписку и союз с подмосковным ополчением. От ополчения в Новгород был направлен воевода В. И. Бутурлин. Он должен был урегулировать напряженные отношения со шведами.

Бутурлин прибыл в Новгород в мае 1611 года и занял лидирующее положение в местной администрации. Он обсуждал с Делагарди вопрос о шведской помощи против короля Сигизмунда III и на каких условиях она может быть оказана. Шведы требовали новгородские города и предлагали в качестве русского царя принца Карла Филиппа, сына Карла IX (ему было 10 лет). Прикрываясь переговорами, Делагарди расположился под самым городом. Бутурлин был готов принять условия шведов, сторонники шведского принца появились и в подмосковном лагере ополчения. В это время в одном из новгородских пригородов Ивангороде как на грех объявился еще один самозванец Лжедмитрий III, позднее прозванный Псковским вором. Все это вызвало полный разброд в Новгороде: «…в воеводах не бысть радения, а ратным людям с посадцскими людми не бяше совету». Обстановка постепенно накалялась, и 9 июля начались боевые столкновения.

Делагарди располагал незначительными силами (около 4 тысяч человек). В городе ратных людей было еще меньше (около 2 тысяч), но они сели в осаду и могли защищаться. Город пал из‐за измены. Холоп Ивашка с говорящим прозвищем Шваль открыл ворота, и шведы, ворвавшись в город, начали «сечь стражу по городу и по дворам». Воевода Бутурлин со своим отрядом бросил новгородцев и ушел, «на Торговой стороне пограбив лавки и дворы». Другие решили сопротивляться. В бою погибли стрелецкий голова В. Гаютин, дьяк А. Голенищев, В. Орлов, атаман Т. Шаров и с ними 40 казаков. Ожесточенное сопротивление оказал протопоп Софийского собора Амос, запершийся на своем дворе. Не сумев взять двор штурмом, шведы подожгли его, и все защитники сгорели.

Подавив очаговое сопротивление, шведы начали разгром Новгорода.

Людие же христианстии, многое множество народа, во граде бегающе по улицам, семо и овамо рыщуще толпами, овии в воду мечущеся от страха, и не бысть им избавления нигде же, крик и вопль и плач бысть…

Воевода князь И. Н. Большой Одоевский и митрополит Исидор были вынуждены вступить в переговоры с Делагарди. Главным условием соглашения стало призвание новгородцами на престол принца Карла Филиппа. До его прибытия новгородцы обязались подчиняться «верховному главнокомандующему» Делагарди и защищать Новгородскую землю от врагов. В свою очередь, шведы обещали блюсти православие и соблюдать территориальную неприкосновенность Новгородской земли (за исключением,