Юрий Романченко - Охота на Россию. Наши враги и «друзья» в XXI веке

Данный проект в случае его реализации имеет не только экономическое, но также геостратегическое значение. Это объясняется тем, что Афганистан, Индия, а также каспийские государства, заинтересованные в поставках энергоносителей и получающие доходы от эксплуатации этого трубопровода, дистанцируются от России, влияние которой на ситуацию в регионе еще более ослабеет. С другой стороны, США как гарант безопасности значительно укрепляет свои позиции в Центральной и Южной Азии.

С геополитической точки зрения для наиболее сильных игроков Афганистан вследствие его близости к постсоветским государствам, а также общности этносов, проживающих на афганской и сопредельных территориях, может представлять собой своеобразный инструмент, который позволяет оказывать воздействие на внутриполитическую ситуацию в соседних странах.

Кроме того, военная кампания в Афганистане помимо своего официального предназначения представляла для США удобный предлог для того, чтобы надолго закрепиться в регионе, имеющем важное геополитическое и военно-стратегическое положение. Особое значение имеет то обстоятельство, что США под предлогом борьбы против международного терроризма получили возможность вплотную приблизиться к границам России с южного направления и в новых исторических условиях реализовать давно вынашиваемую цель — контролировать «мягкое подбрюшье» теперь не только бывшего СССР, но уже и России.

Силовая акция в Афганистане и связанное с ней военное присутствие в центральноазиатских государствах, а также усиление американского присутствия на Кавказе явились продолжением осуществления масштабных планов США и их основных союзников, направленных на установление своего господства в Азии. Террористические акты в США и последующая военная операция в Афганистане позволили наиболее консервативной части американского истеблишмента форсировать военные приготовления, а также начать непосредственную подготовку к вторжению в Ирак.

С военно-стратегической точки зрения США заинтересованы в присутствии в Афганистане и центральноазиатских странах по причине того, что отсюда можно более эффективно вести разведку против России, Китая, Ирана и других государств. В перспективе не исключено, что США попытаются разместить в регионе элементы системы ПРО для нейтрализации российских и китайских МБР. Фактически США осуществляют передел Центрально-Азиатского региона — традиционной зоны интересов России. Китая, Пакистана и Ирана.

В различного рода комментариях, посвященных акции США в Афганистане, встречается утверждение, что действия Вашингтона отвечали интересам России, поскольку устранили угрозу международного терроризма на ее южных рубежах. Такая оценка упрощает общую картину происходящих в регионе процессов. Во-первых, военная акция США и их союзников в Афганистане, как уже отмечалось, была мотивирована в основном геополитическими интересами. По этой причине полномасштабного взаимодействия России и НАТО в решении афганской проблемы не получилось, что подтверждает вывод о существовании между ними геополитического соперничества. Во-вторых, присутствие стран Запада в Центральной Азии проблемы терроризма не решило, о чем косвенно могут свидетельствовать создание российских военных баз в Киргизии и Таджикистане, расширение военного сотрудничества с государствами региона, включая КНР. По некоторым сведениям, подготовка террористов на афганской территории продолжается. Не случайно министр внутренних дел России высказался в пользу создания общего «пояса безопасности» вокруг Афганистана. В-третьих, не может не вызывать удивления противоречивый характер проводимой антитеррористической операции в Афганистане. В 2000 г., когда режим муллы Омара договорился со спецкомиссией ООН о схеме «Международное признание в обмен на борьбу с наркотиками», в течение короткого срока посевы мака упали с 82 тыс. га в 11 раз. Однако после ликвидации режима талибов наркобизнес снова стал укреплять свои позиции, и в настоящее время площади, занимаемые маком, составляют порядка 90 тыс. га. Невольно напрашивается вывод, что афганские наркодельцы, а вместе с ними, наверное, и террористы фактически поделились властью с США: первые контролирует сельские районы, где выращивают мак и производят наркотики, а Вашингтон не стремится к контролю провинции.

В 2004 г. в Афганистане произведено 4200 т опия-сырца, из которого может быть произведено 420 т героина. Командование Международными силами в Афганистане сквозь пальцы смотрит на процветающий в стране наркобизнес и нелегальный экспорт героина и марихуаны в страны СНГ. Стоимость наркотиков на внешнем рынке оценивается в 30 млрд долл. Прибыль от их реализации идет на вербовку новых волонтеров, закупку оружия и боеприпасов. Вместе с тем 25 % героина местного производства или реализуется на российском рынке, или проходит транзитом через Россию. Таким образом, бездействие США и их союзников создает предпосылки для усиления наркозависимости населения России и подрыва российской государственности. Бездействие США и их союзников в отношении наркобизнеса в Афганистане может представлять собой один из способов ослабления России.

Афганистан все еще остается источником не только наркобизнеса, религиозного экстремизма, но и нелегальной торговли оружием. По оценкам ООН, на руках у населения находится до 10 млн ед. стрелкового оружия. Таким образом, борьба против терроризма, которую ведут США и их союзники в Афганистане, с точки зрения российских интересов носит в лучшем случае непоследовательный характер.

Оценивая объективно складывающуюся в Афганистане ситуацию, необходимо отметить, что США их союзники столкнулись с серьезными проблемами. Так, несмотря на то что движение «Талибан» как единая сила было устранено и начался процесс создания государственных институтов, в рядах антиталибской коалиции сохраняются серьезные разногласия, связанные с борьбой за власть, а также усиление противоречий на национальной почве. Сразу после свержения талибов во властных органах сложилось своеобразное распределение мест — Северный альянс был представлен в силовых структурах страны. Соплеменники президента занимали ключевые посты в экономических и финансовых министерствах, через которые поступает западная помощь. Сохраняя контроль над казной, они пытались оказывать влияние на все правительство.

В 2002–2004 гг. произошел ряд серьезных конфликтов между Северным альянсом и X. Карзаем. В итоге руководители Северного альянса вышли из правительства и хрупкая коалиция распалась. По сообщениям СМИ, отношения обострились до предела непосредственно перед выборами, когда Карзай инициировал отставку губернатора Герата Исмаил-хана, авторитетного командира, близкого к Северному альянсу. Исмаил-хан принял отставку, чтобы не спровоцировать вооруженный конфликт перед выборами, но руководство Северного альянса после этого стало относиться с крайним недоверием к Хамиду Карзаю.

Спустя несколько месяцев, в середине января 2005 г. влиятельный полевой командир Абдул Рашид Достум выступил с резкой критикой нового правительства. По его мнению, оно отстаивает интересы только одной национальности — пуштунов. Вслед за этим выступлением на Достума было совершено покушение. Если бы оно увенчалось успехом, то это была бы вторая жертва (после Ахмад Шаха Мосуда) среди крупных политических фигур Афганистана, занимавших в определенной степени независимую позицию. Таким образом, новым властям не удается сбалансировать интересы всех этнических, конфессиональных и политических группировок, присутствующих на политической арене страны. Отсутствие этнополитического единства в Афганистане, а также традиционно сильное влияние консервативной религиозной элиты серьезно по достижению мира в этой стране.

Кроме того, согласно многим источникам, ячейки «Аль-Каиды» способны действовать самостоятельно. Необходимо также иметь в виду, что далеко не все экстремисты ликвидированы или будут ликвидированы в ходе боев в Афганистане. Уцелевшие террористы и их пособники уходят в соседние страны и уже оттуда совершают свои вылазки. Влиятельные пуштунские вожди на границе Пакистана и Афганистана укрывают главу бывшего режима талибов М. Омара и делают все, чтобы не допустить его ареста и предания суду. Более того, М. Омар не просто нашел там убежище и затаился, ожидая лучших времен. Он продолжает вести политическую деятельность, о чем может свидетельствовать обращение 19 января 2005 г., опубликованное рядом пакистанских газет и информационных агентств, в котором Мулла Омар отвергает какую-либо возможность переговоров с США. Судя по всему, он также продолжает руководить хотя и заметно поредевшими, но вполне боеспособными силами, которые совершают нападения на войска коалиции и новые власти страны. Только за 2004 г. в результате действий повстанцев в Афганистане погибли свыше тысячи человек. Хотя интенсивность боев в Афганистане ниже, чем в Ираке, однако о спокойствии в стране в целом говорить не приходится. По этой причине возможность мирного урегулирования в Афганистане отодвигается на неопределенное время.