Круглый год. Детская жизнь по календарю - Марина Костюхина

среди темного леса, над водною гладью реки, над туманным болотом, среди палящего летнего зноя и морозного дыхания зимы[179].

Фенологический материал, материалистическое мировоззрение и практическая направленность помогли «Календарю природы» Покровского пережить идеологические передряги 1920–1950‑х годов. Советские переиздания календаря (их было несколько до 1958 года) потребовали переработки, в результате которой метафорики стало меньше, воспевание матери-природы ушло совсем, зато появился практический материал для учителей сельских школ и организаторов кружков натуралистов[180].

Календари природы. Досоветские и советские издания

Кружки юных натуралистов, открывавшиеся в первые годы советской власти, во многом продолжали традиции русской фенологической школы, а руководителями этих кружков были те, кто учился у старых профессоров-фенологов. Дети и подростки, которым выпало жить в эпоху юных пионеров и юных безбожников, получали возможность заниматься в юннатских кружках фенологическими наблюдениями и природоведческими практиками, которые заметно отличались от магистральной линии советского воспитания[181].

КАЛЕНДАРИ ДЛЯ ГИМНАЗИЙ И НАРОДНЫХ ШКОЛ

Печатные календари для школ появились в связи с необходимостью помочь ученику и учителю в организации учебной деятельности и досуга. Школьный календарь широко практиковался в европейских учебных заведениях, выполняя одновременно роль справочника по общим вопросам обучения и дневника для ежедневных учебных записей. В России такие календарные издания для школьников были большой редкостью; не имели их в пользовании и педагоги, работавшие в гимназиях, земских и церковно-приходских школах. Составитель педагогического календаря 1890‑х годов отмечал новизну подобного издания в родном отечестве:

Недостаток в нашей педагогической литературе справочных книг по разным отраслям учебно-педагогического дела побудил нас предпринять составление настоящего календаря. Потребность для каждого учителя, особенно провинциального, иметь под рукой сборник необходимых для него сведений осознан на Западе давно, и там существует множество подобного рода изданий[182].

Отсутствие педагогических календарей было особо чувствительно в условиях нехватки методической литературы для педагогов, преподававших как в государственных, так и в частных учебных заведениях. Лишены были пособий по методике и те, кто занимался воспитанием детей на дому (среди них было много женщин). Именно женщинам-воспитательницам были адресованы самые первые издания педагогических календарей. Либеральные реформы 1870‑х годов дали женщинам право преподавать не только в закрытых учебных заведениях для девочек, но и в народных школах, женских прогимназиях и начальных классах гимназий. В связи с этим был выпущен «Календарь для учительниц, воспитательниц и матерей на 1875 г.». Это была первая в России справочная книга для работающих женщин, в основном педагогического характера. Инициатором издания была Прасковья Чепелевская (1832–1881), основательница Московской частной женской учительской семинарии.

Немецкие издания школьных календарей 1860–1870‑х годов. «Deutscher Schul-Kalender Leipzig 1878» (27‑й год издания)

Новым словом в изданиях для учителей и преподавателей был «Педагогический календарь» (выходил с 1890 по 1893 год), распространяемый книжным складом Александры Калмыковой, известного педагога и общественной деятельницы. Помимо традиционного для календаря материала (святцы, царский дом, табель-календарь) он включал в себя статистические сведения по Министерству народного просвещения (личный состав министерства, губернских и уездных училищных советов, число учащихся в разных типах учебных заведений), перечень педагогических и детских журналов (с 1783 по 1889 год), а также указатель педагогических статей и книг по педагогике и образованию, вышедших в календарном году (этот материал был особенно ценным и редко попадал в поле внимания издателей).

Календарь для учительниц, воспитательниц и матерей на 1875 год. СПб.: Женская учительская семинария при Братстве св. Марии в Москве, 1875–1876. На форзаце – портрет великой княгини Марии Александровны, герцогини Эдинбургской (дочери императора Александра II)

Школьной прагматикой был ограничен «Народный учитель. Календарь-справочник», выпускаемый издательством «Общественная польза» (с 1907 по 1915 год)[183]. Календарь включал таблицы со сведениями об учениках, их отметках и заданиях, посещениях и причинах отказа от посещения школы (его заполнял педагог по своим классам). При отсутствии учительских журналов такой календарь был помощником в ежедневной работе народного учителя. Немалый интерес он представлял и для сбора статистических данных об учениках (об этом просили учителей издатели, напечатав в конце календаря анкету). Вторая часть календаря сообщала сведения о Министерстве народного просвещения, третья посвящалась методическим и педагогическим изданиям, а завершалось все общим справочным материалом (расписание поездов, стоимость билетов и т. д.).

Календари для гимназистов и гимназисток

В последней трети XIX века стали массово печатать календари для учащихся различных типов учебных заведений (от сельских школ до университетов), которые адресовались ученикам разного возраста (младшие и старшие школьники, студенты) и пола (календари для гимназистов и гимназисток). От целеполагания зависели содержание календаря, его оформление и стоимость. Популярность школьных календарей в первое десятилетие XX века оказалась так велика, что многие школы и училища заказывали в печати собственные учебные календари (с перечнем учебников, школьных правил и распорядка)[184].

Календари для школьников не потеряли значения и тогда, когда в обиход учащихся вошли школьные дневники, так называемые бальники (включали в себя расписание, отметки, домашние задания, правила поведения). Массовым изданием бальников занялось с 1905 года Товарищество И. Д. Сытина, выпуская продукцию для учащихся мужских гимназий и прогимназий, реальных училищ и всех видов женских учебных заведений. Записи в бальниках контролировались учителями и родителями, в то время как ученические календари с функциями записных книжек были личной принадлежностью школьника. Отметки в них записывали сами ученики, перемежая учебный материал стихами, рисунками, записями личного характера. Так, в школьном календаре учащегося рыбинской гимназии Алексея Ухтомского, будущего ученого-физиолога и религиозного философа, среди записей по латинской грамматике, списка учеников и отметок за полугодие были рисунки, стихи, заметки о значимых для маленького гимназиста событиях[185]. Среди них: «купил печать» (ею пропечатаны страницы в календаре), «первый раз стрелял» (рисунки пистолетов), «ходил с тетушкой в театр», «отказался от уроков рисования», «получил похвальный лист». Сам факт распространения календарей – записных книжек свидетельствовал о возраставшей роли личного документа в жизни школьника и гимназиста конца XIX – начала XX века.

Одним из первых на изменения в системе отечественного образования отреагировало Товарищество М. О. Вольфа, выпустив «Календарь и справочную записную книжку для учащихся на 1884–1885 год». Календарь открывался следующим утверждением:

Каждый род занятий, каждая профессия имеет или, по крайней мере, должна иметь свои специальные справочные книжки. Отсутствие подобной книжки для учащегося юношества, заключающей в себе все необходимые сведения, побудило Товарищество М. О. Вольфа пополнить этот немаловажный пробел.

Страницы школьного календаря с записями учащегося Рыбинской мужской гимназии Алексея Ухтомского. Календарь и памятная книжка для учащихся на 1885–1886 учебный год. М.: Изд. П. Васильева, 1885. Из музея А. А. Ухтомского в Рыбинске

Календари «Товарищ» и «Подруга» на 1911–1912 год. Издание О. Кирхнера

Подруга: Календарь для учащихся в женских учебных заведениях на 1915–1916