Тайная ересь Иеронима Босха - Линда Харрис
Вопреки мнению Файна, который ставит под сомнение дуализм и катаризм боснийской церкви и предлагает иное толкование протоколов инквизиции, большинство ученых считает, что боснийские патарены были катарами, чему имеется множество неоспоримых доказательств. Свидетельства, доказывающие этот факт, наиболее подробно рассматривает М. Лоос в своей книге «Дуалистическая ересь в Средние века». Лоос упоминает такое количество документов, что все их перечислить невозможно. В качестве примера приведем лишь несколько протоколов из архива инквизиции XIV века в Турине, в которых упоминаются встречи боснийцев с жителями небольшого городка Чиери в предместье Турина. Судя по протоколам, в период 1348»1382 годов между ними поддерживались тесные связи: одни еретики проповедовали катаризм, другие этой ереси обучались.
О катаризме боснийской церкви также говорится в переписке высшего духовенства с посланниками в Боснии, большинство которых были францисканцами. Письма свидетельствуют о неудачных попытках Западной церкви избавиться от еретиков и патаренов, распространившихся на территории Боснии в XIII, XIV и XV веках. Как показывает Лоос, патарены продолжали жить в Боснии даже после турецкого вторжения в страну в 1460 году (см. карту I). В XVI веке члены боснийской церкви, вероятно, приняли ислам.
Однако не все патарены оставались в Боснии после ее захвата турками. Значительную их часть взяла под свою защиту Венецианская Республика и позволила им обосноваться на своей территории. В марте 1466 года венецианцы предоставили землю на Далматинском побережье боснийскому патарену — дворянину Стивену Вукчичу. Также на побережье они дали убежище священнику боснийской церкви Радину. Известно, что священник Радин умер в Дубровнике в 1467 году, но мы не располагаем сведениями о том, что произошло с пятьюдесятью или шестьюдесятью другими членами его группы (людьми его «веры и секты»), которые бежали с ним в Венецию.
Венецианское либеральное отношение к еретикам не было ни новым, ни неожиданным. Этот город всегда отличался независимостью и толерантностью. Например, в 1249 году суд венецианской инквизиции одновременно рассмотрел дела катаров и ростовщиков, и осудил на изгнание только неграждан Венеции. По средневековым меркам, решение суда было чрезвычайно снисходительным. Случалось, что законы против ереси, принятые Римской церковью, не действовали в Венеции. Даже в 1542 году, когда Римская конгрегация установила централизованное руководство всей итальянской инквизицией, венецианский суд продолжал оставаться сравнительно независимым и выносить мягкие приговоры. Как и прежде, в Венеции люди различных вероисповеданий не слишком подвергались преследованиям и гонениям, во всяком случае до тех пор, пока они вели себя осторожно и не привлекали к себе внимания Рима.
Есть сведения, что в 1460-х годах на венецианских территориях в Адриатике встречались поселения катаров, бежавших из Боснии. В данный момент мы не располагаем информацией ни о продвижении боснийских еретиков в глубь материка, ни о присутствии их в самой Венеции. Возможно, в ходе проводимых исследований будет получена новая информацию. В настоящее время все больше доказательств существования ереси в эпоху Возрождения в Венеции и других городах Северной Италии постоянно приводится такими учеными, как Карло Гинзбург, Андреа дель Кол, Джон Мартин и Николас Дэвидсон. Становится очевидно, что на первый взгляд ровное и однородное поле западного христианства (в этот исторический период и до него) на самом деле было засеяно множеством религиозных учений. Венецианские территории Северной Италии, где римской инквизиции ничто не мешало, были не так безопасны для еретиков, как сам город. Вместе с тем, судя по протоколам, разнообразные еретические учения, включая катаризм, продолжали существовать в городе и на материке, несмотря на все усилия святой инквизиции.
Доказательством тому являются материалы судов над еретиком мельником Доменико Сканделлой. Сканделла был родом из маленького горного поселения Монтереале около Порденоне в северной провинции Фриули, находившейся под протекторатом Венеции с 1420 года. Протоколы по делу Сканделлы, которое рассматривалось в разных городах Фриули, были исследованы Карло Гинзбургом в 1970-х годах и описаны в его книге «Сыр и черви». Материалы судов показывают, что после почти тридцати лет ведения нечестивых разговоров со всеми, кто его слушал, Сканделла наконец был схвачен по доносу приходского священника. Его судили в 1583 году и признали виновным сразу в нескольких ересях, включая возрождение манихейского дуализма. Суд приговорил Сканделлу к пожизненному заключению. Однако через два года его помиловали и отпустили, но злостный еретик продолжал открыто исповедовать свою веру. В итоге в 1599 году он снова был схвачен и предан огню.
Гинзбург приходит к заключению, что верования Сканделлы отражают сложный набор религиозных доктрин, в том числе очень древних, которые передавались из уст в уста как в низших, так и в высших сословиях. Он не связывает запутанные учения мельника с какой-то определенной ересью. Вместе с тем Андреа дель Кол во введении в книгу «Доменико Сканделла по прозвищу Меноккио» утверждает, что религиозные убеждения Сканделлы в значительной мере совпадают с доктринами катаризма. Например (а тому есть множество примеров), мельник из Фриули думал, что каждая человеческая душа была падшим ангелом, пойманным в ловушку материального тела, и что у каждого человека есть дух, наряду с душой. Это — классические катарские доктрины. Но катаризм Сканделлы странным образом искажен. Он придерживался мнения, что Бог Отец не участвовал в сотворении Вселенной, представлявшей собой сбитые в один комок (сыр) землю, воздух, воду и огонь, в котором возникли черви (ангелы) и в их числе Бог. В отличие от катаров, которые учили, что материальный мир был создан дьяволом, Сканделла думал, что создателями были Святой Дух и ангелы.
Непонятно, почему возникло такое разночтение. Если мельник действительно был катаром, то чем можно объяснить такие существенные расхождения с этой ересью? Андреа дель Кол полагает, что в основе веры Сканделлы лежал катаризм, но с весьма глубокими модификациями, так как в XV — XVI веках под влиянием христианства и анабаптизма появились новые версии этого учения.
Сканделла, по всей видимости, принадлежал к катарам, но его вера была не традиционным катаризмом, а одной из его новых версий. Все это имеет отношение и к Босху. Ведь если катаризм в Северной Италии дожил до XVI века, значит, он существовал и в XV веке, когда, вероятно, и претерпел изменения.
Другой важный и интересный аспект дела Сканделлы: каким образом еретик был посвящен в неокатаризм? Этот мельник из Фриули (он, видимо, умел читать на итальянском, но точно не знал латыни) признался в суде, что видел какие-то книги. В указанных им книгах содержались отдельные тексты, которые можно было бы увязать
