Эдуард Берзин - Юго-Восточная Азия и экспансия Запада в XVII – начале XVIII века

И король милостиво даровал навечно м-ру Хэмону Гиббону, капитану английской Компании в Сиаме, право покупать [все] олово в Чумпоне, Чайе, Татунге, Помпине, за исключением полагающегося королю, по рыночным ценам, запретив покупать [это олово] другим купцам на тех же основаниях, как торгуют голландцы в Лигоре.

И король приказывает губернатору уведомить своего заместителя и всех чиновников и сообщить всему народу, что он запрещает продавать олово, кроме полагающегося королю, кому бы то ни было, кроме английского капитана, и приказывает продавать английскому капитану олово по рыночной цене, согласно милости, оказанной королем английской Компании.

[216, т. I, с. 128].

Аннам Кокон, король Тонкина, посылает это письмо королю Батавии с пожеланием здоровья, большого счастья и долгой жизни и желает, чтобы он (король Батавии) мог править своими подданными мудро, в мире и спокойствии. И хотя Тонким лежит далеко от Батавии, эти две земли как одна земля и король Тонкина желает, чтобы они вечно оставались в дружбе.

Письмо, которое мне прислал господин генерал-губернатор, я получил и узнал из него о победах, которые голландцы одержали над своими врагами, и о том, что они опять вернули себе города, которые были потеряны. И этому не только я, но и все мои подданные были очень рады.

Перед этим я послал господину генералу деревянную модель [пушки] и просил мне прислать подобные пушки, но господин генерал ответил мне, что их невозможно изготовить в Батавии, а надо заказать в Голландии. Поэтому я прошу, чтобы генерал-губернатор взял на себя труд заказать эти пушки, что будет истинным проявлением дружбы…

Еще я прошу, чтобы мне в этом году прислали янтаря, сукна, хлопчатобумажных тканей, меди, олова и побольше других товаров, потому что в прошлом году из-за войны, о которой писал генерал-губернатор, было прислано мало товаров, но теперь, когда наступил мир, я прошу, чтобы присылали больше товаров. Я горячо желаю, чтобы дружба между Тонкином и Батавией оставалась неизменной и прочной, как небо и земля. На этот раз я могу послать господину генералу только 600 тюков белого шелка, и хотя этого мало, пусть господин генерал не погнушается моим скромным подарком, посланным от чистого сердца.

Далее. Я прошу прислать 4 большие пушки, каждую с зарядом в 6 фунтов пороха, 300 пикулей селитры, 100 пикулей серы, 4000 больших, 38 000 средних и 58 000 малых ядер, 20 штук красного, 5 штук черного и 5 штук синего сукна, 20 штук красных, 5 штук пепельных и 5 штук синих хлопчатых тканей, партию янтаря, 10 цепей янтарных кораллов, партию набивного и белого полотна, медь, олово, испанские реалы и 6 бочек масла.

[101, 1676, с. 84–85].

Это письмо пангеран Агонг, правитель Банджармасина и прилегающих областей, с чувством искренней дружбы посылает генерал-губернатору Иоанну Метсёйкеру, который правит Батавией и повсеместно славится своей отвагой и мудростью, помощнику всех нуждающихся, как бедных, так и богатых. Пангеран Агонг направляет к генерал-губернатору (своих послов) Зирибид Джайя и Интчи Зелемана, чтобы они вручили ему это письмо и для поддержания нерушимой дружбы и помощи между Батавией и Банджармасином.

Далее. Пангеран Агонг просит снабдить его порохом и серой. И если его послы сделают что-нибудь не так, пусть генерал-губернатор будет к ним снисходителен. И если генерал-губернатор соизволит, пусть Зирибид Джайя скорее вернется назад. Пангеран Агонг надеется, что генерал-губернатор пребывает в добром здравии и желает ему долгой жизни. На этот раз пан-геран Агонг может послать только 2 пикуля черепаховых панцирей, и хотя этого мало, пусть генерал-губернатор не погнушается этим скромным подарком.

[101, 1676, с. 99].

Это письмо… к генерал-губернатору Рейклофу ван Гунсу, капитану Джакарты, [имеет целью] пробудить чистосердечные чувства капитана Джакарты по отношению к великому королю Сиама, который восседает на золотом троне, владеет белым слоном и справедливо управляет своими подданными.

Письмо и подарки господина генерала, направленные в столицу Сиама на судне «Беркмеер», [нами] получены и с почетом приняты перед королевским троном в субботу 10-го дня одиннадцатого месяца Года Быка. И из этого письма король узнал, что генерал-губернатор в Джакарте пребывает в мире и счастье, чему он очень обрадовался и, надеется, что так будет продолжаться и впредь.

В письме говорится, что шкатулка, которую король послал [губернатору] для эмалировки, переслана с этой целью в Голландию. А начальник голландской фактории в Сиаме сообщил королю, что шляпы, золоченая ткань и кожаные сапоги, которые желает иметь король, будут переправлены в Сиам тотчас, как они будут доставлены [в Батавию]. И генерал-губернатор обещал сделать это так скоро, как это только возможно.

[В письме] сообщается также, что генерал-губернатор получил еще не все товары, но как только он [их] получит, все перешлет в Сиам.

И если генерал-губернатор хочет доставить удовольствие королю Сиама, он это обещание должен выполнить, и это принесет ему добрую славу. И если даже генерал-губернатор не пришлет никаких подарков, это не будет иметь значения, лишь бы он исполнил желания короля, и это король будет ценить выше всяких подарков.

В письме также сообщается о врагах [Компании] из Кедаха, которые напали на Саланг и Бангкали и причинили большой вред местным жителям, а также могут нанести ущерб торговле Компании в этих местах. И чтобы исправить это положение, [генерал-губернатор] предлагает, чтобы с судов Компании, которые туда будут приходить, не брали пошлину на олово и чтобы никому другому не было разрешено там торговать, и тогда местному населению не будет больше причиняться никакого ущерба. И такое решение вопроса будет генерал-губернатору очень по душе.

Нам известно, что кедахцы подстрекают злоумышленников, которые бежали с Саланга и Такуа, вновь напасть [на Саланг]. Король Сиама послал туда на помощь людей из Лигора и Теркаса.

[Король] может дать Компании разрешение на торговлю в Саланге и Такуа, но если с голландцами случатся там неприятности, подобные тем, какие бывали прежде, пусть они обвиняют в этом [не короля, а вышеупомянутых] изменников. Все обстоятельства этого дела хорошо известны начальнику голландской фактории…

В знак своего доброго расположения и дружбы король посылает в этот раз генерал-губернатору 32 бахара и 2 пикуля олова. И да пусть дружба между Королями Сиама и Голландии останется нерушимой до тех пор, пока на небе сияют солнце и луна.

Писано в воскресенье, в 9-й день двенадцатого месяца Года Быка.

[101, 1680, с. 10–12].

Это письмо… к генерал-губернатору Рейклофу ван Гунсу капитану Джакарты и Совету Индии.

Поскольку капитан Джакарты прислал мне с судном «Беркмеер» письмо вместе с подарками [следует перечисление подарков] и все это прибыло сюда и было вручено мне в субботу в 10-й день одиннадцатого месяца в Год Быка, мне стало известно [из содержания письма], что генерал-губернатор Джакарты пребывает по-прежнему в мире и благополучии, что меня очень обрадовало, поскольку мы пребываем с ним в дружбе. Когда генерал-губернатор благоденствует, я тоже наслаждаюсь миром и спокойствием.

В письме генерал-губернатора говорится, что [обещанные] товары еще не прибыли из Голландии. Но как только они прибудут, они тотчас будут посланы в Сиам, вместе с 2 подзорными трубами, стенными часами, 6 парами очков и 6 книгами, которые также должны прибыть из Голландии. Генерал-губернатор не знал, получил ли я в прошлый раз все это, но, как сообщил фактор Арнут Фаа, еще ничего не получено. Очевидно, эти подарки были украдены злыми людьми. Генерал-губернатору очень стыдно, но он хотел бы, чтобы небольшие подарки не стали причиной раздора, ибо его и меня связывают не только [взаимные] подарки, но и старинная дружба…

…В письме говорится еще о том, что губернатор желает прислать сюда хороших ремесленников, но пока не может подобрать подходящих людей, достаточно опытных в своем деле. Кроме того, поскольку в Голландии прохладный климат, а в Сиаме жарко, то, когда генерал-губернатор пожелал прислать сюда ювелира, артиллериста и каменотеса, которые являются опытными мастерами своего дела, эти люди отказались, ссылаясь на то, что здесь [в Сиаме] жарко. Однако же мы здесь живем и не болеем, и также не болеют голландцы, живущие в фактории. Поэтому, если генерал-губернатор пришлет сюда этих трех голландцев и они будут здесь хорошо работать, они приобретут добрую славу.

Кроме того (когда прибудут из Голландии), мы просим генерал-губернатора прислать нам литейщика и старшину плотников, вместе с теми, которых он обещал прислать в прошлом году. И это принесет генерал-губернатору добрую славу.

Далее в письме говорится, что [голландцам] для того, чтобы торговать в Удьонг Саланге и Бангари, надо, чтобы никто им не мешал и не причинял вреда. И что многие купцы просят, чтобы им там разрешили покупать олово, но генерал-губернатор желает, чтобы право торговли там было бы предоставлено одним голландцам, а всем остальным было бы запрещено там торговать и чтобы об этом был издан соответствующий указ, запрещающий всем остальным торговать в этих местах. И тогда злые люди не смогут чинить затруднения и устраивать смуты в этих местах, и все пойдет хорошо.