Эдуард Берзин - Юго-Восточная Азия и экспансия Запада в XVII – начале XVIII века

Я поручаю вышеупомянутые два корабля и моих послов генерал-губернатору и прошу, чтобы он заботился о них, как о своих подданных. И если мои послы в чем-нибудь ошибутся, я прошу генерал-губернатора их простить, пусть народ Батавии и Борнео будет как один народ. Я прошу также генерал-губернатора, чтобы мои послы после того, как они вручат это письмо, как можно скорее были посланы обратно. Падука Сири Султан узнал от других людей, что у генерал-губернатора много прекрасных пушек и мушкетов с порохом и пулями, цветные шелковые ткани, зеленый сатин, а также несколько точил и испанское вино. Также я прошу генерал-губернатора, чтобы он выдал мне несколько морских пропусков, чтобы я мог послать моих людей с Борнео в Сиам и Паттани.

В знак уважения к генерал-губернатору я посылаю ему 2 катти безоарового корня. Пусть генерал-губернатор не погнушается этим малым подарком [сделанным] от чистого сердца.

[101, 1666–1667, с. 91–92].

Мне будет приятно и утешительно узнать, что это письмо передано в собственные руки Вашего Превосходительства, и если, согласно моему желанию, Ваше Превосходительство находится в добром здравии, я готов выполнить все желания Вашего Превосходительства и послужить Вам, чем только смогу. Я сообщаю Вашему Превосходительству, что после смерти моего отца я стал королем, а мой сын. Пангиан Салисал, — полковником или полководцем у испанцев. Я почтительно прошу Ваше Превосходительство, если Вы сочтете это справедливым, присылать сюда каждый год торговое судно, чтобы покупать и продавать. У нас есть такие товары, как сигей, черепахи, жемчуг и прекрасный рис. Я сообщаю об этом, чтобы Вы, ьа-ше Превосходительство, могли ориентироваться в обстановке.

В свое время капитан-майор Пангиан Саликале прибыл отсюда — в Джакарту, чтобы попросить помощь и войско против Замбоанги, и ему было сказано, что, когда он вернется, чтобы нанести удар по крепостям Замбоанги, ему пришлют 8 пушек, каждая 3 локтя длиной. Но когда наши суда с солдатами отплыли и приблизились к Замбоанге, эти пушки не прибыли, как обещано. Поэтому я прошу Его Превосходительство господина губернатора выразить мне свое расположение и одолжить упомянутые 8 пушек. Со своей стороны, я заплачу за это 400 реалов. И если Его Превосходительство господин губернатор готов сделать этот дружеский жест, я ожидаю в этом году письменного ответа Его Превосходительства.

Это письмо написано по-испански, потому что посол, который его доставит, [по национальности] малаец и я боюсь, что, если бы оно было написано по-малайски, его перевод был бы неточен.

Вместе с письмом я посылаю Вашему Превосходительству жемчуг изрядного качества. Прошу принять эту мелочь. Желаю Вашему Превосходительству крепкого здоровья. Всегда готовый служить Вашему Превосходительству [Подпись] Панджанг Баттикак. Холо, 15 марта, 1666 г.

[101, 1666–1667, с. 93–94].

Постоянная торговля, которую наши подданные ведут уже около 30 лет, сделала Батавию и нашу страну как бы одной землей. Голландцы пользуются у нас большими свободами, чем все другие иностранцы, и мирно ведут свою торговлю, без каких-либо притеснений. Что же касается шелка, который у нас производится, то по давно установившемуся обычаю мы поставляем его голландцам по установленной цене.

Далее я прошу генерал-губернатора прислать мне 1500 пикулей серы. Сейчас я второй раз получил письмо от генерал-губернатора и Совета Индии, вместе с которым прислали только селитру, а пушки, ядра и серу, о которых я просил, мне не прислали. Из письма явствует, что сера пропала и будет стоить не менее 6 таэлей. А что касается пушек и ядер, то голландцам их не хватает в своих крепостях. Но, учитывая, что генерал-губернатор владеет местом, откуда происходят эти товары, а мне больше неоткуда их получить, я вторично прошу генерал-губернатора и господ из Совета Индии помочь мне укрепить мои города. Также прошу прислать сукно, ткань „перпетуан“ и другие товары, а я заплачу за них по старым ценам шелком. Как прежде, за пикуль хорошей селитры я заплачу 10 таэлей шелком, а за серу — 4 таэля за пикуль, что было обычной ценой во все времена. И я не могу одобрить ваше требование платить за серу 6 таэлей за пикуль, потому что нынешняя цена на серу не выше, чем 3 таэля 8 маасов, однако я готов платить по 4 таэля. Пусть же генерал-губернатор и господа из Совета Индии соблаговолят прислать мне эти товары по вышеупомянутой цене, а я заплачу за них шелком по обычной цене, чтобы наша дружба не была [ничем] омрачена.

Я посылаю в подарок генерал-губернатору белый шелк. Прошу прислать мне следующие товары: 20 больших железных пушек с зарядом в 5, 6 и 7 фунтов пороха, 2 бронзовые пушки с зарядом в 5 фунтов пороха, 1000 пикулей селитры, 500 пикулей серы, 20 000 штук ядер, 20 штук красного сукна, 5 штук синего сукна, 5 штук черного сукна, ткань „перпетуан“ по 20 штук каждого цвета, большое количество неотделанного янтаря, 10 цепей с круглыми кораллами из янтаря, различные платья, белое полотно в обычном количестве, 2 бочки масла, большое количество меди и олова.

[101, 1666–1667, с. 221–222].

Это письмо от Аннам Кокона генерал-капитану Иоанну Метсёйкеру и всем грандам Батавии, которые говорят и действуют справедливо и с которыми я нахожусь в таком союзе, что Батавия и Тонкий стали как одна земля, пусть Бог дарует долгие годы обоим. Я слышал, что [Компания] послала в Китай несколько больших судов, и я желаю ей удачи в этом предприятии.

Что касается шелка в Тонкине, то на него установлена твердая цена, такая же, как и в прошлом году. Я не получаю от этого прибыли. Равным образом, запрошенные мною 150 тысяч катти селитры были доставлены сюда двумя рейсами, но я не получил серы, ядер и больших пушек. Генерал-губернатор пишет, что они нужны ему самому для обороны своих крепостей, но положение генерал-губернатора не такое тяжелое, чтобы он не мог помочь мне в обороне моих крепостей. Если раньше, когда Батавия боролась со своими врагами, этого вооружения ей было достаточно, то теперь, когда она отразила [нападение] своих врагов, она уже не должна ссылаться на эту причину и может удовлетворить мою просьбу.

Что же касается сукна, ткани „перпетуан“ и других товаров, которые я запрашивал, я их получил достаточное количество и заплатил за них по прежним ценам. За хорошую селитру я буду платить 10 таэлей за пикуль, а за серу — 4 таэля за пикуль, цену, которую я всегда платил, хотя сейчас сера продается по 3 таэля 8 маасов за пикуль.

Перед этим я послал в Батавию шнур с круглыми кораллами из янтаря, чтобы в Батавии его скопировали, мне еще не прислали его обратно. Поэтому я прошу прислать товары, о которых будет сказано ниже, скорее, а я заплачу за них по справедливости. Я прошу также не прекращать поставку селитры. Шелк, который я перед этим послал генерал-губернатору, это, конечно, скромный подарок. Но я его послал от чистого сердца в знак прочной дружбы и союза между Батавией и Тонкином, чтобы они жили, как братья.

Прошу прислать следующее: 2 большие бронзовые пушки, каждая с зарядом в 4 фунта пороха, 20 больших и малых пушек, большие с зарядом в 5 и малые с зарядом в 3 фунта пороха, подобные тем, что [были] присланы в прошлом году, 100 тысяч пикулей селитры, 50 тысяч пикулей серы, 10 тысяч ядер, 20 штук красного сукна, 5 штук черного сукна, 5 штук синего сукна, ткани „перпетуан“ каждого цвета по 20 штук, партию янтаря, 10 шнуров янтарных кораллов, партию набивных тканей, партию белой льняной ткани, такую, как в прошлом году, 2 бочки масла, партию меди, партию свинца.

В подарок генерал-капитану я посылаю шелка на 6000 таэлей.

[101, 1666–1667, с. 401–402].

…Один из наших служителей, Хасиа Хоби, сообщил нам, что он сел в Сиаме на корабль тамошнего короля, идущий в Китай, имея при себе различных товаров на 7000 рупий.

Во время имевших место распрей между сиамцами и голландцами последние захватили упомянутый корабль и все товары.

Впоследствии, когда спор между ними был улажен, сиамцы получили обратно свои товары, но наш подданный не получил. В доказательство этого он представил соответствующие свидетельства и документы…

[101, 1666–1667, с. 355].

Нижеследующий договор заключен между могущественным Падука Сири Султаном Хассан Удином [Хасан-уд-дином], королем Макасара, с одной стороны, и господином Корнелисом Спеелманом, суперинтендантом и комиссаром Восточных провинций, адмиралом и главнокомандующим морских и сухопутных сил от имени Его Превосходительства генерал-губернатора Иоанна Метсёйкера и Совета Индии, представляющих правление Генеральной Объединенной Нидерландской Ост-Индской компании, с другой стороны, чтобы утвердить вечный, прочный и добрый мир, дружбу и союз

1

Сим подтверждается договор, заключенный 19 августа 1660 г. в Батавии между послом короля [Макасара] Пупу и господином генерал-губернатором и Советом Индии, а также договор от 2 декабря 1660 г. между упомянутым королем и Якобом Кадом, послом Его Превосходительства, во всех частях и пунктах.