Джордж Сорос - Первая волна мирового финансового кризиса

Какие положительные изменения следует ожидать? Более справедливого распределения доходов как внутри страны, так и на международном уровне. Повышения качества со­циальных услуг, в том числе образования. Конструктивной политики в области энергетики, ведущей к крупномасштаб­ным инвестициям в альтернативные источники энергии, и мероприятий по экономии энергии. Сокращения воен­ных расходов. Ускорения экономического роста в развива­ющемся мире, обеспечивающего улучшение дел на рынках экспорта и инвестиционные возможности. Но даже при проведении идеальной с точки зрения этих условий поли­тики внутренний рост будет отставать от мировой эконо­мики. Если бы мне пришлось выбирать из разных форм, которые может принимать экономический спад, я бы пред­почел, чтобы он был изображен в виде перевернутого знака квадратного корня и чтобы самая глубокая точка была до­стигнута примерно в конце 2009 года.

Китай играет наиболее важную роль в развивающемся мире. Эта страна получала самые большие в мире преиму­щества от глобализации, вследствие чего сильно пострадала от снижения объемов экспорта, что отразилось и на вну­треннем потребительском рынке. Однако ее финансовая си­стема в целом не была затронута глобальными потрясения­ми, и страна обладает крупнейшими валютными резервами в мире. В связи с этим у Китая гораздо больше вариантов дальнейшей политики, чем у других.

Сделанный этой страной выбор окажет примерно такое же влияние на будущее экономики, что и действия прези­дента Обамы. Двусторонние отношения Китая и США ста­нут самыми важными в мире. Китай крайне заинтересован в процветании глобальной экономики. Используя этот ин­терес, президент Обама может перестроить международ­ную финансовую систему, однако это потребует значитель­ной тактичности и дальновидности обеих сторон.

Появление нового сильного игрока на мировой арене очень опасно. Уже дважды это заканчивалось мировыми войнами, в которых новички терпели поражение. Един­ственным исключением, пожалуй, служат взаимоотноше­ния между Соединенным Королевством и Соединенными Штатами. Разделение произошло благополучно, но стоит помнить, что в обеих странах говорят на одном и том же языке. Культуры и языки США и Китая существенно раз­личаются между собой. На протяжении многих лет Запад относился к этой стране со страхом и подозрением. И если Китай хочет, чтобы его воспринимали как мирового лиде­ра, он должен измениться. Он совершенно правильно при­нял доктрину гармоничного развития. Вместе с тем у него имеются и другие доктрины — в частности, касающиеся Тайваня и Тибета, — которые ведут к противоположному результату. Вследствие ошибочной политики администра­ции Буша и лопнувшего сверхпузыря Китай слишком рано получил чересчур много власти. Для выстраивания кон­структивного партнерства обе стороны вынуждены будут сделать шаг назад. Президент Обама должен относиться к Китаю как к равному партнеру, а Китай — признать аме­риканское лидерство. Это будет сложно и для одного и для другого государства.

Китаю есть что терять. Эта страна не демократическая, у нее нет ясных и устоявшихся правил изменения состава правительства. Неспособность достичь удовлетворитель­ных темпов роста, обычно определяемых как 8% годовых, может легко привести к политической нестабильности, ко­торая будет иметь катастрофические последствия для все­го мира. К счастью, Китай разработал метод проведения консультаций. Они, хотя и не являются демократическим инструментом управления, позволяют различным заинте­ресованным группам внести свою лепту в формирование политики. Основной недостаток состоит в том, что про­цесс формирования консенсуса медленный и громоздкий; существует опасность, что китайское руководство будет нерасторопно и не сможет быстро противодействовать вне­запному падению мировой экономики. В такой ситуации решительные шаги администрации Обамы могут дать поло­жительный эффект. По моему мнению, Китай столкнется с периодом резкой, но непродолжительной рецессии, глубина которой будет достигнута примерно в середине 2009 года, а по итогам этого года он покажет рост, сопоставимый с 8%.

Индия более автономна, чем Китай, и у нее должно быть меньше трудностей в поддержании импульса движения вверх. Снижение инфляционного давления будет отчасти компенсироваться уменьшением экспорта. Индийский фондовый рынок был затронут кризисом сильнее, чем в большинстве других стран, но финансовая система, до сих пор испытывающая значительное влияние правительства, пострадала существенно меньше. Скорее всего, сократятся денежные вливания из стран Персидского залива, а аутсорсинговый бизнес будет находиться в подавленном состоя­нии. Однако надеюсь, что активные инвестиции в индий­скую инфраструктуру, развитие которой сильно отстает, продолжатся. Макроэкономическая ситуация в Индии вы­глядит более благоприятно, чем в большинстве стран мира. Наименьшая определенность царит в политических вопро­сах, прежде всего связанных с Пакистаном.

Пакистан как государство находится в сложном поло­жении. Некоторые в военных и разведывательных служ­бах тесно связаны с террористами, и существует опасность того, что они могут взять верх. Террористические нападе­ния в Мумбаи 26 ноября 2008 года были блестяще спла­нированы, организованы и исполнены. Если это не плоды деятельности тех же людей, что планировали атаки 11 сен­тября, то уж наверняка продукт того же типа мышления. Атаки, случившиеся непосредственно перед выборами в Индии, были направлены на то, чтобы столкнуть две страны лицом к лицу, что позволило бы исламистам в Па­кистане как минимум выстоять, а как максимум — взять власть в стране в свои руки. Ситуация чрезвычайно слож­ная и представляет собой самую важную дипломатиче­скую задачу для администрации Обамы. Администрация Буша позволила различным игрокам настраиваться друг против друга: Пакистану против Индии и Афганистана, военным против гражданского правительства в Паки­стане; в самом правительстве — Навазу Шарифу против Асифа Али Зардари. Разные народности, которых военные снабжают оружием для борьбы с пакистанскими талиба­ми, могут начать войну между собой. Задача администра­ции Обамы состоит в том, чтобы привести все фракции к единству в борьбе с общим врагом — исламистскими тер­рористами в Пакистане.

Проблема Пакистана тесно связана с проблемой Афга­нистана. Поначалу американские силы, вошедшие в Афга­нистан, воспринимались как освободители; лойя джирга (конституционная ассамблея страны) создала условия для плавных политических изменений. Однако силы НАТО приняли участие в операции, не имея надлежащего пла­на ведения боевых действий, и после восьми лет войны присутствие иностранных войск уже не приветствуется. Новый план НАТО должен быть направлен на выход из конфликта, но это невозможно в то время, когда Аль-Каида и Талибан набирают силу. Между тем вероятность их победы сомнительна без активной поддержки со сто­роны местного населения. На пути к успеху новой адми­нистрации стоят три препятствия: война с наркотиками, которая настраивает местное население против оккупа­ционных сил, существование убежищ для террористов в племенных районах Пакистана и утрата легитимности и популярности режимом Хамида Карзая. Проблема впол­не разрешима, но потребует экстраординарных навыков и настойчивости.

Нефтедобывающие страны столкнулись с внезапным пово­ротом судьбы. Профицит их бюджетов превратился в дефи­цит, а суверенные фонды и валютные резервы понесли зна­чительные потери. Страны Персидского залива пострадали так сильно из-за того, что частный сектор, включающий некоторые банки, слишком расширил свою деятельность. В Дубае сформировался огромный пузырь в области недви­жимости, и теперь этот эмират вынужден спасаться, зале­зая в большой карман Абу-Даби.

Однако беды нефтепроизводителей вызвали не только отрицательные последствия. Некоторые из крупных нефте­добывающих стран с активным платежным балансом, в частности Иран, Венесуэла и Россия, были врагами суще­ствующего мирового порядка, и теперь их крылья подре­заны: сложно финансировать боливарианскую революцию при цене нефти 40 долларов за баррель. Тот факт, что Иран вынужден в меньшей степени выступать спонсором полити­ческих и террористических движений в соседних странах, уже оказывает благотворное воздействие. Похоже, полити­ческая ситуация и уровень безопасности в Ираке постепен­но приходят в норму, а Сирия, судя по всему, готова стать более податливой в переговорах. Велика вероятность, что иранский президент Махмуд Ахмадинежад не будет пере­избран в июне 2009 года и на передний план выйдет более разумное руководство, готовое к переговорам.

Понемногу улучшается ситуация на Ближнем Вос­токе, что дает надежду на возможное урегулирование израильско-палестинского конфликта. Прежний агрессив­ный подход, характерный для эпохи Буша, привел к изра­ильскому вторжению в сектор Газа, начавшемуся 27 декабря 2008 года. Постепенно положение дел стало выправляться, но неожиданно грянул кризис. И хотя целью Израиля было разрушение военной структуры ХАМАС, происходившие при этом убийства мирных жителей сильно повлияли на общественное мнение и привели к беспорядкам в Египте и других мусульманских странах. Первые же шаги Барака Обамы, в том числе назначение Джорджа Митчелла спец­представителем США на Ближнем Востоке и интервью теле­каналу «Аль-Арабия», свидетельствовали о том, что он на­мерен использовать иной подход.