Новый Соломон: Роберт Неаполитанский (1309–1343) и королевская власть в XIV веке - Саманта Келли
190
Minieri-Riccio, "Genealogia", ASPN 7 (1882), 477, 483. В последнем источнике эти люди упоминаются как свидетели договора между Робертом и его братьями Иоанном и Филиппом.
191
Werner Paravicini, "The Court of the Dukes of Burgundy: A Model for Europe?" в Princes, Patronage and the Nobility, ed. R. Asch and A. Birke, 76; R.J. Knecht, "The Court of Francis I", European Studies Review 8 (1978), 2.
192
Эти характеристики итальянских и бургундских дворов XV века отмечены соответственно Dean, "The Courts", 146, и Arnade, Realms of Ritual, 13. О Роберте сведения суммированы в Minieri-Riccio, "Genealogia", ASPN 7 (1882) и 8 (1883) обратите внимание: на его одежду, инкрустированную драгоценными камнями, и на золотую корону, украшенную более чем сотней изумрудов, сапфиров и других бриллиантов (vol. 8, 211); золотую статую Святого Людовика весом более пяти фунтов (8:212); некоторые из многочисленных ремонтных работ и пристроек к королевскому замку (8:209); а также многочисленные и длительные приготовления к приезду Андраша Венгерского, обрученного с наследницей Роберта Иоанной, включая отправку кораблей в Славонию для перевозки принца и его свиты из более чем 500 человек в Италию, построенные в порту Барлетты дома для их встречи и подготовка к празднествам в Неаполе (vol. 7, 676, 683; vol. 8, 5–8, 209).
193
О репутации Гульельмо см. Dean, "The Courts", 145.
194
Об случае с репой см. Minieri-Riccio, "Genealogia", ASPN 7 (1882), 489. Цитата принадлежит Бартоломео да Капуа: «Он общался с верующими королевства просто и по-домашнему, не в силу своего величия, а в силу своей скромности и фамилиарности». См. Jean-Paul Boyer, "Parler du roi et pour le roi. Deux 'sermons' de Barthélemy de Capoue", Revue des sciences philosophiques et théologiques 79 (1995), 244.
195
О правилах этикета при дворе короля Майорки см. Paravicini, "Court of the Dukes", 99.
196
Knecht, "Court of Francis I", 3; David Starkey, "Introduction: Court History in Perspective", в The English Court from the Wars of the Roses to the Civil War, ed. D. Starkey (London and New York, 1987), 12–16.
197
Король Франции Филипп IV Красивый около был известен своей отстраненной манерой поведения, также как и Джан Галеаццо Висконти живший в конце ХIV века: см. E.A.R. Brown, "The Prince is Father of the King: The Character and Childhood of Philip the Fair of France", Medieval Studies 49 (1987), 282–334, и Dean, "The Courts", 145.
198
О часто кратковременных пребываниях ученых при дворе Альфонсо Великодушного Арагонского см. Jerry Bentley, Politics and Culture in Renaissance Naples (Princeton, 1987), 47–62.
199
Darleen Pryds, The King Embodies the Word. Robert d'Anjou and the Politics of Preaching (Leiden, 2000), 10–11.
200
Дарлин Прайдс рассматривает ряд этих функций в главах со второй по шестую своего исследования (см. предыдущее примечание), первого последовательного анализа проповедей Роберта.
201
См. каталоги Walter Goetz, Konig Robert von Neapel (1309–1343). О личности короля и его отношении к гуманизму (Tübingen, 1910), 47–68, и Johannes Baptist Schneyer, Repertorium der lateinischen Sermones des Mittelalters für die feit von 1550–1350, vol. 5 (Münster, 1973), 196–219.
202
Dante Alighieri, The Divine Comedy. III: Paradiso, ed. and trans. J.D. Sinclair (Oxford and New York, 1939; repr. 1981), canto VIII, Line 147.
203
Иногда встречаются также упоминания об Арнольде из Виллановы как свидетельство ранних контактов Роберта со спиритуалами (например, Welbore St.Clair Baddeley, Robert the Wise and His Heirs [London, 1897], 16, 159). Но это не ключевой элемент аргументации, и на то есть веские причины. Во-первых, авторство двух сочинений, которые Арнольд, как предполагается, посвятил Роберту, О винах (De vinis) и О сохранении познаний (De conservanda inventate), остаётся неопределённым. Во-вторых, даже если бы они принадлежали Арнольду, они бы доказывали лишь интерес Роберта к медицинским исследованиям автора, а не к его религиозным взглядам. В-третьих, тот факт, что Арнольд служил некогда врагам Роберта, королям Арагона, делает любую личную дружбу между ними маловероятной. Например, в 1309 году Арнольд заявил, что корона Иерусалима принадлежит не Роберту а королю Арагона. См. Romolo Caggese, Roberto d'Angiò e i suoi tempi, 2 vols. (Florence, 1922–30), 1: 110, и Michael McVaugh, "Two Texts, One Problem: The Authorship of the Antidotarium and De venenis attributed to Arnau of Villanova", Arxiu de textos catalans antics 14 (1995), 82–83.
204
Я использую термин фратичелли для обозначения как францисканцев-спиритуалов, отстаивавших жизнь в буквально абсолютной бедности, так и тех францисканцев (обычно называемых микеэлистами, по имени их лидера Микеле Чезенского), которые поддерживали стремление к бедности только на теоретическом уровне, но после папского осуждения в 1324 году присоединились к ереси спиритуалов. Связь между этими двумя группами станет более ясной на следующих страницах.
205
Эмиль Леонар говоря о разрыве между королём и Папой в 1322–1324 годах, утверждает, что приверженность Роберта фратичелли во многом повлияла на его последующую политику: см. Les Angevins de Naples (Paris, 1954), 234, 240–48. По словам Карло де Фреде, «ещё до конфликта с Папой Иоанном XXII король открыто встал на сторону спиритуалов и этому способствовало его образование, благочестие матери и призвание брата. Впоследствии, когда вновь разгорелась полемика между фракциями спиритуалов и конвентуалов, король принял в ней активное участие, без колебаний отдав предпочтение первым». См. "Da Carlo I d'Angiò a Giovanna I", в Storia di Napoli, vol. 3 (Naples, 1969), 209.
206
Федерико Сабатини утверждает, что поддержка Робертом спиритуалов в дебатах о бедности была обусловлена его давней связью с этой фракцией, и что «несколько лет спустя скрытый политический конфликт с папством быстро вышел наружу»: см. "La cultura nell'età angioina", в Storia di Napoli, vol. 4 (Naples, 1974), 69.
207
Доменико Амбрази пишет, что «Роберт, конечно же, не скрывал своих очень сильных симпатий к фратичелли; он принимал их при дворе и открыто защищал перед Папой": см. "La vita religiosa", в Storia di Napoli, vol. 3 (Naples, 1969), 508. Рональд Мусто утверждает, что «королевский трактат О бедности (De paupertate) 1332 года [sic] был убедительной защитой позиции спиритуалов по вопросу бедности» и что «Роберт и Санча продолжали
