Х. Льоренте - История испанской инквизиции. Том II

V. Г. Турнон был отведен в тюрьму. Он упорствовал в своих ответах на первой и на второй аудиенциях. Прокурор представил свой обвинительный акт, который, согласно обыкновению трибунала, был разделен на статьи, сообразованные с показаниями свидетелей. Обвиняемый признал факты, которые он истолковал и объяснил, как делал это раньше. Ему предложили избрать адвоката, если он желает защищаться, установить свои доказательства или отвести лиц, о которых он думает, что они показали против него по ненависти, из выгоды или вследствие какого-либо другого частного побуждения. Г. Турнон отвечал, что причиной его несчастий является дурной смысл, приданный происшедшему; что испанские адвокаты незнакомы с масонскими ложами; они разделяют относительно их предрассудки публики и не сумеют защитить его дела. Это соображение заставляет его вернуться к самому себе и к последствиям, которые может иметь его теперешнее положение. Он полагает, что самое разумное решение, которое он может принять, это признать свою виновность, свое неведение или опасный дух статутов и обычаев франкмасонства. По этому побуждению он подтвердит свои показания, поскольку он никогда не думал, что в том, что он делал в качестве франкмасона, было что-либо противное католической вере. Так как он мог ошибаться вследствие незнакомства с некоторыми частными догматами, он готов проклясть все ереси, в которые он, может быть, впал, и просит отпущения церковных наказаний, предлагая исполнить назначенную ему епитимью. Он надеется, что это наказание будет умерено в уважение к обнаруженной им добросовестности, которую он сумел сохранить, видя, как в ложах постоянно рекомендуется и практикуется благотворение без отрицания или оспариваний какого-либо члена католической веры.

VI. Прокурор согласился с просьбой обвиняемого. Приговор был произнесен и предъявлен г. Турнону в декабре 1757 года. Он гласил:

VII. 1) Г. Турнон находится в легком подозрении, что он впал в еретические заблуждения индифферентизма, следуя в своем поведении среди франкмасонов заблуждениям натурализма; в заблуждения суеверия, противные чистоте святой католической религии, мешая мирские вещи со священными предметами и религиозные почитания святых и икон с веселыми банкетами, заклятиями и масонскими церемониями; наконец, в языческие заблуждения, почитая изображения светил.

VIII. 2) Подсудимый стал виновным во многих очень важных преступлениях, соглашаясь и давая свое одобрение нечестивому обычаю приносить человеческие трупы на церемонии лож и безрассудному взгляду на страшные заклятия, сопровождающие масонскую присягу как на якобы дозволенные, в особенности стараясь представить эти заблуждения догматами и советуя хорошим католикам принять их, становясь франкмасонами.

IX. 3) Святые каноны и апостолические буллы поражают отлучением, разрешаемым только епископами, и многими другими очень строгими церковными карами, а испанские законы — разными гражданскими наказаниями, между прочим тем наказанием, которое предназначено для людей, ставших важнейшими государственными преступниками, например, образующих тайные сообщества без разрешения и соизволения короля.

X. 4) Г. Турнон заслужил строжайшее наказание за совершение этих проступков, а особенно за попытку совратить испанских католиков. Тем не менее, принимая во внимание, что означенный преступник родился не в Испании, сознал заблуждение, которое может быть извинено его неведением, и смиренно просил прощения и милости быть примиренным с Церковью путем епитимьи, он присуждается вследствие сострадания и милосердия святого трибунала только к годичному заключению в тюрьме, занимаемой им теперь; по окончании же этого срока — к отправке под охраной служителей святого трибунала до французской границы и к изгнанию из Испании навсегда с подтверждением, что он будет строго наказан, если когда-либо вернется в Испанское королевство без разрешения короля и святого трибунала.

XI. 5) Если у г. Турнона нет денег, то будет продана часть его секвестрированных вещей, чтобы оплатить издержки, которые он уже сделал или сделает, а также и расходы по его путешествию до границ королевства.

XII. 6) В первый месяц своего тюремного заключения он совершит духовные упражнения и общую исповедь перед священником, духовником, который будет ему назначен инквизитором-деканом; для лучшего исполнения возложенного на него обязательства он будет употреблять ежедневно полчаса утром на чтение размышлений в книге св. Игнатия Лойолы О духовных упражнениях[244] и полчаса вечером на чтение рассуждений отца Иоганна Евсевия Ниремберга в его книге О различии между временным и вечным.

XIII. 7) Пусть г. Турнон ежедневно проходит хоть часть четок с молитвой к Богородице Деве Марии и часто повторяет молитвенные воззвания веры, надежды, любви и сокрушения.

XIV. 8) Пусть он потрудится выучить наизусть катехизис отца Астете и приготовится к получению отпущения грехов в праздники Рождества, Пасхи и Пятидесятницы (он хорошо поступит, если это обыкновение сохранит на всю жизнь).

XV. 9) Для того чтобы г. Турнон был извещен об этом приговоре и всех его распоряжениях, будет устроено частное аутодафе в залах суда, при открытых дверях, в присутствии секретарей тайного следствия, служащих святого трибунала и лиц, которым инквизитор-декан позволит присутствовать.

XVI. 10) Г. Турнон появится на аутодафе без санбенито и дроковой веревки и выслушает стоя чтение своего приговора и своих прегрешений; он получит предостережение от инквизитора-декана; затем на коленях он произнесет отречение от всех ересей, в частности от заблуждений, в которых он признан легко подозреваемым; он прочтет и подпишет свое отречение, а также свое исповедание веры, согласное с верой католической, апостольской и римской, с обещанием никогда не присутствовать на собраниях франкмасонов, не представляться и не вести себя, как брат ордена; он — согласится, в случае если он будет снова арестован святым трибуналом, на то, что будет рассматриваться как рецидивист и будет подвергнут наказаниям, предназначаемым для тех, кто вторично впадает в то же преступление.

XVII. Все распоряжения этого приговора были выполнены. Я считаю бесполезным приводить какие-либо соображения об этом акте, о мотивировавших его взглядах и о других обстоятельствах процесса. Не найдется ни одного читателя (будет ли он приверженец или противник франкмасонства), который по только что прочитанным подробностям процесса не мог бы составить себе мнение о здравом смысле инквизиторов и об обширности их познаний. Г. Турнон вернулся во Францию и, кажется, не возвращался в Испанию, так как случившееся с ним несчастие не могло внушить ему мысли о вторичном путешествии туда.

XVIII. Франкмасонским обществом занимались ученые, начиная с половины семнадцатого столетия, и огромное множество басен, опубликованных относительно его цели и его действий, запутало этот вопрос и принесло много зла. Каковы бы ни были его происхождение и первые работы, известно, что его таинственные посвящения впервые отмечены в Англии в царствование Карла I,[245] который погиб на эшафоте в 1649 году. Враги Кромвеля[246] и республиканской системы установили тогда степень великого мастера английских лож, чтобы подготовить умы франкмасонов к восстановлению монархии. Это предприятие они довели до благополучного конца, возведя на престол Карла II,[247] сына обезглавленного монарха. Король Вильгельм III[248] был франкмасоном. Несмотря на перемену династии, происшедшую при Георге I,[249] франкмасонство нисколько не казалось подозрительным в Англии. В 1723 году оно проникло во Францию. В 1728 году шотландский кавалер Рамзай[250] учредил в Лондоне особую ложу и объявил, что общество было основано в 1099 году Готфридом Бульонским, королем Иерусалима;[251] оно было сохранено тамплиерами и перенесено в Эдинбург, столицу Шотландии, где оно было узаконено королем Робертом I[252] при жизни нескольких тамплиеров, избежавших преследования французского короля. В 1729 году оно проникло в Ирландию. Голландская республика приняла его в 1731 году. В этом же году оно открыло первые ложи в России. В 1733 году оно появилось в Бостоне (в Северной Америке) и во многих других городах этой части света, подчиненной тогда Англии. В этом же году оно было учреждено во многих городах Италии, а два года спустя франкмасоны появились в Лиссабоне.

XIX. Я полагаю, что первая мера строгости, употребленная против франкмасонов в Европе, была декретирована 14 сентября 1732 года полицейской камерой Шатле[253] в Париже. Она запретила собрания франкмасонов и присудила г. Шапло к тысяче ливров штрафа за то, что он допустил масонские собрания в своем жилище на Рапе; дверь его дома была замурована на шесть месяцев. Людовик XV[254] приказал лишить права приезда ко двору пэров Франции и других дворян, если доказано, что они были членами масонской ложи. Лорд Арнаустер, великий мастер парижских лож, принужден был покинуть Францию; он созвал собрание франкмасонов для выбора своего преемника. Людовик XV, осведомленный об этом, сказал: если выбор падет на француза, он пошлет его в Бастилию.[255] Несмотря на это намерение короля, был избран герцог д'Антэна, и он принял этот орденский сан. Угроза Людовика XV не только не имела последствий, но в 1743 году, по смерти герцога д'Антэна, его преемником стал Луи Бурбон, принц де Конти.[256] В 1771 году другой принц крови Луи Бурбон, герцог Шартрский,[257] был избран главой Великого Востока.