С Дубнов - Краткая история евреев

Глава 8

Евреи в Западной Европе от XVI до XVIII века

41. Италия. После изгнания евреев из Испании значительная часть их переселилась в Италию, где их соплеменники жили сравнительно спокойно. Во главе этих переселенцев стоял Исаак Абарбанель, последний великий вождь испанского еврейства. Абарбанель поселился сначала в Неаполе, а потом в Венеции. Некоторое время он занимал государственную должность при дворе неаполитанского короля, но затем оставил ее и всецело предался своим научным трудам (он написал обширный комментарий к Библии и ряд книг об основах еврейского вероучения). Потрясенный пережитыми народными бедствиями, Абарбанель в своих книгах особенно углублялся в догмат о пришествии мессии. Он пытался на основании предсказаний пророков и древних преданий определить время пришествия мессии, и ему казалось, что оно очень близко. Приближаясь к могиле, великий старец утешал себя мыслью, что близок час избавления многострадального народа. Абарбанель умер в Венеции, в 1509 году.

Вскоре после его смерти, среди итальянских евреев действительно оживились надежды на пришествие мессии. В 1524 г. в Венецию прибыл с Востока загадочный странник, относительно которого трудно сказать - был ли он обманщиком или мечтателем. Он называл себя Давидом из колена Рувимова (Реубени) и рассказывал, что идет он из далекой Аравии, где будто бы существует еврейское царство, населенное потомками древних пастушеских колен израилевых - Рувима и Гада, что его брат царствует в той стране, и что он, Давид, послан оттуда в Европу с важными поручениями к христианским государям. Давид Реубени въехал в Рим верхом на белом коне, затем отправился во дворец к папе Клименту VII и имел с ним продолжительную беседу. Из Италии Давид поехал в Португалию, и там тоже был принят с почетом, как посол еврейского царя, королем Иоанном III. Все эти таинственные переговоры породили среди евреев веру в близость каких-то важных событий. Говорили, будто аравийские израильтяне послали Давида в Европу за огнестрельным оружием, так как они собираются воевать с Турцией и отнять у нее Палестину.

Особенно волновались в Испании и Португалии тайные евреи-марраны, терпевшие бедствия от инквизиции. Один молодой марран из Лиссабона, Соломон Молхо, примкнул к мнимому еврейскому послу Давиду Реубени. Молхо углубился в изучение каббалы и, подобно многим своим современникам, мечтал о близком пришествии мессии. Увлеченный этими мечтаниями, юный Молхо отправился в Турцию и Палестину, сблизился с тамошними каббалистами и произносил пламенные речи о скором избавлении Израиля. Оттуда он возвратился в Европу и явился в Рим, где вступил в тайные переговоры с папой. Вскоре Молхо удивил всех смелым подвигом: вместе с Давидом Реубени он отправился в Регенсбург, к германскому императору Карлу V; они рассказали императору о своем намерении - призвать евреев к войне против турок, с целью отобрать Палестину. Конец этих переговоров был весьма печален. Император велел арестовать обоих странников и повез их с собой в Италию. Здесь Молхо, как отступник от христианства, был осужден инквизицией на смерть: его сожгли на костре в Мантуе, в 1532 г. Реубени же был отвезен в Испанию и там содержался в тюрьме, где он через несколько лет умер.

Евреи горько разочаровались в своих надеждах. А между тем положение их стало ухудшаться и в Италии. Римские папы начали преследовать евреев в своих владениях и возобновили унизительные для них законы Иннокентия III. В городах евреев удаляли в особые кварталы (гетто), заставляли носить особый знак на одежде, не позволяли иметь больше одной синагоги в каждом городе. Гонения на Талмуд также возобновились. В то время Талмуд стал сильно распространяться, благодаря книгопечатанию (он был впервые напечатан целиком в 1520-х годах в Венеции). Враги евреев выступили со старым обвинением, будто в Талмуде содержатся обидные для христиан мнения. Римское духовное судилище (инквизиция) приказало сжечь книги Талмуда. В домах римских евреев произвели обыск и отобрали все найденные книги. В день Рош-гашаны (1553 г.) тысячи томов Талмуда были сожжены на костре в Риме. То же делалось и в других городах Италии. Позже католическое духовенство разрешило евреям вновь печатать Талмуд, но не иначе, как с исключением всех мест, противных христианской религии. Для этого были назначены особые цензоры, преимущественно из крещеных евреев, которые усердно зачеркивали в Талмуде все указанные места и не давали перепечатывать их.

Особенно враждебно относился к евреям фанатический папа Павел IV. В изданных им двух "буллах" он установил для евреев Рима и других городов Церковной области ряд унизительных ограничений в средневековом духе. По этим законам, евреи должны были жить в каждом городе в особом квартале, носить особую одежду для отличия от христиан. Христианам запрещалось жить у евреев в качестве домашних слуг, нянек и кормилиц, пировать или веселиться с ними, лечиться у еврейских врачей, даже называть еврея "господином". Обитателям гетто дозволялось вести только мелкую торговлю, преимущественно старым платьем, или заниматься ссудой денег под малые проценты; им запрещалось приобретать недвижимое имущество (буллы 1555 г.). Эти жестокие и оскорбительные законы довели евреев до крайней степени унижения и материального разорения.

Со второй половины XVI в., евреи в Риме и других городах Италии уравнялись в бесправии с германскими своими соплеменниками. Еврейский квартал, или гетто, в Риме находился на берегу Тибра, в низменности, которая во время разливов реки часто затоплялась водой. От других частей города гетто отделялось стеной, с воротами для входа и выхода. На ночь ворота запирались и охранялись особой стражей. По свидетельству одного путешественника, посетившего Рим в 1724 г., в еврейском квартале, состоявшем из двух больших и шести малых улиц, жило в крайней тесноте около 3000 семейств, т. е. 20-25 тысяч человек. Большинство их занималось мелкой торговлей и ремеслами. Улицы гетто были усеяны лавками и лавочками, где торговали всем, начиная со съестных припасов и кончая старым платьем. Торговля старьем особенно поощрялась римскими властями, как "привилегированное" занятие старого народа; старьевщики имели право обходить христианский город для закупки подержанных вещей и даже иметь склады своих товаров вне гетто. Из ремесел самым распространенным было портняжество. "Часто в летнее время, - рассказывает современник, - видишь сотни портных, сидящих за своей работой на улицах, возле дверей своих жилищ. Женщины изготовляют тут же пуговицы и петли для пуговиц. Эти мастерицы так усовершенствовались в своем ремесле, что портные других народностей из всего города заказывают им изготовление пуговиц и петель. В общем три четверти евреев (ремесленников) суть портные, а прочие занимаются другими ремеслами".

Ношение отличительной одежды было обязательно для евреев, без различия пола и звания. Мужчины носили на голове желтую шапку (баррет), а женщины головной убор из куска желтой материи шириной в полтора локтя. С течением времени евреи переменили желтый цвет головного убора на оранжевый, а потом перешли к красному, так что "барреты" мужчин были совершенно одинаковы с красными шапками кардиналов. Во избежание "соблазна", приказали евреям вновь вернуться к желтому цвету. - Все эти унижения были направлены к тому, чтобы заставить евреев отречься от своей веры и принять крещение. Для этой же цели была установлена "принудительная проповедь": евреев насильно заставляли слушать в церквах проповеди католических священников. Каждую субботу после обеда в гетто являлись полицейские надзиратели и гнали в церковь для слушания проповеди группу мужчин, женщин и детей старше 12 лет. "Ровно в два часа пополудни, - рассказывает очевидец (1724 г.), - слушатели должны явиться в церковь. Здесь висело большое деревянное изображение на кресте (Распятие), прикрытое мешком, дабы евреи над ним не смеялись. Тут расставлены и скамьи для сидения, причем мужчины и женщины сидят отдельно, отделенные друг от друга гардиной, как в синагогах. На возвышении устроена кафедра, на которой стоит поп. Он начинает свою проповедь громким голосом и пересыпает ее такой массой еврейских слов, что можно его принять за еврея. Проповедь состоит в том, что сначала оратор хвалит евреев, как избранный Богом народ, а потом говорит противное, отзывается о них презрительно, называет упрямым племенем, так как они не внемлют его поучениям. В это время (проповедь продолжается два часа) все должны сидеть совершенно тихо, не произносить ни слова и не спать, ибо тут же находятся надзиратели, которые следят за этим и строго наказывают нарушителей". Иногда агенты папской полиции насильно уводили того или другого еврея в "дом новообращенных", для приготовления к крещению. Там узников держали сорок дней и уговаривали переменить веру. Иных удавалось крестить: упорных же выгоняли обратно в гетто.