Ирина Воскресенская - Фавориты и фаворитки государей Западной Европы

Ознакомительный фрагмент

(А в эти годы на престол российского государства взошёл царь Алексий Михаилович Романов (1645), которому пришлось усмирять Соляной бунт в Москве (1648) и отправить своего фаворита, бывшего своего воспитателя Бориса Ивановича Морозова, виновного в этом бунте, в ссылку, в монастырь; пережить раскол в Русской Православной Церкви в связи с реформами патриарха Никона (1653–1656); создать и утвердить «Соборное уложение», основной закон Российского государства (1649); вести войну с Польшей (1654–1667) и со Швецией (1656–1658), освободить около 20 русских городов, захваченных поляками и шведами, прекратить Медный бунт в Москве (1662). Царь Алексий Михаилович был верен своей жене Марии Ильиничне Милославской, а после её смерти — своей второй жене Наталье Кирилловне Нарышкиной, родительнице Петра I, и, будучи человеком весьма набожным, даже и в голове не держал каких-либо фавориток-метресок.)

Но вернёмся во Францию. После смерти Мазарини в 1661 году Людовик XIV женился на испанской дофине Марии, но не по любви, а, как это было принято в королевских домах, по династическим и политическим соображениям

Через год после свадьбы идея фаворитизма овладела душой Людовика фаворитки и любовницы, сменяя одна другую, демонстрировали себя королевскому двору. Была и взаимная страстная любовь к племяннице кардинала Мазарини — Марии Манчини, но она закончилась взаимным недовольством и расставанием.

Особое место в череде фавориток и любовниц было суждено занять Луизе-Франсуазе де Лавальер (1644–1710), полное имя которой к концу её фавора было Луиза-Франсуаза де Лабом Леблан, маркиза де Лавальер, герцогиня де Важур, а к концу её жизни — монахиня Людовика.

Эта женщина знакома российскому читателю по книге А. Дюма-старшего «Двадцать лет спустя, или Виконт де Бражелон», где она предстаёт как первая страстная любовь виконта де Бражелона, на глазах которого начинается её любовная история с королём Людовиком XIV. А кто не читал этой книги, тот, возможно, помнит эту историю по кинофильму «Три мушкетера, несколько лет спустя».

Луиза-Франсуаза де Лавальер, родившаяся в Турении в 1644 году в патриархальной аристократической семье, не отличавшейся богатством, была воспитана в духе старого времени: в преданности монархии, любви к монарху, то есть его почитании и благоговении перед ним, высокой нравственности, милосердии, кротости и целомудрии. Как было принято в аристократических семьях, Луиза была хорошей наездницей, любила лошадей и знала в них толк. Однажды на прогулке верхом она упала с лошади, повредила себе ногу и на всю жизнь осталась «хромоножкой», как её впоследствии называли при дворе. Она не была красавицей, что ясно из описания ее внешности одним из её современников: «Девица эта роста посредственного, но очень худощава, походка её неровная, хромает. Она белокура, лицом бела, рябовата, глаза голубые, взгляд томный и по временам страстный, вообще же весьма выразительный. Рот довольно велик, уста румяные. Она умна, жива, имеет способность здраво судить о вещах, хорошо воспитана, знает историю и ко всем своим достоинствам одарена нежным, жалостливым сердцем». Её овальный портрет в стиле рококо кисти Буше, видимо, очень ей льстящий, передаёт её облик нежным, грациозным, отличающимся белизной кожи лица и тела, но не красотой. Её внутренний мир, не совпадающий с миром придворного фаворитизма, передан художником в её позе как бы ангела, что подчеркивается развевающимися вокруг неё шарфами, от её плеча летящими, как ангельские крылья. Очарованием Луизы де Лавальер были не красивые черты лица, а живость, ум, эрудиция, нежность в сочетании со страстным темпераментом

Отец Луизы умер, когда она была еще ребёнком, и она жила и воспитывалась матерью и дедом, бароном де Лабом, в замке Блуа, принадлежавшему их родственнику Гастону Орлеанскому.

Когда Луиза-Франсуаза «вошла в возраст» (ей исполнилось 13 лет), страстно в неё влюбившийся молодой маркиз де Бражелон просил её руки, и Луиза была согласна выйти за него замуж. Но судьба повернулась к ней иной стороной. Уже шла подготовка к свадьбе, как неожиданно умер её дед — барон де Лабом, который жил вместе с ними одной семьёй. С его смертью в семье остались одни женщины. Мать Луизы от переживаний тяжело заболела и, чувствуя свой конец, решила, чтобы обеспечить независимость Луизы, обратиться к принцессе Генриетте Английской, супруге брата короля Людовика XIV, с тем, чтобы она взяла Луизу к своему малому двору фрейлиной. Это было в 1658 году. Принцесса согласилась, и Луиза вступила в придворный мир, который принял её благосклонно: ей было всего 14 лет, она никого при дворе не знала, а потому не могла плести интриги под чьим-либо руководством, к тому же была наивна и скромна. Отсутствие красоты и хромота, естественно, не вызывали у придворных дам ни зависти, ни соперничества. Никто даже и подумать не мог, какое место в сердце красавца-короля займёт эта «хромоножка».

Но двадцатитрёхлетний король Людовик XIV пленился не красотой Луизы де Лавальер, а свежестью и чистотой её чувств и воззрений, её наивностью и искренностью, которые так контрастно противоречили придворному миру фаворитизма, миру корысти, зависти, неискренности и предательств. Однако это произошло не сразу, долгое время король вообще не имел представления о новой фрейлине и, разумеется, не замечал её.

Расставшись с Марией Манчини, Людовик искал общества, похожего на то, которое собиралось у его бывшей возлюбленной. И такое общество он нашёл у жены своего брата — принцессы Генриетты Английской — женщины умной, образованной, начитанной, остроумной, пользующейся не только уважением, но даже и любовью при её малом дворе Не считаясь с тем, что Генриетта была женой его брата, Людовик сошёлся с ней не только во вкусах: она стала его возлюбленной. Впрочем, его брат не интересовался своей женой, он больше любил «миньонов».

Молодая фрейлина, только что взятая ко двору, — Луиза де Лавальер — тоже обожала принцессу Генриетту Английскую. Принцесса Генриетта представила королю всех своих придворных девиц и дам, в том числе и Луизу. Людовик не нашёл в Луизе ничего особо привлекательного. А Луиза сразу влюбилась в короля.

Однажды Людовик после праздника в Фонтенбло, на котором для увеселения был устроен конкурс танцоров, приехал к Генриетте и случайно услышал разговор фрейлин. Они делились своими впечатлениями о празднике и танцорах. Каждая фрейлина высказывала своё впечатление, и когда очередь дошла до Луизы, то она сказала, что не понимает, как можно было смотреть на каких-то танцоров, когда на празднике был КОРОЛЬ? Людовик только слышал это, можно сказать, признание в любви к нему, но не видел, кто это сказал. Его поразило, что фрейлина полюбила его самого, а не его королевский титул, его власть и богатство. И он по запомнившемуся ему голосу стал искать ту, которая так бескорыстно его полюбила. И вскоре нашёл. Эта девушка запала ему в душу, и на одной из прогулок в Венсенском лесу он признался ей в любви и, конечно, в духе своего времени, предложил стать его официальной фавориткой. Но Луиза была воспитана в ином духе и считала, что её любовь и любовь женатого короля — это большой грех, который она не может взять на свою душу. Это еще больше разожгло пламя, горевшее в сердце Людовика, он стал писать Луизе письма, умолять её о свидании. И влюблённая Луиза, понимая, что эта любовь греховна и не имеет для неё будущего, всё же сдалась. Но муки совести продолжали терзать Луизу де Лавальер, и она прервала этот сладостный для неё роман, покинула двор, тем более, что Генриетта, надеявшаяся на любовь короля и связанные с этим почести и преимущества, возненавидела свою фрейлину, а в такой обстановке выполнение фрейлинских обязанностей было ещё одной мукой.

Людовик был в отчаянии: этот поступок Луизы больно поразил его, потому что он привык к безропотному поклонению. По просьбе, а скорее по приказу короля Луиза была вынуждена вернуться к обязанностям фрейлины малого двора Генриетты Английской.

Малый двор Генриетты, да и большой королевский двор зорко следили за отношениями короля Людовика XIV и Луизы-Франсуазы де Лавальер, с удивлением отмечая, что не только Луиза любит короля (это понятно: жалкая некрасивая хромоножка полюбила блистательного «Короля-Солнце»), но и Людовик, кажется, любит не принцессу Генриетту Английскую, к которой он ездил совсем недавно чуть ли не каждый день, а Луизу де Лавальер (непонятно: что он в ней нашёл?). Королевский двор разделился на две партии: одна — за Генриетту, другая — за Луизу. Подтверждением любви Людовика к Луизе явился его смелый поступок. Дело в том, что Анна Австрийская, мать Людовика XIV, в очередной раз затеяла для своих родственников беспроигрышную лотерею, где главным, самым дорогим призом были бриллиантовые браслеты, и этот приз (странное дело!) выиграл Людовик. И перед лицом своей родни и всего королевского и малых дворов он эти бриллиантовые запястья подарил Луизе де Лавальер. Несмотря на свою наивность, Луиза, поняв, что она вступила в опасную игру, срочно покинула королевский замок и отправилась в Шальотский монастырь.