История войны 1814 года во Франции - Модест Иванович Богданович

Старой гвардии. – Отступление русских войск с поля сражения. – Расположение обеих сторон в конце боя. – Граф Воронцов в сражении при Краоне. – Потери обеих сторон. – Замечания. – Отступление к Лану Воронцова, Сакена и Рудзевича. Отступление арьергарда, сперва под начальством Бенкендорфа, а потом Чернышева. – Нечаянное нападение Нея при Этувеле. – Отступление Чернышева к Лану.

По отступлении за Эну Блюхер расположил свою армию в числе около 110 тысяч человек на возвышенной плоскости, фронтом к сей реке; корпус Бюлова встал на правом фланге у Фонтене (Fontenay) и Луари (Loiry), наблюдая течение Эны от Суассона до Компиеня; корпус графа Ланжерона занял Суассон и пространство между этим городом и местечком Вальи (Vailly); корпус Сакена находился между Вальи и Сунир, наблюдая течение Эны до Борье (Beaurieux); корпус Винцингероде на левом фланге, у Борье и Краона, и вверх по Эне до Бери-о-Бак (Béry-au-bac); наиболее же потерпевшие корпусы Йорка и Клейста были расположены: первый во второй линии, у Марживаля и Виллери, близ дороги, ведущей из Суассона в Лан (Laon), а второй позади йорковых войск, у Анизи и Филен (Filain)1. Вообще же армия занимала линию длиной не менее 45 верст, но, несмотря на то, Блюхер мог собрать на любом пункте ее в продолжение пяти или шести часов от 40 до 50 тысяч человек и противопоставить неприятелю превосходные силы. Войска, ему вверенные, вообще отличались духом своим, но корпусы Винцингероде и Бюлова были лучше снаряжены, и лошади их находились в превосходном теле; напротив того, солдаты бывшей Силезской армии, в изорванных шинелях, в изношенной обуви, и тощие лошади их возбуждали своим наружным видом ужас в новоприбывших войсках. «Недели через четыре и мы будем такие», – толковали между собой солдаты Бюлова и Винцингероде. Армия Блюхера усилилась вдвое, но вновь прибывшие войска не питали к своему вождю такой неограниченной доверенности, какая господствовала в Силезской армии. Да и вообще солдаты, прийдя из гостеприимной Германии и преданной Голландии в страну, где жители большей частью были враждебны союзникам, переносили труды и лишения с меньшей охотой, нежели прежде, когда необходимость отстоять родную страну заставляла каждого напрягать последние силы. Нередко и между начальниками их происходили толки – почему все бремя войны было возложено на одних лишь русских и пруссаков2.

Наполеон, не успев настигнуть Блюхера на левой стороне Эны, предпринял отрезать его от Рейна и Бельгии и с этой целью двинулся в обход левого фланга Силезской армии, по направлению к Лану. Но для переправы через Эну в окрестностях Фим, где тогда находилась большая часть наполеоновых войск, мог служить только лишь каменный мост у Бери-о-Бак, а дороги к этой переправе были крайне дурны. 22 февраля (6 марта) граф Нансути с дивизией Эксельмана и несколькими польскими эскадронами графа Паца двинулся от Фим к Бери-о-Бак; за ним следовал сам Наполеон с войсками, прибывшими накануне в Фим; корпусам Мортье и Мармона, после неудачного их покушения овладеть Суассоном, было предписано также идти на Фим к Бери-о-Бак. Генерал Нансути, отбросив передовые войска генерал-адъютанта Чернышева за Эну, перешел вместе с ними на правый берег реки. Туда же направились и прочие войска Наполеона3.

Как только Блюхер узнал о переправе французской армии через Эну на его левом фланге, то решился идти навстречу неприятелю: корпус Винцингероде получил предписание собраться у Краона; за ним двинулись корпусы Йорка, Сакена, Клейста и Ланжерон с 9-м пехотным корпусом генерал-майора Корнилова. Генерал-лейтенант Рудзевич с 10-м пехотным корпусом оставался в Суассоне, ему же был подчинен небольшой кавалерийский отряд генерал-майора графа Палена4, наблюдавший течение Эны между Суассоном и Вальи. Корпус же Бюлова был послан к Лану для занятия этого пункта и обеспечения сообщений армии через Авен (Avesnes) с Бельгией. Туда же были отправлены обозы всей армии5. Блюхер предполагал атаковать Наполеона и надеялся разбить его прежде, нежели могли к нему присоединиться корпусы, двигавшиеся от Суассона. Но генерал Винцингероде, которому было приказано занять Корбени, Краон и лежащий между ними лес, оставался на месте в четырех верстах от Краона. Неприятель, пользуясь его бездействием, занял помянутые пункты и получил возможность удерживаться там до прибытия ожидаемых им подкреплений. Блюхер, будучи принужден отказаться от нападения на неприятельскую армию, предпочел воспользоваться выгодами местности между Эной и Летой и принять там сражение; он надеялся (и надежда его оправдалась вполне), что Наполеон не отважится идти к Лану, оставив у себя на фланге и в тылу часть союзной армии, и сам на нее поведет нападение. Как местность, занятая союзниками, могла быть упорно обороняема небольшими силами, то Блюхер, оставив на плато между селениями Айль (Aille) и Вассонь (Vassogne) пехоту корпуса Винцингероде под начальством генерал-лейтенанта графа Воронцова, назначил для поддержания его корпус Сакена, стоявший у Бре (Bray en Laonnais). Одновременно с обороной сей позиции Блюхер предполагал обойти неприятеля с правого фланга конницей корпусов Винцингероде, Ланжерона и Йорка, в числе до 10 000 человек, с 60 конными орудиями, под общим начальством генерала Винцингероде, который получил приказание переправиться через Лету, между Филен (Filain) и Шевриньи (Chevrigny), и двинуться к Фетье (Fetieux) на дорогу, ведущую из Бери-о-Бак в Лан; для поддержания этой кавалерии назначен был корпус Клейста; прочие же войска направились к Лану, откуда в случае надобности могли поддерживать Винцингероде и Клейста6.

Этот превосходный план действий не удался, как весьма часто случается на войне, от ошибок исполнителей.

Генерал-лейтенант граф Воронцов, получив приказание удерживаться до последней крайности на занятой им позиции, выслал для замедления неприятеля генерал-майора Красовского с 13-м и 14-м егерскими полками и кавалерию генерал-майора барона Палена под общим начальством генерал-лейтенанта графа Орурка к Краону, а для поддержания его поставил у мызы Гертебиз (Heurtebise) генерал-майора Понсета с Тульским и Навагинским пехотными полками[65].

22 февраля (6 марта), в тот самый день, когда французская армия перешла через Эну, Наполеон около 4 часов пополудни выслал состоявшего при нем на ординарцах (capitaine d’ordonnance) Карамана с одним из батальонов Старой гвардии на Краонскую высоту для обозрения ближайших союзных войск. Этот батальон встретился с егерями Красовского и был опрокинут. Наполеон поддержал его одной из бригад гвардейской дивизии и приказал Нею послать дивизию Менье лесом, на Воклер (Vaucler) к Гертебиз, чтобы отрезать русские передовые войска, выдвинутые к Краону. Но граф Воронцов предупредил это покушение, послав егерям приказание отойти к Гертебиз, что и было исполнено шаг за шагом, в примерном порядке; в особенности же отличился столь славный в последующие войны 13-й егерский полк под начальством своего командира