Николай Каманин - Скрытый космос (Книга 4, 1969-1978)

Посадочная комиссия, рассмотрев условия приземления на первых трех суточных витках, проходящих над полигоном, приняла решение: осуществить посадку корабля "Союз-10" на первом витке 25 апреля в 80-100 километрах северо-западнее Караганды. Во всех предшествующих полетах спуск с орбиты и посадка проходили в дневное время, экипажу Шаталова впервые предстояло совершить приземление ночью за четыре-пять минут до восхода солнца.

...Через несколько минут после окончания работы ТДУ поступило сообщение Шаталова: "Управляемый спуск... Перегрузки нарастают... За иллюминаторами очень светло, корабль лижут большие языки пламени..." Над Каспийским морем "Союз-10" засекли локаторы ПВО - к нам стали поступать доклады по радио о быстро сокращающемся удалении корабля от расчетной точки посадки. Вскоре с командного пункта ВВС доложили: "Экипаж вертолета Ми-4 наблюдает спуск корабля "Союз-10" на парашюте".

Прошло еще несколько тревожных минут, прежде чем к нам поступили заключительные доклады: "Корабль приземлился, стоит вертикально... Вертолет садится рядом с кораблем... Шаталов, Елисеев и Рукавишников вышли из корабля... Самочувствие космонавтов хорошее".

Закончились наши переживания, было обидно, что программа полета не выполнена в главном (переход экипажа на станцию и длительное пребывание на ней), но все радовались благополучному завершению полета. На заседании Госкомиссии решили образовать специальную комиссию под председательством Б.Е.Чертока для выяснения причин неполной стыковки корабля со станцией.

Вылет в Москву четырех самолетов ВВС я назначил на 7 часов утра 25 апреля. Узнав, что вылет самолета Мишина запланирован только на 15 часов, я предложил Афанасьеву, Керимову и представителям ЦК и ВПК лететь вместе со мной на нашем Ту-104. Все с удовольствием приняли мое приглашение, и я попросил Керимова составить список лиц, которые полетят со мной в Москву. Такой список был составлен, причем в него была включена и фамилия Мишина: подписавшие список министр Афанасьев и председатель Госкомиссии Керимов не хотели оставлять здесь Мишина одного, опасаясь, что он запьет. Выбрав момент, когда все отъезжающие собрались в комнате Госкомиссии, я зачитал список. И тут произошел инцидент, очень характерный для взаимоотношений между Мишиным и руководством МОМ. Услышав свою фамилию в списке, Мишин сразу вскипел и заявил: "Я не полечу, мне надо еще поработать здесь... Министр работать за меня не будет..." Афанасьев и Керимов молча проглотили эту "пилюлю", а всем нам было неудобно и за Мишина, и за его руководителей.

В Караганду я передал для Шаталова согласованное с Керимовым сообщение: "Экипажу прибыть 26 апреля в 14:00 на аэродром Чкаловская. После встречи на аэродроме состоится заседание Госкомиссии в Звездном - будем слушать отчет экипажа о полете". В 7:00 наш Ту-104 взлетел с аэродрома Саки и взял курс на Москву. В салоне самолета были Афанасьев, Керимов, Комиссаров, Строганов, Царев, Попов, Карась, Щегольков, Костин, Северин, Николаев и я. Москва встретила нас прохладной погодой. Апрель в этом году везде был холодным, синоптики не обещают тепла и на первую половину мая.

3 мая.

30 апреля в Георгиевском зале Кремля состоялся правительственный прием в честь экипажа "Союза-10". Н.В.Подгорный поздравил космонавтов с успешным осуществлением полета и зачитал Указы Верховного Совета: Н.Н.Рукавишникову присвоены звания Героя Советского Союза и летчика-космонавта СССР, В.А.Шаталову присвоено звание генерал-майора авиации и вручен орден Ленина, А.С.Елисеев также награжден орденом Ленина. В постановлении Совета Министров, принятом еще в 1961 году, записано, что за первый полет в космос присваивается звание Героя, а за последующие полеты космонавты могут награждаться орденами или "Золотой Звездой" - в зависимости от важности и трудности полетного задания. Для первых космических полетов, когда на борту корабля был лишь один космонавт, это решение было правильным, но теперь оно явно устарело. В полете "Союза-10" основная роль принадлежала Шаталову, но Рукавишников получил тем не менее более высокое вознаграждение (звание Героя, 5000 рублей, автомобиль "Волга" и пр.).

На днях мне позвонил Мишин и попросил обдумать его предложения по изменению программы полета "Союза-11". Он считает возможным послать в очередной полет не трех, а только двух космонавтов, с тем, чтобы один из них вышел в открытый космос для осмотра стыковочного узла станции и крышки ее отсека, в котором размещена научная аппаратура. При встрече на приеме в Кремле Мишин подтвердил свое намерение изменить программу полета "Союза-11".

Месяцев семь-восемь назад, когда вырабатывалась программа полета ДОС-7К, мы настоятельно убеждали Мишина в необходимости иметь на станции и на транспортном корабле хотя бы по одному скафандру и все необходимое для выхода в космос. Тогда он ответил категорическим "нет" и даже снял со станции и корабля баллоны для наддува. Сделал он это для того, чтобы иметь на борту "Салюта" кислород, воду и продовольствие на 75 суток полета (мы предлагали ограничиться запасами на 45-50 суток). После неудачной стыковки "Салюта" и "Союза-10" Мишин вспомнил о наших предложениях, но он не учитывает, что теперь, когда станция уже находится на орбите, реализовать их практически невозможно.

Сегодня я провел в ЦПК совещание, в котором участвовали Николаев, Шаталов, Леонов, Хрунов, специалисты-инженеры, врачи и руководство Центра. Мы все пришли к единой точке зрения:

1) на станции ДОС №2 и на транспортных кораблях иметь скафандры и все необходимое для выхода в открытый космос;

2) на "Союзе-11" оставить экипаж в составе трех человек и выход в космос не планировать (скафандров еще нет, корабль и космонавты к выходу не подготовлены - на подготовку выхода потребуется минимум два-три месяца, а длительность полета "Салюта" осталась в пределах 60-70 суток).

3) к полету "Союза-12", старт которого намечен на первые числа июня, можно попытаться подготовить выход в космос, но лучше планировать его на последующие полеты.

4 мая.

В 10 часов вместе с экипажем "Союза-10" приехал на традиционную встречу в ЦК ВЛКСМ. Е.М.Тяжельников и другие секретари ЦК очень тепло приветствовали космонавтов. После того как Шаталов, Елисеев и Рукавишников рассказали о полете, комсомольцы наградили их почетными грамотами ЦК и значками "За воинскую доблесть". Евгений Михайлович Тяжельников провел встречу блестяще он один из самых талантливых секретарей ЦК комсомола из всех, кого я знал (я был хорошо знаком со всеми, начиная с Саши Косарева).

В 15 часов состоялась встреча экипажа с рабочими, инженерами и конструкторами ЦКБЭМ. Присутствовали все главные конструкторы и члены Госкомиссии, от ЦК КПСС был И.Д.Сербин. Космонавты выступали удачно, но чувствовалось, что им нечего сказать о своем полете: правду говорить нельзя, а фантазировать и говорить не то, что думаешь, - очень неприятная обязанность.

Говорил с Мишиным, Керимовым, Чертоком и Бушуевым о предстоящем полете. Предложение Мишина организовать выход в космос одного из членов экипажа "Союза-11" никто не поддерживает, да и он сам, как мне кажется, понял всю абсурдность своей идеи. Все сходятся на том, что главной задачей полета "Союза-11" является стыковка его с "Салютом", причем для большей гарантии успешной стыковки космонавты должны иметь возможность дублировать часть заключительных операций по стягиванию корабля и станции. С большим опозданием и скрипом мы приходим к тому, с чего надо было начинать, приступая к решению проблемы стыковки в космосе, и что специалисты ВВС предлагали еще в 1962 году.

6 мая.

Вчера Шаталов, Елисеев и Рукавишников с женами были на встрече с телезрителями, которую проводил Юрий Фокин. Эта встреча оказалась для нас одной из самых трудных: космонавты и специалисты по космосу располагали очень ограниченным материалом для выступлений и были связаны уже опубликованными материалами полета.

В.А.Казаков провел сегодня совещание по вопросам строительства космических тренажеров для ЦПК. Даревский с поставкой тренажеров не справляется. Кутахов, Мишин и я неоднократно обращались к П.В.Дементьеву и Л.В.Смирнову с просьбами помочь ЦПК в создании тренажной базы, но по всем нашим обращениям так ничего и не сделано. Сегодня мы согласовали и подписали график работ, обязывающий МАП создать тренажер "Алмаз" к 1 декабря 1971 года. Но сам факт подписания такого графика еще не гарантирует выполнения всего объема работ - нужен систематический контроль за их ходом и усиленный нажим на ряд министерств и ведомств.

Был у заместителя председателя Моссовета А.К.Мельниченко, обсуждал с ним вопрос об открытии музея в цоколе обелиска покорителям космоса. Моссовет заканчивает оборудование помещений будущего музея, а специальная комиссия из представителей МОМ, МАП, ВВС и других ведомств должна подготовить план экспозиций.

8 мая.

Вчера мы с Мусей были на приеме в посольстве Чехословакии. Среди многочисленных гостей были Мазуров, Капитонов, Гречко, Покрышкин, Кожедуб, Береговой, Севастьянов. Жена чехословацкого посла бросила всех "именитых" гостей и до неприличия долго рассказывала моей жене о том, как она в 1961 году летела со своими двумя детьми в одном самолете со мной и Гагариным из Москвы в Прагу.