Вильгельм Тике - Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг.

«За 14 дней оборонительных боев на участке полка противник предпринял всего 67 атак, из них четыре — силами полка, 58 — силами до батальона, остальные — силами до двух рот.

Целью наступления противника был Ардон и дорога Ардон — Алагир. Советский 10-й гвардейский стрелковый корпус (переброшенный в этот район из Ищерской) силами 5, 6 и 7-й стрелковых бригад и 140-й танковой бригады, в которой насчитывалось 50 танков, начал наступление при необычно сильной артиллерийско-минометной поддержке. В ходе боев противник дополнительно ввел в бой части 319-й стрелковой дивизии (1336-й стрелковый полк), 389-й стрелковой дивизии (1277, 1279, 545-й стрелковые полки) и 52-й танковой бригады.

Слишком большая, ширина участка по фронту, невыгодная местность и большие потери полка привели к тому, что на каждый взводный опорный пункт наступало до батальона противника.

Противнику удалось вклиниться в оборону в 15 местах, а в шести — прорваться в глубину главной линии обороны. Для ликвидации прорывов батальонами проведено 18, а полком — 15 контратак, часть из которых поддерживали танки и штурмовые орудия.

После того как 8 декабря оборонительные бои были временно завершены, главная оборонительная линия продолжала твердо оставаться в наших руках. Потери полка убитыми, ранеными и пропавшими без вести составили 661 человек...»

Так же обстояли дела и в других боевых группах 13-й танковой дивизии. В ней оставалось 30 исправных танков, часть из которых была передана в резерв корпуса, так что три-четыре резервные группы могли быть усилены пятью-четырьмя танками. Такая же картина наблюдалась и в полосе дивизии «Викинг».

Пока 13-я танковая дивизия вела тяжелые оборонительные бои на северном фланге, в полосе дивизии «Викинг» на центральном участке и на южном фланге сохранялась относительно спокойная обстановка. После того как в районе Дзаурикау в середине ноября полк «Германия» отразил наступление противника, русские атаковали время от времени полосу дивизии «Викинг» силами до батальона. Оборона полосы становилась со временем все сильнее благодаря усиленному оборудованию позиций в инженерном отношении.

На длинном горном фланге румынские горные стрелки соединились с немецкими боевыми частями. Для охранения северо-западных выходов с гор применялась группа «Бергман», состоявшая из трех-пяти туркестанских батальонов, а также сформированная из грузин боевая группа Штайнбауэра. За 2 ноября в журнале боевых действий группы армий «А» была сделана следующая запись:

«Командный пункт группы Штайнбауэра по труднодоступной местности продвинулся до района северо-восточнее Лашкута. 19.11.42: Группа Штайнбауэра в долине Баксана заняла Нижний Баксан. Находившиеся там молибденовые, вольфрамовые и платиновые рудники были захвачены полностью разрушенными».

В последующее время в боевых донесениях постоянно также встречаются сообщения о группе Штайнбауэра.

На длинном горном фланге было неспокойно. Там мелкие группы противника силой до батальона атаковали охранения 3-го танкового корпуса. Направления их главных ударов, как и районы сосредоточения основных усилий в обороне, находились в местах выхода из высокогорных долин. Алагир у Ардона, начало Военно-Осетинской дороги и далее к западу Чикола и долина Уруха были наиболее опасными пунктами.

Четвертого декабря советские войска с гор атаковали Чиколу. Слабое охранение из подразделений 52-го и 54-го полков реактивных минометов были отброшены и обойдены. Командир участка подполковник Эмсман потребовал подкреплений. Находившийся в Дигоре корпусной резерв — 3-й батальон полка «Нордланд» (финны) был поднят по тревоге и направлен в Чиколу. Стремительной атакой, которую своим огнем поддержали батареи реактивных минометов, финны отбросили наступавших. В плен было взято 13 офицеров и 246 солдат. Советская 295-я стрелковая дивизия атаковала двумя слабыми полками с задачей взять Чиколу и пробиться дальше на Дарг Кох. Свой старый план — отрезать 3-й танковый корпус на выступе фронта у Фиагдона — советское командование пыталось реализовать снова и снова.

Через день, 5 декабря, русские начали атаку в долине Ардон, Црау. Здесь Военно-Осетинскую дорогу закрывал 1-й горнострелковый батальон 99-го полка. Советская 351-я стрелковая дивизия, укомплектованная членами Коммунистического союза молодежи, действуя на труднодоступной местности, добилась определенных успехов. Горные егеря оставили свои опорные пункты. Они были возвращены 8 декабря в результате хорошо подготовленной атаки при поддержке взвода 5-го саперного батальона СС, огня батареи 1-го полка реактивных минометов и румынского 2-го горно-вьючного гаубичного дивизиона. Затем майор Копп со штабной ротой и тремя горнострелковыми ротами прочно удерживал чрезвычайно важный участок.

Десятого декабря 3-й батальон полка «Нордланд» был снова переброшен на угрожаемый участок фронта. Его роты применялись в качестве «корсетных ребер» на участке румынской 2-й горнострелковой дивизии в полосе между Хаснидоном и Тольдсгуном. Девятая рота унтерштурмфюрера Эртеля была придана румынской части Марчи в Хаснидоне. В последующие дни противник пытался прощупать оборону немецких войск и выявить в ней слабые места.

Пятнадцатого декабря русские двумя батальонами атаковали в районе Нортон позиции подразделений дивизии «Викинг», но их удалось отбросить. При этом было подбито два танка противника.

В это время обострилась обстановка под Сталинградом. Деблокирующий удар 4-й танковой армии был остановлен в 60 километрах от внутреннего кольца окружения. Советские войска перешли в новое наступление. Начала вырисовываться гонка к Ростову. Четвертая танковая армия была вынуждена отходить с боями. На обстановку на Восточном Кавказе бросили тень события в излучине Дона и под Котельниковом. Был отдан приказ о снятии дивизии «Викинг» с оборонительных позиций и передаче ее в танковую армию генерал-полковника Гота.

Далеко выступающий в направлении Орджоникидзе выступ линии обороны 3-го танкового корпуса сначала предстояло выровнять. 1 и 2-й батальоны полка «Нордланд» начали это движение вечером 21 декабря и, находясь в центре полосы обороны дивизии «Викинг», отошли на несколько километров. Днем 22 декабря они удерживали промежуточную позицию. 23 декабря оба батальона прошли через Алагир, Дигору, Чиколу в направлении Прохладного, где 24 декабря первым из дивизии «Викинг» погрузился в эшелоны 1-й батальон штурмбаннфюрера Ломана из полка «Нордланд» и отправился под Сталинград.

22 декабря пришло время отходить находившемуся на правом фланге полку «Германия». Оберштурмбаннфюрер Ванхёфер, оборонявший со своей ротой 5-го саперного батальона СС, приданной полку «Германия», опорный пункт Суадаг южнее дороги Алагир — Дзаурикау, так сообщал о своих впечатлениях:

«На командном пункте полка «Германия» уже собрались все командиры с этого участка, а также коменданты опорных пунктов. После краткого приветствия командир полка с серьезным лицом открыл совещание. Он начал с обзора обстановки под Сталинградом и на всем южном фронте. Переходя к местной обстановке, он объявил о решении высшего командования немедленно вывести войска с выступа фронта по Фиагдону. За трое суток отхода дивизию предстояло отвести с линии фронта и направить на другой участок. Он не оставил никаких сомнений в том, что Наиболее тяжелые дни этой кампании еще впереди. В связи с развитием событий под Сталинградом опасность окружения нависла и над группой армий на кавказском направлении. К тому же со дня на день должна начаться зима, а с ее приходом надо ждать начала маневрирования крупными массами моторизованных войск.

«Начало отхода — сегодня в 18.00», — при этих словах присутствовавших офицеров тряхнуло, словно от удара током. За несколько часов войска необходимо было подготовить к маршу и обеспечить отрыв от противника.

Когда командир роты вернулся, на опорном пункте началась подготовка к отходу. Сразу после полудня в Алагир был отправлен обоз. Боевые машины были выведены на проселок, ведущий к шоссе. К наступлению темноты все было готово к маршу. Остававшееся на позициях прикрытие ожидало приказа к отходу. Только после того как уйдут последние пехотные подразделения, саперы должны были сняться с позиций и следовать за остальными частями в качестве прикрытия.

Теперь они стояли на развилке дорог и дожидались взвода, который снова выехал для постановки заграждений на дороге. Над ними раскинулось звездное небо. Они то и дело на него поглядывали. Взгляды возвращались и к покинутым домам. Но они были поглощены тьмой, так же как и горы за ними вдалеке со сверкающими снежными полями и величественным Казбеком над ними. Завтра — сочельник. Саперы с большим удовольствием остались бы на квартирах в Суадаге, где, по крайней мере, приятно было бы провести часы Рождества».