Кирилл Гусев - Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционаризма к контрреволюции

В связи с процессом вышел в свет ряд книг и брошюр об эсерах, большая часть которых была подготовлена в соответствии с постановлениями Оргбюро ЦК РКП(б). В отчете отдела агитации и пропаганды ЦК РКП(б) за апрель — май 1922 г. сообщалось, что для агитаторов выпущены тиражом 10 тыс. экземпляров тезисы А. В. Луначарского, 20 тыс. экземпляров — брошюра «Эсеровские убийцы и социал-демократические адвокаты» И. Вардина, 25 тыс. экземпляров — брошюра Ю. Стеклова «Партия социалистов-революционеров». Были напечатаны также 40 тыс. листовок о жертвах эсеровского террора В. Володарском и М. С. Урицком, изданы два специальных агитплаката РОСТа и многие другие агитационно-пропагандистские материалы. По указанию отдела агитации и пропаганды создавалось специальное бюро по снабжению газет и журналов материалами о деятельности эсеров в прошлом и настоящем и состоялось совещание представителей редакций и партийных литераторов901.

Партийные организации на местах развернули широкую разъяснительную работу. Нижегородский губком РКП(б) провел районные инструктивные совещания партийных работников и секретарей ячеек, а также общерайонные собрания, на которых были поставлены доклады о предательской роли партии эсеров и значении предстоявшего процесса. На многочисленных митингах выступали коммунисты, бывшие ранее членами партии социалистов-революционеров, с изложением мотивов, побудивших их вступить в РКП(б)902.

По указанию Воронежского губкома партии местные газеты систематически публиковали материалы об эсерах и предстоявшем процессе. Были разработаны лекции, подготовлен рекомендательный список литературы для докладчиков. В уездах состоялись рабочие конференции и открытые собрания партийных ячеек, привлекшие большое количество беспартийных. В Воронеже прошел «Агитсуд» над правыми эсерами, а затем его материалы были разосланы по уездам.

Митинги, лекции, доклады, собрания проводились по всей стране. В газетах печатались письма и резолюции, в которых трудящиеся клеймили позором контрреволюционную деятельность эсеров и требовали применения к ним самых суровых мер наказания. Только в редакцию газеты «Рабочая Москва» поступило свыше 300 резолюций, принятых на митингах в столице. В Петрограде 20 июня 1922 г., в день четвертой годовщины злодейского убийства эсерами В. Володарского, 200 тыс. трудящихся, собравшихся у его могилы, требовали сурового беспощадного приговора над организаторами этого злодейского убийства, над виновниками гражданской войны, истерзавшей рабоче-крестьянскую республику и унесшей в могилу сотни тысяч трудящихся. В Харькове вопреки эсеровским призывам бойкотировать демонстрацию на нее вышли 120 тыс. трудящихся, в том числе 90% работников промышленных предприятий903.

Процесс над партией эсеров открылся 8 июня и длился по 7 августа 1922 г. Показания свидетелей и обвиняемых, многочисленные неопровержимые документальные материалы раскрыли всю глубину падения эсеровских вождей, тесную связь ЦК этой партии с международным империализмом, контрреволюционную деятельность, грязные методы борьбы против Советской власти. В ходе процесса были вскрыты фальшь эсеровской программы и авантюризм тактики, охарактеризованы причины и этапы эволюции этой партии от соглашательства к контрреволюции. «В эсерах мы видим, — говорила в своей речи Клара Цеткин, — аванпост капитализма, мировой буржуазии, аванпост, который тем более опасен, что он в поддельном наряде, с поддельным знаменем втерся в стан угнетенных»904.

Вместе с тем, отмечалось в резолюции XII конференции РКП(б), ход и перипетии эсеровского процесса показали наличие у антисоветских партий и течений прочных связей с иностранным капиталом. Они еще не ушли с политической арены и лишь меняют тактику, чтобы приспособиться к новым условиям и, опираясь на империалистов Западной Европы, «обойти Советскую власть с тыла»905.

Верховный революционный трибунал констатировал в своем приговоре, что фактически буржуазная, а не социалистическая партия социалистов-революционеров, партия врагов народа, «разбитая, разложившаяся… неспособная на сколько-нибудь значительное политическое действие, выродившаяся в небольшую группу контрреволюционных заговорщиков, продолжает свою преступную борьбу против Советской власти»906. Поэтому материалы процесса следовало широко использовать для дальнейшей агитационно-пропагандистской работы по разоблачению эсеров.

15 обвиняемых, в том числе члены ЦК эсеров А. Р. Гоц, Д. Д. Донской, М. Я. Гендельман, Л. Я. Герштейн, М. А. Лихач, П. Н. Иванов, Е. М. Тимофеев и другие, были приговорены к высшей мере наказания — расстрелу, 17 — к тюремному заключению на срок от 2 до 10 лет, и двое оправданы. Одновременно трибунал просил ВЦИК освободить от наказания 10 обвиняемых, в том числе трех приговоренных к расстрелу, учитывая, что эти подсудимые «добросовестно заблуждались при совершении ими тяжких преступлений, полагая, что они борются в интересах революции», и в стан врагов рабочего класса «попали по трагической случайности»907. ВЦИК удовлетворил ходатайство трибунала о полном освобождении от наказания бывших членов боевой организации эсеров Л. И. Коноплевой, П. Т. Ефимова, К. А. Усова, Ф. В. Зубкова, Ф. Ф. Федорова-Козлова, П. И. Пелевина, Ф. Е. Ставской и И. С. Дашевского, а также ее руководителя И. И. Семенова и члена ЦК «народных социалистов» В. И. Игнатьева.

ВЦИК решил приостановить исполнение приговора в отношении подсудимых, приговоренных к расстрелу, при условии, что партия социалистов-революционеров прекратит свою антисоветскую, заговорщическую, террористическую и шпионскую деятельность. Если же она не откажется от вооруженной борьбы против Советской власти, приговор ее контрреволюционным вождям будет приведен в исполнение908. Впоследствии осужденные были амнистированы.

Процесс над лидерами эсеров одновременно с ликвидацией значительной части антисоветского подполья нанес сильнейший удар по престижу партии, что заставило многих ее рядовых членов полностью порвать с ней. Под воздействием материалов процесса и волны возмущения действиями эсеровских лидеров, прокатившейся по всей стране, отворачивались от них и те немногочисленные группы трудящихся, которые еще сочувствовали эсерам или сомневались в контрреволюционной, антинародной сущности этой партии.

Однако и после процесса эсеровское руководство пыталось активизировать работу своих уцелевших организаций. Вскоре после процесса Нижегородский губком сообщил в ЦК РКП(б), что эсеры усилили свою деятельность, делают попытки создать ячейки и организации и пролезть в кооперацию. В сентябре 1922 г. было заметно появление ячеек в Семеновском, Воскресенском, Ветлужском и Варнавинском уездах. Основной базой эсеров в губернии были Кулебакские заводы, где их организация насчитывала 180 человек. Они вели подрывную работу и среди крестьян Городищинской волости909.

В отдельных выступлениях по докладу о процессе эсеров на беспартийной конференции в г. Демидово Смоленской губернии «чувствовался эсеровский душок». Высказывались мнения, будто бы «компартия, борясь с эсерами, сама часто становится на их точку зрения, а совершающееся сейчас, пожалуй, ближе к программе с.-р., чем к программе компартии»910.

В связи с отдельными правоэсеровскими выступлениями на местах агитпропотдел ЦК РКП(б) принял меры по широкому ознакомлению трудящихся с материалами закончившегося процесса, разоблачающими социалистов-революционеров и связанные с ними соглашательские и контрреволюционные группы. Массовыми тиражами были изданы речи обвинителей, приговор Верховного революционного трибунала с приложением постановления ВЦИК и воззвания Коминтерна к пролетариям всех стран и многие другие материалы.

Московский комитет РКП(б) в письме партийным организациям подчеркивал значение процесса над эсерами и указывал на необходимость широкого использования его материалов, так как эсеровская идеология «еще имеет корни в деревне и проводников в лице настроенной народнически части учительства, агрономов, кооператоров и т.п.»911.

Во время процесса над правыми эсерами левые не оставляли попыток создать легальную партию и укрепить свои позиции. В этих целях они решили пойти на объединение с остатками «Союза социалистов-революционеров максималистов», которые поставили об этом вопрос на своем всероссийском совещании в феврале 1922 г. Цель объединения была сформулирована достаточно четко: «…для создания силы в противовес РКП»912.

Надо иметь в виду, что решающее значение руководства марксистско-ленинской партии для установления и укрепления власти трудящихся всегда учитывали и учитывают антисоциалистические силы. Не случайно попытки реставрации капитализма, как правило, всегда начинались с атаки на руководящую роль марксистско-ленинской партии и стремления создать организационно оформленную политическую оппозицию. Такой характер носили и шаги, предпринятые максималистами и левыми эсерами и свидетельствовавшие о стремлении к самостоятельному политическому оформлению мелкой буржуазии913. Одним из шагов подобного рода явилась проходившая в Москве 5—7 июля 1922 г. конференция левых эсеров. Ее участники обратились к максималистам с призывом «к скорейшему объединению всего революционного левого народничества в рядах единой сплоченной организации». В сентябре произошло слияние левых эсеров с максималистами в «Объединение партии левых с.-р. и союза максималистов».