Борис Башилов - Рыцарь времен протекших... Павел Первый и масоны

Поход на Индию рассматривается в нашей литературе, как несомненное доказательство ненормальности Павла I-го. Но, вероятно, в этом деле полезнее посчитаться с авторитетом Наполеона, а не очкастых мудрецов из-под зеленой лампы".[13]

Автором похода на Индию был не столько Павел, скользко именно Наполеон. В книге известного историка Е. В. Тарле "Наполеон" читаем, например: "мысли об Индии никогда не оставляли Наполеона, начиная от Египетского похода и до последних лет царствования". "После заключения мира с Россией, — как сообщает Тарле, — Наполеон обдумывал — пока в общих чертах — комбинацию, основанную на походе французских войск под его начальством в южную Россию, где они соединились бы с русской армией, и он повел бы обе армии через среднюю Азию в Индию".

Ничего фантастического в идее похода в Индию не было. Не надо забывать, что поход в Индию начался 27 февраля 1801 года, а через одиннадцать дней после его начала Павел I был убит заговорщиками, находившимися в тесной связи с английским правительством.

В исторической литературе усиленно доказывается, что поход не удался. На самом же деле поход был прекращен. Александр I, взойдя на престол, немедленно послал приказ начальнику отряда, чтобы он вернулся обратно в Россию.  

VIII. "Рыцарь времен протекших..."

"Краткое царствование Павла I, — пишет в своих воспоминаниях современник Павла I де Санглен, — замечательное тем, что он сорвал маску со всего прежнего фантасмагорического мира, произвел на свет новые идеи и новые представления. С величайшими познаниями, строгою справедливостью, Павел был рыцарем времен протекших. Он научил нас и народ, что различие сословий ничтожно".

"Все сознавали, однако, — пишет Шумигорский в своем исследовании "Император Павел I", — что государственный корабль идет по новому руслу, и все напряженно старались угадать его направление".

"Крестьянство и низшие сословия, то есть большинство народа, смотрели на этот новый курс с надеждой и радостью, дворянство с тревогой и недоброжелательством. Люди знатные, — пишет полковник Саблуков, — конечно тщательно скрывали свое неудовольствие, но чувство это иногда прорывалось наружу и во все время коронации в Москве Император не мог этого не заметить. Зато низшие сословия с таким восторгом приветствовали Императора при всяком представлявшемся случае, что он приписывал холодность и видимое отсутствие привязанности к себе дворянства, лишь нравственной испорченностью его и якобинскими наклонностями".

И, в данном случае, оценка Павла была очень трезвой политической оценкой. Высшие круги дворянства духовно и нравственно действительно были сильно испорчены и заражены, кто духом вольтерьянства, кто масонством, а кто и прямым якобинством.

Привязанность Александра I к Екатерине II не помешала ему трезво расценивать моральный уровень "Екатерининских орлов".

"Нет ни одного честного человека среди них, — жаловался Александр Кочубею в письме от 21 февраля 1796 года. — Я чувствую себя несчастным в обществе таких людей, которых не желал бы иметь у себя лакеями, между тем, они занимают высшие места, как, например, князья Зубовы, Пассек, князья Барятинские, оба Салтыковых, Мятлевы и множество других, которых не стоило даже называть, и которые, будучи надменны с низшими, пресмыкаются перед теми, кого боятся".

Если восшествие на престол Павла I было встречено дворянством с тревогой и опасением, то позже они быстро переросло в ненависть. Ведь "Золотой век" Екатерины был вместе с тем и золотым веком дворянства. Все самые смелые мечты созданного Петром шляхетства исполнились. Желание Павла быть народным, а не дворянским царем означало конец этого золотого века.

Дарование дворянам права не служить в армии и на государственной службе лишало крепостное право всякого политического основания. Крепостная зависимость была создана в интересах усиления обороны национального государства. Крестьяне были прикреплены к земле, а не к помещикам. Крестьяне служили помещику, а помещик служил государству. Эта обоюдная крепостная зависимость в интересах национальной независимости была понятна крестьянину.

Освобождение дворян от обязательной службы государству отцом Павла Петром III, но оставление крестьян в роли крепостных, было воспринято русским крестьянством как величайшая несправедливость. Нравственное возмущение крестьян нашло свое выражение в стихийном бунте, возглавленном Пугачевым. Именем Петра III Пугачев повел крестьян на борьбу — за уничтожение крепостного права, из государственной необходимости превратившегося в социальную несправедливость.

Павел понял, что возмущение крестьян имело законное нравственное основание, и он решил исправить ошибку своего отца. Если ему, при тогдашних исторических условиях и было не под силу сразу положить конец крепостному праву, то он хотел хоть вернуть ему былое политическое основание. Павел I решил заставить дворян снова служить государству и этим оправдать существование крепостного права. Поэтому, вместе с облегчением положения крепостных и казенных крестьян, Павел издает ряд указов, постепенно сводящих на нет право дворян не служить в армии и государственных учреждениях, если они не желают.

Не пришелся по душе дворянству и указ Павла, устанавливающий твердый порядок наследования царской власти. Он уничтожал значение Гвардии как орудия совершения государственных переворотов. Не по душе пришлись дворянам и многие другие указы Павла I.

Употребляемый Ключевским термин "противодворянский царь", — как правильно указывает Н. Былов, — нуждается в уточнении. Павел вовсе не был противником дворянства, как благородного, высшего слоя общества. Борьба, которую вел Павел против дворянства велась им в двух направлениях: во-первых, он хотел положить конец своевольству дворянства, старавшегося ограничить власть царя, привыкшему проявлять свою волю с помощью дворцовых переворотов; во-вторых, Павел хотел, чтобы дворянство не только считалось высшим и благородным сословием, а и действительно стало таковым.

"Чтобы ответить на этот вопрос серьезно, — правильно отмечает Н. Былов, — надо коснуться Мальтийского рыцарства, введенного Павлом I. ...Русский государь взял на себя возглавление этого старинного ордена, целью которого в прежние времена была защита Гроба Господня от неверных. Обычно в русской истории и литературе эта "мальтийская затея" императора Павла, как раз и приводится в доказательство его ненормальности. Посмотрим на "затею" глазами россиянина, умудренного и революциями, и войнами, и скитаниями по чужим странам".[14]

Орден Мальтийских рыцарей или как он именовал сам себя - "Державный орден св. Иоанна Иерусалимского" - существовал сначала на острове Родос, а позже на острове Мальта. Несколько столетий орден пользовался правами независимого государства: ведет дипломатические сношения с разными государствами, содержит флот для борьбы с пиратами, ведет войны с врагами христианства.

"Рыцарство везде уже отжило свое время, и только мальтийские рыцари, озаренные блеском военной доблести и героических подвигов, совершенных их предками, остались могущественным средством в борьбе консервативных и религиозных сил против тех, кто получил свою власть от революции.

В течение ряда лет русский император лелеял мысль сгруппировать вокруг Мальтийского ордена все духовные и военные силы Европы, без различия национальности и вероисповедания, чтобы подавить движение, которое угрожало не только "престолам и алтарям", но также всему существующему порядку в мире. Кто знает, размышлял российский монарх, не суждено ли и сейчас этому Ордену, так долго и успешно боровшемуся против врагов христианской Европы, объединить все лучшие элементы и послужить могучим оплотом против революционного движения? Помимо того Императора Павла прельщали в Мальтийском ордене его традиции, рыцарский уклад и его мистически религиозное направление, так отвечающее его собственному религиозному мировоззрению.

Перед воображением императора рисовался образ идеального рыцарского союза, в котором, в противовес новым идеям, исходившим из революционной Франции, процветали принципы, положенные в основу Ордена: строгое христианское благочестие и безусловное послушание младших старшим".[15] 

"Ненормальный Павел" понял то, чего до сих пор не понимают, например, все политические деятели современного западного мира. Павел понял, что с вредными идеями надо бороться тоже идеями, что одна физическая борьба против носителей растлевающих идей победы не принесет.

Россия и Европа того времени не знали, как защитить себя от растлевающих идей французской революции. В момент восшествия Павла I на престол Робеспьер был уже убит, революция как будто бы шла на убыль. У власти стоял Консул Бонапарт. Вначале трудно было понять, хочет ли он продолжать революцию или ее потушить. Во время первых своих походов он выглядел скорее якобинцем, чем противником революции. И Павел, не раздумывая, посылает в Европу для борьбы с ним Суворова. Но действия Суворова и предательское поведение союзников убедили Павла, что оружием их победить нельзя. Что даже несколько Суворовых не смогут в данном случае ничего сделать.