Алексей Виноградов - Тайные битвы ХХ столетия

«Закулиса», как всегда, тонко чувствовала дух времени. Поднимавшаяся «красная волна» грозила сокрушить и оплоты клерикалов, и царство банкиров. «Торжество социализма неизбежно, — провозглашал масонский журнал «Акация» в 1903 г., — поэтому мы должны возглавить движение, а не тащиться на буксире». Издание немецких «братьев» «Циркуль» требовало от членов своего союза взять руководство социальным движением в свои руки.

И подобно тому, как «Юманите» стала негласным рупором Ротшильдов, многие деятели социалистического движения Европы стали агентами Великого Востока. Наглядно это показал известный «казус Мильерана» 1899 г., когда видный французский социалист вошел в правительство Вальдек-Руссо, перед тем «обагрившее руки кровью рабочих». Мильеран в данном случае, презрев партийную дисциплину, выполнил приказ с улицы Каде и объединился в реакционном правительстве с «братьями» по ложе. В Испании, Бельгии, Германии тоже происходил процесс интеграции социалистических вождей во всемирное «братство». Лишь темпераментные итальянские красные вступили в долгую борьбу «за чистоту рядов» и до эры Муссолини отказывались «вести темные игры с тайными организациями радикальной буржуазии».

Русские левые также включились в этот тайный Интернационал. Н.С. Чхеидзе, В.М. Чернов, И.Т. Церетели, Н.В. Чайковский, А.Ф. Керенский и другие лидеры меньшевиков и эсеров заседали в московских и петербургских ложах вместе с кадетами и «мирнообновленцами», подготавливая переворот и тасуя состав будущего революционного правительства.

Большевики не остались обделенными вниманием этих тайных «тусовок». Как уже указывалось, И.И. Скворцов-Степанов в 1910 г. получил приглашение вступить в московский «политический кружок» (конспиративное название бывшей ложи «Возрождение»). Чуть позже к масонам примыкает Семен Середа, будущий нарком земледелия. Доктор Барченко в показаниях по делу о «Едином трудовом братстве» (см. ниже) упомянет Георгия Чичерина как «старого члена ложи Великого Востока».

Л.Д. Троцкий (тогда еще Бронштейн) заинтересовался масонством еще в возрасте восемнадцати лет. Он написал обширный, почти в тысячу страниц труд — первую, по его словам, марксистскую историю «братства». Вполне вероятно, что этот интерес не пропал и позже и идеолог перманентной революции «принял орденский свет» где-нибудь за границей. Скажем, в парижской Сорбонне, где Троцкий (и А. В. Луначарский тоже) состоял в студенческих клубах, бывших филиалами лож. Нельзя забывать, что молодой Лев Давыдович был любимым учеником Альфонса Олара, историка Французской революции и видного масона. Обширные связи Троцкого в международных банковских кругах, сыгравшие большую роль в 1917 г., также свидетельствуют о принадлежности будущего председателя Реввоенсовета к элитным группам, далеким от социализма и пролетариата.

Что касается Ленина, то факт его посвящения в масоны доказывается только косвенно. Он посещал упомянутую «школу Ковалевского». Имел нескольких приятелей-масонов (например, поэта-социалиста Монтегюса). Новейший «Масонский словарь» Даниэля Лигу включает в себя статью «Ленин» (о вступлении в ложу «вождя пролетариата» говорится в предположительной форме). Наконец, корреспондентке «Московского комсомольца» Деевой парижские масоны сообщили, что Ильич в 1905 г. расписался в книге местной Великой ложи как «брат-посетитель». Действительно, Ленина часто называли членом ложи «Искусство и труд», значившейся под № 255 в реестрах Великой ложи. Правда, архивы этого объединения по большей части погибли во время второй мировой войны, и была ли там фамилия господина Ульянова, остается невыясненным. (Как не подтверждены сведения о высокой — якобы 31-й, степени его посвящения).

Твердо можно говорить лишь о значительном интересе Ленина к литературе о масонстве. Книги соответствующей тематики он держал у себя под рукой и, судя по скрупулезному справочнику «Библиотека Ленина в Кремле», делал даже на их полях пометки. И вместе с тем ни разу в своих многочисленных опусах он не упоминал о «братстве вольных каменщиков». Свидетельствует ли это о том, что вождь все-таки не был масоном? Или это, наоборот, доказательство того, что Ильич «соблюдал конспирацию»?

Отметим, что точно так же никаких упоминаний о масонах до поры не было в трудах по истории французской революции, хотя в ней буквально на всем оставили следы «вольные каменщики». Словно группа маститых историков, исследовавших ее (французы И. Тэн, А. Олар, позже советский ученый А. Манфред), сговорилась или выполняла чье-то указание. Может быть, дело в том, что у масонов (как и у спецслужб) действует определенный «срок секретности», в течение которого некоторые сведения не подлежат огласке. Потом, когда они безнадежно потеряют актуальность, их можно и приоткрыть. Это и произошло в итоге с материалами по 1789 г. Также, кстати, скрывались до недавнего времени данные о роли русских масонов в политических событиях в канун Февраля. Возможно, когда-нибудь из неких секретных архивов и извлекут на свет Божий некий компромат на Ленина или еще на какого-нибудь титана революции. Но тогда это вызовет интерес лишь у узкого круга историков.

А пока нам остаются только догадки и сопоставления. Впрочем, при внимательном рассмотрении это не так уж мало.

Так или иначе, радикальные движения значительно усилились в Европе в первое десятилетие XX века, что не в последнюю очередь явилось следствием поддержки их «тайным братством». «Красная угроза» затронула, правда, в основном Восточную, Центральную и романскую часть Европы. Великобритания, Голландия, Скандинавия представляли собой не очень благодатную почву для социалистической революции: тамошний пролетариат, как и интеллигенция, были слишком консервативны для таких экспериментов. Соответственно вело себя и тамошнее масонство, традиционно выбирая номинальными вождями ‑ гроссмейстерами, своих королей или принцев. Немногочисленным в этих странах радикальным социалистам практически было отказано в приеме в члены «древнего и благородного ордена каменщиков».

В масонстве Англии и Германии выделилось ультраконсервативное крыло, учредившее особый орден «Золотая заря». Он объединил различных людей от аристократов и ученых с мировым именем до знаменитого мага-сатаниста Алистера Кроули и посла Британии в Петрограде Бьюкенена. С этим орденом одно время было связано общество «Туле», инспирировавшее партию Гитлера. В 30-е годы «Золотая заря» влияла на англо-германское братство — главное профашистское объединение Англии, куда входили даже и британские министры. Таким образом, и «красное», и «коричневое» радикальные движения использовали поддержку едва ли не одних и тех же тайных сил. Согласно поговорке, крайности сходились.

БРАУНИНГ В ЧЕРНОЙ РУКЕ

Тем временем над Европой сгущались тучи. Летом 1914-го из них сверкнуло копье Одина ‑ древнегерманского бога войны. Грянула первая мировая.

Дипломатическая подготовка войны велась уже давно. Противостоящие блоки государств ‑ Антанты и Тройственного союза, формировались десятилетиями. Долгие годы шла напряженная муштровка армий, развертывались военные производства, строились оборонительные сооружения. Начиная с 1908 г. несколько раз случались инциденты (демонстрации боевой мощи флотилий, колониальные конфликты), после которых могла загрохотать всеевропейская канонада. Но до поры до времени все обходилось миром.

Искра, зажегшая-таки пожар, была высечена на Балканах. День 28 июня стал роковым для Европы и дважды роковым для Сербии. Двадцать восьмого июня 1389 г. войско князя Лазаря было разбито турками на Косовом поле, что послужило началом их пятисотлетнего господства над южными славянами. В 1914 г. в этот день славянской скорби (Видов день) тишину узких улочек города Сараево раскололи выстрелы из браунинга, послужившие началом новой страшной трагедии.

Роковые выстрелы в австрийского эрцгерцога (Франца-Фердинанда) произвел восемнадцатилетний студент Таврило Принцип, но его рукой управляла другая — «Черная рука». Так именовалась тайная сербская организация (другое название — «Объединение или смерть»), поставившая целью создание Великой Сербии из свободных и оккупированных Габсбургами славянских земель. Под истошные вопли о «сербском терроризме» МИД Вены предъявил Белграду унизительный ультиматум, ничтожная заминка с принятием которого вызвала немедленный огонь из жерл австрийских пушек.

В октябре 1914 г., когда пламя войны охватило уже всю Европу, Принцип и его сообщники предстали перед австрийским судом в том же Сараево. Пропагандистский аппарат монархии рассчитывал получить на процессе новые доказательства связи террористов с правящими кругами Белграда (надо было оправдать собственную агрессию и жестокости против сербского населения в затянувшейся войне). Однако то, что реально вскрыло следствие и суд, настолько выходило за рамки «сербского заговора», что протоколы процесса спрятали подальше и их удалось опубликовать лишь в 1918 г.