Москва. Полная история города - Мария Баганова

спектакль «Юнона и Авось» по поэме Андрея Вознесенского.

Работали в Москве и молодежные полупрофессиональные театры. Но их в любой момент могли закрыть с формулировкой «незрелость идейный позиций». Так в 1969 году был закрыт театр-студия «Наш дом», работавший в ДК на улице Горького, главным режиссером которого был Марк Розовский, и театр «Ленинские горы», находившийся в главном здании Университета.

Как одевались москвичи?

Советская легкая промышленность модных вещей не шила, в магазинах висели платья из добротных тканей, но крайне устаревших фасонов. Поэтому москвички шили и вязали сами. В моду вошли свитера. Самые модные женские свитера вязали из пушистого мохера на очень крупных спицах, так что они выходили мягкими и полупрозрачными. Смотрелось это крайне сексуально.

Шестидесятые были временем, когда в моде были всевозможные научные достижения. В Москве появились магазины, которые так и назывались – «Синтетика». Там продавали одежду из супер-современных тканей: стреляющих электричеством кримплена и полиэстера. В таких нарядах было очень жарко и душно, зато вечером можно было сполоснуть пропитавшееся потом платье в проточной воде – а к утру оно уже высыхало и в глажке не нуждалось.

В 60-е годы принято было подчеркивать дружбу СССР со странами соцлагеря. В Москве один за другим появлялись новые магазины с импортными товарами: «Ванда», «Лейпциг», «София», «Ядран», «Польская мода»… Там можно было купить вполне качественную обувь фирмы «Цебо», хорошую косметику – перламутровые тени для век и блеск для губ модного оттенка «гнилая слива»; духи – нежные «Быть может» и пудрово-сладкие «Пани Валевска»; трусики «неделька» с яркими цветочками спереди; и самое вожделенное – сапоги на «манной каше». Так называлась слегка пузырчатая подошва-платформа молочно-белого цвета.

В магазине «Синтетика» на проспекте Калинина (Новый Арбат) в Москве. 1965 год

Но, конечно, главным источником модных шмоток были фарцовщики, те, кто спекулировал заграничными товарами. Порой они продавали модные товары в общественных туалетах, а их кабинки служили примерочными. Как образовался термин «фарца», точно не известно. Возможно, что от старого одесского слова «форец» – так назывался человек, который скупает товар по дешевке и перепродает его втридорога. А может быть от искажения английского выражения for sale – на продажу.

Фарцовщиками становились те, кто имел возможность тесно общаться с иностранцами – гиды, переводчики, либо те, кто мог часто выезжать за границу. Активно занимались фарцой родственники дипломатов.

Стиляги

В СССР с Запада привозили не только яркую, элегантную одежду, но и журналы, музыкальные пластинки с джазовыми и рок-н-рольными ритмами, резко контрастирующими со слащавыми мелодиями 40-х годов. Московская молодежь первой в стране стала танцевать твист, вошедший в моду в 60-е. Появились целые клубы любителей танца. Молодые люди слушали шейк, твист, ритм-энд-блюз, по картинкам из журналов шили модные платья из ярких тканей. Это невинное стремление украсить свою жизнь вызывало у старшего поколения резкое осуждение. Поначалу – в 50-е – «правильные» комсомольцы подвергали стиляг настоящей травле: могли напасть прямо на улице, порезать модные брюки, а девушек даже остричь наголо. Но потом идейным пришлось смириться. Хотя даже в начале 80-х учителя в школе могли отчитать или проработать на комсомольском собрании школьницу, заприметив у той чрезмерно модный заграничный аксессуар.

Термин «стиляги» появился еще в сталинское время. Его ввел в оборот сатирический журнал «Крокодил», высмеивая появившееся у молодежи стремление одеваться в красивые и модные трофейные вещи, вещи американских марок, появившиеся в СССР после войны. Официальная же идеология предписывала молодым людям вести себя и одеваться как герои кинолент 30-х годов. Вот стиляги и протестовали против ходульных, устаревших стереотипов поведения, против скучного единообразия в одежде и в музыке.

Модницы стали носить туфли на шпильках, которые покупали у спекулянтов-фарцовщиков, а к ним – пышные юбки с кучей накрахмаленных нижних юбок. Весь день приходилось проводить на ногах: присесть было нельзя, иначе подъюбники сомнутся.

Стиляги. 1960 годы

Самые смелые надевали мини-юбки, демонстрируя стройные ноги. Головы девушек венчали прически, которые называли «бабетта» – по имени героини французского фильма, или насмешливо – «вшивый домик». Главным элементом таких причесок был пышный пучок, в основе которого лежал шиньон или начес – намеренно спутанные волосы, которые для этого расчесывали в обратном направлении. Прическа такая делалась долго и заниматься укладкой каждый день почти ни у кого времени не было, поэтому «вшивые домики» на головах делали сразу на несколько дней.

Московский бит

Джаз считался искусством, «чуждым советскому человеку», «музыкой толстых». Но в 1962 году Советский союз посетил всемирно известный джазмен Бенни Гудмен и дал концерт в Москве. Затем в столице появилось несколько кафе, где слушали и играли джаз.

Главный московский джаз-клуб в Старопименовском переулке назывался «Синяя птица». Попасть туда было очень сложно, приходилось задабривать бдительных швейцаров.

Был открыт джаз-клуб «На Раушской», возглавляемый Алексеем Баташевым – автором первой монографии «Советский джаз». Исполняли джаз и в кафе «Молодежном» на Тверской, где играли впоследствии названные великими, гениальными артистами – трубач Андрей Товмасян и саксофонист Алексей Козлов. Здесь состоялся первый московский фестиваль «Джаз-62».

Знаменитое кафе «Аэлита» размещалось в боковом проезде Садово-Каретной, в помещении бывшего кинотеатра. Чтобы попасть туда, надо было занимать очередь с самого утра. Кафе это облюбовали поэты, писатели, журналисты и фотографы: Евгений Евтушенко, Василий Аксенов и Булат Окуджава. Здесь пел Владимир Высоцкий.

Молодежное джазовое кафе «Синяя птица». 1964 год

Модным местом было и располагавшееся напротив центрального входа МХАТа «Артистическое кафе». Подавали там разнообразные закуски и выпечку, а из горячего только глазунью из двух яиц и сосиски. Зато какая была публика! Талантливейшие актеры “Современника”: Олег Табаков, Владимир Заманский, Вячеслав Невинный, Валентин Никулин; журналисты, смело писавшие на самые злободневные темы, театральные критики, художники, поэты…. Иногда захаживал сам Булат Окуджава! Бывали там и люди старшего поколения, те, кто пережил сталинские лагеря.

«Новая реальность»

Бурное движение наблюдалось и в художественной среде. В Москве возникло направление, названное Вторым авангардом (первым были живописцы 20-х годов). Возглавил его художник Элий Белютин – ученик мэтра первого авангарда Аристарха Лентулова. Свою школу Белютин назвал «Новая реальность». Это была странная, но несомненно очень эффектная абстрактная живопись.

Студия арендовала один из залов в Доме учителя на Большой Коммунистической улице. На Таганке прошла первая выставка новых реалистов, на которой присутствовали в том числе иностранные журналисты. Выставка длилась лишь несколько дней, а потом ее запретили. Тогда Белютин выставил