Николай Каманин - Скрытый космос (Книга 3, 1967-1968)

22 октября.

Сегодня космонавты провели тренировку в корабле "Союз". Главная цель тренировки: еще раз проверить все оборудование корабля, подготовленного к вывозу на старт. Занятия, на которых присутствовали все члены Госкомиссии, прошли успешно.

Афанасьев и Келдыш провели совещание главных конструкторов по вопросам организации научно-технических экспериментов и перспектив развития средств управления, жизнеобеспечения, телевидения и других систем космических кораблей.

На второй площадке, в том же зале, где в 1961 году я представлял Государственной комиссии старшего лейтенанта Гагарина как кандидата на первый полет в космос, состоялось заседание Госкомиссии по пуску двух "Союзов". Присутствовало более ста человек, но участников гагаринского пуска было немного: Келдыш, Кириллов, Воронин, Бармин, Глушко, Даревский, Горегляд и я - вот и вся "старая гвардия". Решили: пуск активного пилотируемого корабля № 10 осуществить 26 октября, а на сутки раньше запустить пассивный корабль № 11. Еще раз всем составом комиссии рассмотрели программу полета двух кораблей с одним космонавтом на борту. Главная цель полета - ручная стыковка в космосе и завершение конструкторских летных испытаний новой серии космических кораблей "Союз".

23 октября.

Утром провел совещание со всеми офицерами ВВС по имевшим место недостаткам в работе методистов и врачей, уточнил задачи на ближайшие 3-4 дня. Договорился с Береговым о "кодировании" его сообщений с орбиты. Сообщение "Все системы корабля работают нормально, самочувствие отличное" означает, что полет можно продолжать по полной программе; при оценке состояния систем корабля или самочувствия космонавта только на "хорошо" требуются консультации с руководителями полета и специалистами, а при оценке "удовлетворительно" - надо срочно принимать решение о посадке. В 10 часов утра заходил Келдыш - мы обошли с ним все медицинские кабинеты, наблюдая за работой врачей с Береговым и Волыновым. Кстати говоря, из Москвы пришло сообщение о том, что в ЦК кое-кто возражает против участия Волынова в космических полетах, - я знал об этом и раньше, и пока мне удавалось защитить кандидатуру Волынова.

В 18 часов в спортзале на 17-й площадке провели заседание Государственной комиссии. В. П. Мишин выступил с докладом о готовности носителей и кораблей "Союз", а я доложил о готовности к полету космонавтов. Решили назначить командиром корабля "Союз" № 10 Г.Т.Берегового, а его дублерами - Б.В.Волынова и В.А.Шаталова. С приветствиями к космонавтам выступили Афанасьев, Келдыш, Карась и Керимов. После заседания Мишин и я с группой ученых и специалистов провели беседу с космонавтами о порядке выполнения научно-технических экспериментов на орбите и уточнили план телерепортажей с борта корабля.

24 октября.

Сегодня Береговой и другие космонавты вместе со мной были на второй площадке, где посетили домик Королева и домик космонавтов. При осмотре этих реликвий к нам присоединились Мишин и другие главные конструкторы. В домике Королева все сохранилось так, как было при жизни Сергея Павловича, а вот домик космонавтов содержится плохо. По этому поводу я разговаривал с Мишиным, Самохиным и генералом Курушиным и просил их в ближайшее время воссоздать в домике космонавтов ту обстановку, которая была в нем накануне полета Гагарина. Все трое обещали выполнить мою просьбу, но я чувствую, что к оборудованию домика надо будет привлечь самих космонавтов.

В 16 часов у ракеты, установленной на 31-й площадке, состоялась встреча космонавтов с военными и гражданскими испытателями - с теми, кто готовил ракету и корабль "Союз" к полету. На встрече было более 500 человек, присутствовали все члены Госкомиссии. Георгий Береговой держался спокойно и удачно ответил на все приветствия и пожелания благополучного полета.

Поздно вечером на космодром прилетел член Военного совета ВВС генерал И.М.Мороз с целой армией корреспондентов. Уже в машине, в которой мы вместе ехали с аэродрома, Мороз вдруг брякнул: "Как дела с Волыновым?" По этой его реплике я понял, что он настроен против Волынова, и, намеренно сделав вид, что ничего не знаю о сомнениях в кандидатуре Волынова, спокойно ответил: "Борис Волынов - один из лучших наших космонавтов, и к полету он подготовлен отлично". Почувствовав, что я готов защищать Волынова, Мороз не совсем уверенно произнес: "А все-таки к Волынову придется внимательно присмотреться..."

25 октября.

День пуска беспилотного корабля "Союз" мы начали как обычно - с физзарядки. Утро было солнечное, но прохладное (температура - около нуля, ветер - до 5 метров в секунду).

К 10 часам утра все члены Госкомиссии собрались у ракеты на второй площадке. Заслушав всех главных конструкторов и руководителей служб, решили произвести заправку ракеты топливом и осуществить пуск "Союза" № 11 в 12:00 московского времени (в открытой печати этот корабль получит обозначение "Союз-2").

До часовой готовности я был у ракеты - знакомил генерала Мороза (он первый раз на космодроме) с носителем и стартом, - а потом поехал на наблюдательный пункт второй площадки, где уже были все космонавты, члены Госкомиссии, руководство космодрома и корреспонденты. За полчаса до пуска небо над стартом стало затягиваться облаками. Пуск состоялся ровно в 12:00 все прошло очень четко, как в лучшие времена при Королеве. Через 30-40 минут были получены доклады с измерительных пунктов: корабль "Союз-2" выведен на расчетную орбиту. После старта я часа два побыл на КП и, убедившись, что все системы и оборудование корабля работают нормально, забрал всех наших специалистов и уехал с ними на 17-ю площадку - нам надо было еще многое успеть сделать для обеспечения завтрашнего старта Берегового. Уточнил распорядок стартового дня и проверил знание каждым офицером его конкретных задач.

Вечером Береговой провел в моем присутствии свою первую пресс-конференцию, в которой участвовали 12 корреспондентов, несколько фотои кинооператоров.

26 октября. Борт самолета Ил-18 - Евпатория.

Летим на Ил-18 с космодрома в Евпаторию на основной командный пункт. В самолете весь состав Госкомиссии (Келдыш, Афанасьев, Мишин, Керимов, Карась и другие), большая группа конструкторов и специалистов. Время близится к полуночи, безумно хочется спать, но я попытаюсь кратко описать основные события этого дня.

...Я встал как обычно - в семь часов утра, - а в 7:15 врачи подняли Берегового. На мой вопрос о самочувствии Береговой ответил: "Спал хорошо, все нормально". Я напомнил ему порядок посадки в корабль, а генералу Кузнецову приказал выполнять распорядок дня с точностью до секунды.

В 7:30 состоялось заседание Госкомиссии с заслушиванием докладов о полной готовности ракеты, корабля, космонавта и всех служб полигона. Решили осуществить пуск "Союза" № 10 ("Союза-3") с космонавтом Г.Т.Береговым на борту в 11:30 московского времени.

В 11:20 по местному времени автобус с космонавтом прибыл на техническую позицию. Береговой доложил председателю Госкомиссии о готовности к полету и после краткого напутствия Керимова направился к ракете, чтобы занять свое рабочее место в корабле. До 15-минутной готовности я и Андриян Николаев вели переговоры с Береговым по радиосвязи, а потом перешли в бункер, где кроме пусковой команды находились уже Керимов и Мишин.

Старт корабля "Союз-3" прошел отлично: после выхода на орбиту он оказался всего в одиннадцати километрах от "Союза-2". Вскоре прошел сигнал "Захват цели", и началось автоматическое сближение кораблей. Выходя из бункера, я услышал сообщение по громкоговорящей связи: "Расстояние между кораблями 8 километров, скорость сближения 15 метров в секунду". Когда я приехал на КП, там уже все поздравляли друг друга с удачным началом полета. Казалось, все идет очень хорошо: через полтора часа после пуска "Союза-3" корабли должны пройти над нами жестко состыкованными. Но вот голос Берегового разбивает все наши надежды: "Стыковка не произошла из-за рассогласованности кораблей по курсу..."

Через несколько минут нам стало известно, что при попытке стыковки был израсходован почти весь запас рабочего тела ДПО (двигатели причаливания и ориентации). Всем стало ясно, что делать повторную попытку стыковки нельзя: израсходовано около 80 килограммов рабочего тела, а оставшиеся 8-10 килограммов необходимы для ориентирования корабля перед сходом с орбиты. В целях экономии рабочего тела решили не проводить динамических операций по управлению полетом. Для дальнейшего руководства полетом и выяснения причин невыполнения стыковки Госкомиссия всем составом вылетела в Крым.

27 октября.

Проснулся в 5 часов, на 14-м витке "Союза-3" вел переговоры с Береговым. Он не понимает, почему не прошла стыковка, и это сильно его волнует. Я и Мишин вчера и сегодня несколько раз подбадривали Берегового и нацеливали его на выполнение программы полета. Все параметры атмосферы в кабине "Союза-3", включая влажность (20-30 процентов), находятся в пределах нормы (одно время датчик и индикатор влажности выдавали заниженное ее значение - порядка 8 процентов). Мы поставили Береговому задачу: вручную выполнить ориентирование корабля, а затем - закрутку его на Солнце. Обе эти операции Георгий Тимофеевич провел четко и с большой экономией рабочего тела.