Книга величиной в жизнь. Связка историко-философических очерков - Владимир Анатольевич Ткаченко-Гильдебрандт

подобного жившим уже в XX столетии Деода Роше и Антонену Гадалю. Так, Стефанов пишет, что в «Философической истории Человеческого рода» Фабр д’Оливе «попытался соединить катарскую дуалистическую доктрину с даосским учением о „Великой Триаде“ — именно ему мы обязаны введением этого понятия в оборот европейской философии». И далее: «Членами этой Триады в Китае считались Небо, Земля и посредник между этими двумя космическими силами — Человек, точнее говоря, — „Человек совершенный“ (Сяньжэнь); этот термин вполне соответствует исламскому термину „аль-инсан аль-камил“, а также таким каббалистическим понятиям, как Адам Кадмон или Адам Протопласт. У Фабра д’Оливе эти великие мировые силы называются Провидением, Судьбой и Волей человеческой» (Ю. Стефанов. Мистики, оккультисты и эзотерики. Москва: Вече, 2006; стр. 173).

Мы не будем здесь касаться тождества между даосским Сяньжэнем и Адамом Кадмоном, что по сути верно и отражено во всех монотеистических религиях, но лишь отметим следующее: творчество Фабра д’Оливе не имеет никакого отношения ни к гностицизму, ни к лангедокскому катарству, которые столь дороги для Юрия Стефанова. На протяжении всей своей жизни Фабр д’Оливе исповедывал позитивный неоплатонизм и элитарную пифагорейскую доктрину, иными словами, завуалированное под политеизм Единобожие. Божественное Провидение, Судьба (необходимость) и Человеческая воля (Свобода), по Фабру д’Оливе — непреходящие законы, данные Предвечным своему мирозданию. Во вселенной Фабра д’Оливе все едино и там нет места веренице гностических архонтов с манихейско-катарским демиургом во главе. Да и что общего у Адама Протопласта с альбигойскими «совершенными»? Если само христианство Фабр д’Оливе характеризовал иногда не только как высший «интеллектуальный» (в противовес «анимическим» исламу и одинизму), но и как «сумрачный культ», то как бы он определил манихейство катаров, являвшееся, в целом, деструктивной религией смерти, которая еще до печально знаменитого похода в Лангедок Симона де Монфора ради ложного аскетизма успела повыкосить население городов и сел французского юга? Думается, во взгляде на эту темную ересь кальвинист по происхождению Антуан Фабр д’Оливе сошелся бы с ревностным католиком Святым Домиником, основавшим «Domus Inquisitiones» (Инквизиционный трибунал) в Тулузе и доминиканский орден. И все же, внешне не придерживаясь христианского вероучения, Фабр д’Оливе в своей глубинной сущности всегда оставался католиком, но не в вульгарном и профаническом смысле слова, а в посвятительном, пусть даже католиком от пифагореизма. И отсюда его тоска по Вселенской Теократии во главе с наместником Провидения Папой Римским и божественным Пророком при нем, Вселенской Империи во главе с во главе с панъевропейским монархом монархом, отсюда его тайный план теократического переустройства Европы и мира. Выходит, что цели и задачи у православного русского католика Владимира Соловьева и французского политеиста пифагорейца Антуана Фабра д’Оливе одни, только вот способы их достижения порой отличаются на понятийном уровне. У Соловьева они клерикально-христианские, покоящиеся на откровении Спасителя и священных установлениях; у Фабра д’Оливе — чисто эзотерические, иногда даже формальные, ведущие от одной мировой Теократии к другой. Если Соловьев христианский фундаменталист, то Фабр д’Оливе, как сказали бы сегодня, фундаменталист традиционализма. Но оба духовных писателя едины в познании Единого в своих проявлениях — ЯХВЕ, АДОНАЯ, САВАОФА.

Фабр д’Оливе и тайные общества

До сих пор остается загадкой, принадлежал или нет Антуан Фабр д’Оливе к братству вольных каменщиков. Большинство авторов склоняется к тому, что Фабр д’Оливе не был масоном, хотя и получил посвящение в одной из парамасонских организаций — Пифагорейском ордене. Впрочем, сам французский эзотерик недвусмысленно намекал, что вдохновителями злокозненных действий против него являются масоны. И это неудивительно, ведь Фабр д’Оливе основал на масонских принципах свой Орден всемирной теодоксии, который правоверные вольные каменщики восприняли за явную и опасную ересь.

Первые три посвятительные степени Ордена всемирной теодоксии назывались портиком Храма и соответствовали трем первым символическим градусам адонирамического масонства. Ложа у Фабра д’Оливе называлась Полем, ученик именовался поливальщиком, подмастерье — пахарем, мастер — сеятелем. Такая увязка символических степеней с профессиями сельских тружеников вполне закономерна для Фабра д’Оливе, считавшего человека «небесным растением» и полагавшего в обработке земли, которую древние римляне нарекли культурой, истоки всех наук и искусств. «Элевзинские мистерии, — писал он, — тесно связаны с культурой возделывания земли; платоники и пифагорейцы сравнивали душу человеческую с пшеничным колосом. Всемирный теодоксический культ воскрешает в современном или, лучше сказать, обмирщенном мире инициации древности» (цитировано по изданию: Ю. Стефанов. Мистики, оккультисты, эзотерики. Москва: Вече; 2006, стр. 173). Так, целью поливальщика в ордене Фабра д’Оливе являлось очищение и познание самого себя; пахаря — труд и выбор растения, которое он должен был возделывать; сеятеля — изучение природы и небесной культуры. Следовательно, поливальщик, пахарь и сеятель были обязаны непрестанно очищаться, обучаться и совершенствоваться в буквальном и ритуальном смысле. Завершали иерархию Ордена всемирной теодоксии четыре высших степени, обозначавшиеся именами космических стихий — Вода, Земля, Воздух и Огонь. Отметим, что до Фабра д’Оливе существовало два вида масонства. Это — традиционное масонство каменщиков и так называемое «лесное масонство», которое представляли собой итальянские карбонарии, выжигавшие во время своих церемоний из дерева древесный уголь. Ритуал посвящения в орден, составленный Фабром д’Оливе в соответствии со своей оригинальной музыкальной системой и ориентированный на годовые солнцестояния, был опубликован в его книге «Истинное масонство и небесная культура», впервые увидевшей свет в 1952 году (Antoine Fabre d’Olivet. La vraie maçonnerie et la céleste culture. Pаris, 1952).

Телесно-духовное строение человека по Антуану Фабру д’Оливе

По существу, Орден всемирной теодоксии указал новый путь для европейских инициатических обществ и тайноведческой науки, путь, которому было не суждено осуществиться, ибо французское масонство, практически властвовавшее страной в революционную и наполеоновскую эпоху, и представленное, главным образом, Великим Востоком Франции, очень неодобрительно смотрело на подобные затеи. И здесь мы вплотную подошли к загадке гибели Антуана Фабра д’Оливе.

По официальной версии, к которой склонялся и Седир, Фабр д’Оливе покончил жизнь самоубийством в своем домашнем святилище в ночь на 25 марта 1825 года. Для русского эмигранта и конспиролога Григория Бостунича было вполне очевидно, что ритуальное убийство Фабра д’Оливе совершили масоны, на происки которых намекает и метафизик-мессианист Хёне-Вронский (см. Г. Бостунич. Масонство в своей сущности и проявлениях. Части 1, 2. Белград, 1928). Конечно, здесь речь идет об иллюминатском и либеральном масонстве и уж никак не о консервативном христианском и мартинистском масонстве, к которому принадлежал и Жозеф де Местр. Александр Сент-Ив д’Альвейдр думал по этому поводу иначе: «Он был заколот возле своего алтаря: от христианства не отрекаются безнаказанно» (Ю. Стефанов. Мистики, оккультисты, эзотерики. Москва: Вече, 2006; стр. 178). Таинственное глубокомыслие маркиза Сент-Ива д’Альвейдра, одно время