Терри Джонс - Варвары против Рима

В средневековой Европе римское право было полностью забыто, пока в 1070 г. в Италии не был найден экземпляр кодекса VI в. императора Юстиниана. На базе этого документа создавались юридические школы, начиная с университета в Болонье, основанного в 1088 г. Выпускники таких учебных заведений служили князьям и купцам, так что вплоть до середины XVI в. считалось, что Европа руководствуется римским правом. Но это римское право не имело ничего общего с законами, действовавшими в Римской империи. Не только потому, что текст, которым пользовались средневековые ученые, отличался от оригинала, но и потому, что это был поздний, Византийский, кодекс, созданный императором в пору реформ.

Все, что мы доподлинно знаем о римском праве, которое властвовало над Европой, дошло до нас из книги II в., написанной неким Гаем, и вплоть до XIX в. почти все, что было известно о ее содержании, черпалось из краткого изложения свода законов короля вестготов Алариха II, написанного в 506 г. В 1816 г. в рукописи VI в. был найден полный текст, но это был палимпсест, то есть древний текст был счищен, а поверх написан христианский. Такой прием часто применялся средневековой церковью отчасти потому, что пергамент был дорог, но в основном потому, что это был хороший способ исправить языческое прошлое. Преднамеренный священный акт уничтожения.

К счастью для нас, он исполнен был кое-как, поэтому большую часть книги все-таки можно прочитать. Но это дает довольно хлипкие основания для общепринятого мнения, что римское право незыблемым пережило века. У нас куда больше оснований говорить так о кельтском праве, но на него просто никто не обращает внимания. Вместо этого мы продолжаем верить римскому (древнегреческому. — Прим. переводчика) историку II в. до н. э. Полибию, сказавшему, что кельты не владели «познаниями в каких-либо искусствах и науках»[30].

На самом деле похоже, что Полибий знал о кельтах не слишком много. У них были и искусства, и ремесла, и литература, и законы. Но самое поразительное, насколько серьезно они применяли математику.

Готовность верить в технологическое превосходство римлян, игнорируя достижения кельтов, нигде не проявляется лучше, чем в странном случае с «календарем Колиньи». Хотя это удивительное устройство — несомненное свидетельство глубоких математических познаний кельтов — было обнаружено в конце XIX в., оно оставалось в забвении большую часть следующего столетия.

В 1897 г. некий человек, вскапывая поле неподалеку от городка Колиньи на востоке Центральной Франции, откопал 153 бронзовых фрагмента, покрытых кельтскими надписями, относящимися к фазам Луны и праздникам. Когда кусочки были собраны в единое целое, археологи увидели древний кельтский календарь, но никто не мог понять, как он «работает». Понадобилось почти 100 лет, чтобы осознать, какая это потрясающая находка и насколько она меняет наши представления о кельтах и их интеллектуальном развитии.

В 1989 г. календарем заинтересовался молодой американский ученый Гаррет Олмстед. К счастью, Олмстед был не только специалистом по кельтам, но и математиком и систем ным инженером, то есть обладал необходимой суммой знаний, чтобы разгадать загадку.

Календари — мудреная штука. Каждый месяц должен бы начинаться с новым лунным циклом, но к концу года из 12 лунных месяцев остается еще примерно 11 дней. Вдобавок, число дней и в месяце, и в году — дробное. Олмстед показал, что этим варварам удалось рассчитать календарную систему так, что начало каждого месяца совпадало с новолунием, но при этом их праздники не смещались по времени года, то есть это был и солнечный и лунный календарь одновременно[31]. Он пришел к выводу, что использованная система расчетов опередила все другие на многие столетия.

Примененные математические средства просто ошеломляют, но вера в интеллектуальную отсталость кельтов была столь сильна, что французские археологи вначале отказались публиковать работу Олмстеда, и он был вынужден напечатать ее в Германии. Уравнение «варвар = недоразвитый» — один из факторов, мешающих нам увидеть значимость многих «варварских» вещей, и этот фактор будет постоянно присутствовать в этой книге.

Возможно, вы захотите узнать, что получится, если не применять сложную «кельтскую» математику, — сравните с римским образцом. Их календарь был так безнадежно плох, что к I в. до н. э. несовпадение составляло около трех месяцев. Осада армии Верцингеторикса в Алезии началась 25 июня, а по римскому календарю шел уже сентябрь.

С их календарем была такая беда, что через несколько лет римляне оставили саму мысль о том, чтобы пытаться привязать начало месяцев к новолуниям. Юлий Цезарь поручил греческому астроному разработать для Рима новый календарь. Все, что требовалось, — сделать так, чтобы каждая дата оставалась каждый год на том же месте по времени года. Чтобы выставить правильную точку отсчета, астроному пришлось начать с года продолжительностью 445 дней, из-за чего этот год был назван annus confusionis. Кельты умерли бы от смеха.

Но и новый, юлианский, календарь не полностью справлялся с задачей. Пришлось повозиться с ним в конце XVI в., чтобы получился современный календарь, который, согласно Олмстеду, не лучше того, каким пользовались кельты.

Только сейчас историки начинают оценивать по-новому научный и технический уровень кельтов. С давних пор кельты были кузнецами для всей Европы. На кельтского кузнеца смотрели как на волшебника. Еще бы, он мог взять каменную глыбу и превратить ее в новую волшебную субстанцию — хитроумно обработанный стальной клинок, разрубающий бронзу и обычное железо. Когда Святой Патрик готовился к войне с язычниками Ирландии, он сочинил молитву «Нагрудник Святого Патрика», в которой есть такие строчки:

Я взываю сегодня ко всем добродетелям:

Встать против враждебных безжалостных сил,

…Против заклинаний женщин, кузнецов и друидов,

Против знания любого, смущающего душу человека.

Кузнецы стоят в одном ряду с самыми могущественными чародеями — женщинами и друидами. Наука обработки металлов была секретным и таинственным искусством, и римляне в ней были не столь сведущи, как кельты. Ни по части оружия, ни по части мирного применения.

Знания кельтов в области технологий обработки металлов позволили им добиться успехов и в земледелии. Нам известно, что в Британии уже в IV в. до н. э. существовали железные плужные лемехи. В гробнице в Фрилфорде на реке Ок, вблизи Абингдона в Оксфордшире (а эти места были заселены приблизительно в 350 г. до н. э.), под одним из центральных столбов был найден железный лемех. Вполне вероятно, что храм был одним из первых построенных зданий и железный лемех был принесен в дар богам во время его закладки[32].

Благодаря применению металлов кельтам удалось даже изготовить зерноуборочную машину. Римский историк Плиний, повествуя о событиях I в. н. э., предоставляет единственное письменное свидетельство этого изобретения: «На обширных угодьях в галльских провинциях быки, подгоняемые сзади, тянут по злакам огромные рамы с зубьями по краям, установленные на двух колесах»[33]. Римляне называли такую машину Gallic vallus. Историки не верили в правдивость рассказа, пока не был обнаружен барельеф, на котором ясно различимо это хитроумное изобретение. Жатка представляла собой подобие гребня на колесах, который сбивал колосья и собирал их в контейнер, напоминающий ящик для травы у газонокосилки. В 80-е годы XX в. была построена и испытана современная копия машины[34]. Судя по всему, жатка бесследно исчезает после III в. н. э., и пока машину не изобретают вновь в 1831 г., зерно убирают удалыми взмахами косы.

Более простые инструменты кельтов и поныне находят применение. Кельты усовершенствовали способ крепления железных наконечников на деревянных рукоятках. В результате лопаты, серпы, вилы, топоры и косы, которыми пользовались кельтские крестьяне железного века, мало отличаются от инструментов, которые мы применяем сегодня.

То, что в последние годы мы с большим уважением стали относиться к изобретениям кельтов, связано, в частности, с работами по экспериментальной археологии, проводимыми на «Древней ферме» в Батсере, графство Хемпшир. Здесь на практике испытывают методы работы и изобретения, к которым ранее относились с пренебрежением. В итоге нам часто приходится пересматривать наши оценки технологического опыта кельтов. Оказывается, древние кельты знали, что делали.

В качестве простейшего примера такого пересмотра взглядов на древнюю технологию рассмотрим способ хранения кельтами урожая. Многие годы археологи удивлялись, находя зерно и другие засушенные продукты закопанными в ямы. Казалось противоречащим здравому смыслу предположение, что в земле можно сохранить пищу сухой и свежей. Однако, когда такая методика была испытана, ко всеобщему удивлению, оказалось, что она работает. А происходит вот что: зерна у стенок ямы, соприкасаясь с влажной землей, прорастают, поглощая весь доступный кислород и выделяя углекислый газ. Создается анаэробная среда, в которой зерно сохраняется какое-то время в хорошем состоянии.