Министерство обороны РФ - Реформа в Красной Армии Документы и материалы 1923-1928 гг.

В исследуемый период получило нормативно-правовое закрепление аттестование начальствующего состава как средство учета личностных качеств аттестуемого и критерий для его продвижения по службе. Принципы и порядок проведения аттестации, а также перечень «неотложных мер в центре и на местах по прекращению необоснованных перемещений личного состава» были объявлены приказами РВС СССР №1 от 1 января 1925 г. и №8 от 6 января 1925 г.

Документом общегосударственного уровня, регламентирующим военную службу в РККА, стал «Закон об обязательной военной службе»[14], принятый 18 сентября 1925 г. Им были закреплены правовые нормы, касающиеся военной службы граждан Советского Союза, порядок комплектования вооруженных сил и прохождения военной службы. Отдельные нормативно-правовые положения данного закона дополнялись соответствующими нормативными документами, например, инструкцией о порядке использования в мирное время лиц, освобожденных от обязательной военной службы по религиозным убеждениям, рекомендациями по использованию «нетрудовых элементов» в тыловом ополчении и др.

Принимая во внимание ценность человеческого здоровья как главной составляющей плодотворной и интенсивной деятельности в армии и на флоте той поры, составители сочли целесообразным включить в сборник документы, характеризующие состояние здоровья военнослужащих. Актуальной для РККА в рассматриваемый период стала, например, проблема физических, моральных, психических и иных перегрузок командного и политического состава. Учитывая создавшееся на этот счет тревожное для РККА положение. Реввоенсоветом был издан приказ №527 от 21 мая 1925 г. «О борьбе с перегрузкой командного и политического состава».

В документах сборника, посвященным вопросам воинской дисциплины, отражена тревога командования РККА и всей армейской общественности по поводу имевших место в армии и на флоте таких антигуманных по сути явлений, как алкоголизм, самоубийства, грубое вплоть до рукоприкладства отношение отдельных начальников к подчиненным.

С большим трудом решались вопросы преодоления тяжелейшего материально-бытового положения военнослужащих и их семей, удовлетворения элементарных потребностей в питании, одежде, жилье, в приобщении к ценностям культуры. Жизнь, обстановка властно требовали, чтоб с чего-то, пусть с малого, работа в данном направлении началась. И это начало в исследуемые годы было положено приказом РВС СССР №286 от 25 мая 1926 г. Средства на увеличение денежного содержания военнослужащих поступали из увеличивавшегося бюджета Военного ведомства, а также от широко практиковавшейся в вооруженных силах экономии денежных средств (док. №124 и др.).

Кодексом законов о льготах и преимуществах для военнослужащих РККА и РККФ и их семей, объявленного приказом РВС СССР №1520 от 17 декабря 1924 г., за ними был закреплен ряд льгот в трудовом землепользовании и сельском хозяйстве, по налогам и сборам, в областях труда, социального страхования, народного образования, здравоохранения, а также в сферах жилищной, судебной и других.

В РККА велась работа по повсеместному и полному выполнению решений 3-го съезда Советов (май 1925 г.)[15] – об увеличении отпуска средств на улучшение материально-бытового положения личного состава РККА, о разрешении квартирно-жилищного вопроса для начсостава путем установления соответствующих квартирно-коммунальных окладов и бронирования в пунктах расквартирования воинских частей жилой плошали, подлежащей исключительному замещению начсостава РККА

В документах отражена деятельность Военного ведомства и его органов по решению такого актуального для того времени гуманитарно-правового вопроса, как материальное обеспечение военнослужащих, увольняемых из рядов РККА в ходе реорганизации, о их трудоустройстве и обеспечении жильем (док. №94, 119 и др.). Исследуемые годы были годами совершенствования государственного обеспечения кадрового начальствующего состава РККА. Так, например, приказом РВС СССР №285 от 25 мая 1926 г. для начсостава были введены пенсии (за выслугу лет и по инвалидности), выходные пособия по безработице уволенным с военной службы и другие виды единовременных пособий и медицинской помощи.

Изменения в военной юстиции. В исследуемый период для военной юстиции, как системы военно-судебных, военно-следственных, прокурорских и других органов в РККА, были актуальны следующие взаимосвязанные задачи – преодоление недостатков и судебно-юридической деятельности, внесение уточнений в структуру военной юстиции, которая была создана в 1918-1922 гг., разработка предложений реорганизационного характера и их внедрения в практику деятельности военно-юридических структур. В документе, направленном председателем коллегии Верховного суда СССР в РВС СССР, указывается, что «работа военных трибуналов грешит двумя основными недостатками: отрывом от жизни красноармейских частей и учреждений и чрезмерной загруженностью низовых трибуналов делами по чисто воинским бытовым преступлениям» (док. №42). В нем представлен перечень мер, реализация которых открывала возможность изменить ситуацию к лучшему.

Одним из важнейших правовых актов, который стал базовым для деятельности военной юстиции в целом, стало «Положение о воинских преступлениях», объявленное приказом РВС СССР №12 от 6 января 1925 г. В нем было сформулировано понятие воинского преступления, конкретизированы его проявления, определено применение мер социальной защиты в виде лишения свободы.

Публикуемые в сборнике документы военно-юридического характера отражают тесную взаимосвязь, взаимные усилия военно-судебных органов с центральными органами Военного ведомства. Например, в феврале 1925 г. на состоявшемся Всесоюзном совещании военно-судебных работников были приняты резолюции «О карательной политике» и «О преступности в РККА» (док. №78, 79). Отдельные документы дифференцированно отражают деятельность составных частей военной юстиции, в частности – военных трибуналов (док. №42).

В резолюции 3-го всеармейского совещания военных прокуроров РККА, состоявшегося в мае 1928 г., констатировано, что «практически работа военной прокуратуры за последние годы шла по пути четкого установления места и роли военной прокуратуры в строительстве Красной Армии».

О неблагополучии в состоянии производства дознания, следствия и движения дел в прокуратуре и в военных трибуналах читатель может получить информацию в циркуляре прокурора Верховного суда СССР по военной прокуратуре и военной коллегии. В нем военным прокурорам и председателям военных трибуналов предложены конкретные меры по своевременному производству дознания, следствия и движения дел, отмечено, чтобы меры социальной защиты военные трибуналы не снижали. Вместе с тем подчеркнуто и то, чтобы меры «по делам о преступлениях контрреволюционных, разглашения военной тайны, продажи и похищения оружия, халатного отношения к секретной переписке, нарушения правил несения караульной службы (на особо важных постах и пограничной полосе) и злостно-корыстных должностных (взятки, подлоги и т.п.), учитывая международную обстановку, судебную репрессию усилить» (Кн. 2, примечание 6).

Конкретно-исторические реальности потребовали изменений в отбывании наказаний осужденных военными трибуналами военнослужащих. РВС СССР после тщательного изучения данного вопроса обратился в правительство СССР с предложением переименовать штрафные части в военно-исправительные части РККА, улучшить материальное положение и повысить квалификацию кадров начсостава этих частей, усилить внутренний режим и военно-политическую учебу в них, учредить в этих частях наблюдательные комиссии от строевого командования и представителей политотдела и военного трибунала войсковых соединений РККА. Предложения Реввоенсовета были учтены в дальнейшем[16].

Военная наука и военное искусство. Архивные документы, выявленные в процессе работы над сборником, свидетельствуют, что развитие военной науки в послеоктябрьский (1917 г.) период в Советской России не началось с нуля. По многим собственно военным, военно-техническим вопросам, по теории военного искусства Красная Армия и Красный Флот унаследовали все лучшее, остававшееся актуальным, что было накоплено как в дореволюционной российской, так и мировой военной науке и военном искусстве. Вместе с тем читатель убедится в очевидности того, что теоретической основой военно-доктринальных взглядов и идей в СССР, создаваемой советской военной науки, военного искусства стали в России, а затем и в СССР, военно-политические и военные взгляды основоположников марксизма.

Документальные данные отражают как де-факто и то, что в 1923-1928 гг. в РККА практически решались лишь посильные для того времени и в создавшейся после войны обстановке военно-научные задачи. В их числе: совершенствование организации военно-научной деятельности в вооруженных силах; наведение порядка в состоянии базовых основ военной науки и военного искусства (военные архивы, библиотеки, военное издательство, научно-экспериментальный потенциал и т.д.); определение приоритетов в развитии военной, военно-исторической, военно-технической, стратегической и оперативно-тактической мысли; подготовка военно-научных кадров и др.