Дмитрий Егоров - 1941. Разгром Западного фронта

В разведсводке № 03 штаба Северо-Западного фронта к полудню 22 июня констатировалось: «После артиллерийской подготовки военно-воздушные силы противника нарушили государственную границу и, начиная с 4.15 22.6.41 г., производили налеты и бомбардировку ряда объектов на нашей территории. С 5 часов 25 минут пехота и танки противника перешли в наступление… Каунасско-вильнюсское направление: а) на участке Юрбург, Виштынец к 9 часам противник вышел на фронт: на направлении Шаки наступает до пехотного полка; Наумиестис, Кибарты, Вирбалис занимают до двух пехотных полков; в районе Виштынец наступает пехота неустановленной численности; б) на фронте Виштынец, Копцево основной удар противник развивает в общем направлении на Алитус и к 9 часам занимает следующее положение: Вигреле и район занимает до пехотного полка с танками, в районе Любово до кавалерийского полка наступает на Калвария; до 500 танков прорвалось в районе Лозьдзее, развивая наступление на Алитус; Копцево занято пехотой; в) Августов занят пехотой противника»[250].

Согласно опубликованной в ВИЖе схеме расположения частей округа на утро 22 июня[251], 5-я стрелковая дивизия полковника Ф. П. Озерова имела на границе только 336-й стрелковый полк (командир — майор Л. К. Козлов), 2-й батальон 190-го и 3-й батальон 142-го стрелковых полков. Бывший зам. командира дивизии по политчасти П. В. Севастьянов вспоминал, что к моменту перехода противника в наступление на участке прикрытия 5-й находилась не часть, а весь 142-й СП (командир — подполковник И. Г. Шмаков), на позициях развернулись оба дивизионных артполка. Следовательно, из главных сил дивизии отсутствовали лишь 190-й полк подполковника. П. С. Телкова и 61-й противотанковый дивизион майора Геворкяна. Они находились в казлурудских лагерях, были подняты по тревоге и ускоренным маршем двигались к главным силам дивизии. Вероятно, так и было, ибо один полк и два батальона не смогли бы долго противостоять значительно превосходящим силам вермахта. Севастьянов писал: «Бой разворачивался стремительно. Не прошло и четверти часа, как в него втянулись оба наших стрелковых и артиллерийские полки…»[252]. За день дивизия понесла тяжелые потери, но сумела отразить двенадцать атак.

Первым из Казлу-Руды прибыл 61-й ОПТД. Бывший зам. политрука 2-й батареи П. К. Торопов вспоминал, что первые атаки немцы предпринимали при поддержке артиллерии и минометов и ввели в бой бронетехнику только во второй половине дня. Торопов писал, что это были легкие машины, их без труда подбивали даже осколочными снарядами, а бронебойные их пробивали насквозь[253]. Но когда после ожесточенного воздушного налета и артобстрела немецкая пехота при поддержке танков вновь пошла в атаку, оборона дивизии не устояла. «Уже все склоны холмов, берега речушки, наши, теперь уже захваченные немцами, окопы первой и второй линий были завалены телами мертвых, когда неприятелю наконец удалось прорвать оборону». Положение спас подошедший свежий 190-й СП. Прорыв был ликвидирован, а ближе к ночи из штаба корпуса пришел приказ на отход: по телефону и письменно[254].

Из разведсводки № 04 штаба Северо-Западного фронта к 18:00 22 июня: «Каунасско-Вильнюсское направление: а) в 13 часов 30 минут противник силой более пехотного полка прорвался в направлении Шаки и вел бой на участке Шаки, Скардуне (10 км южнее Шаки). Свыше пехотного полка, предположительно, вышли на рубеж Корнишки (7334), Дыдвиже, Волковышки. В 14 часов 20 минут на участке Вирбалис, Калвария наступало свыше двух пехотных дивизий, кавалерийский полк и до роты танков».

Штаб 188-й стрелковой дивизии накануне войны переместился на южную опушку леса в 15 км к югу от г. Вилкавишкис. Связь с четырьмя находившимися на границе батальонами осуществлялась только по телефону; когда началась война, она сразу же прервалась. Посланные на устранение повреждения дивизионные связисты обнаружили порыв в 10 км к западу от расположения штаба в поселке Ланкялишкяй, неподалеку от церкви. Работники 3-го отделения, недолго думая, арестовав трех священников (одного местного и еще двух, приехавших к нему в гости в субботу вечером) и доставили их в штаб. Привязав их в лесу к деревьям, рьяно добивались получения признательных показаний; после жестоких пыток все трое священнослужителей скончались. А позже один «орел», после войны оказавшийся в США, признался, что это именно он порезал связь в Ланкялишкяй[255].

В 5 часов утра основные силы 188-й СД выступили из летнего лагеря Казлу-Руда в сторону границы, но атаки авиации сильно замедлили их продвижение. В середине дня в районе восточнее г. Вилканишкис они столкнулись с передовыми частями 6-го армейского корпуса противника. В ходе тяжелого многочасового встречного боя соединение понесло тяжелые потери, остановить неприятеля не сумело и было вынуждено начать отход за р. Шешупе, открыв неприятелю дорогу к Неману. Остатки сражавшегося на границе батальона 523-го полка вместе с комполка майором И. И. Бурлакиным соединились с дивизией только в районе Ионавы. Бурлакин рассказал, что в час ночи к нему прибыл полковой инженер с директивой штаба округа, в которой приказывалось начать минирование предполья укрепрайона. Ожидалось прибытие на станцию Вилканишкис вагонов с минами. Около трех часов позвонил дежурный по штабу дивизии с предупреждением о возможности провокаций, а в 03:45 начался артобетрел[256].

33-я дивизия имела в предполье 42-го укрепленного района 3-й батальон 73-го СП, 1-й батальон 164-го СП, 2-й батальон 82-го СП и 63-й разведбатальон. 20 июня начальник артиллерии дивизии полковник Г. А. Александров, выполняя приказ ее командира генерал-майора К. А. Железникова, вывел 44-й легкоартиллерийский полк майора Штепелева ближе к границе. Полк развернулся вдоль каунасского шоссе, шедшего параллельно госгранице, и с началом боевых действий поддерживал огнем стрелковые батальоны. В районе Кибартая комбат-1 164-го стрелкового полка капитан И. Д. Глонти в переломный момент боя сам повел бойцов в штыковую контратаку; противник был отброшен[257]. Стрелковые подразделения 1-й линии, несмотря на многократное превосходство наступающего противника, сумели при поддержке артиллерии 44-го ЛАП, танков и бронемашин 63-го ОРБ удержать позиции и тем самым дали возможность подойти и развернуться главным силам 33-й СД. В ходе боя 44-й ЛАП фактически был уничтожен, не отступив со своих позиций, погиб и его командир. Стрелковые подразделения дивизии при поддержке 92-го гаубичного артполка (командир — майор А. А. Соболев) и приданного корпусного артполка в течение семнадцати часов удерживали свой участок обороны, направление Владислав — Вилканишкис оборонял 164-й стрелковый полк (командир полка — майор В. В. Алтухов). Вечером 33-я отошла к г. Пильвишкяй, где заняла оборону по реке Шешупе.

Основные силы 126-й стрелковой дивизии — за исключением трех стрелковых батальонов, 265-го противотанкового дивизиона и 230-го автобатальона, находившихся на границе, — к началу боев находились на марше на подходе к Приенай (Прены). Согласно планам командования округа, на правобережье Немана южнее Приенай также намечалось сосредоточить переброшенную из г. Хаапсалу (Эстония) 16-ю стрелковую Ульяновскую имени В. И. Киквидзе дивизию генерал-майора А. И. Любовцева, но по состоянию на 22:00 21 июня, как отмечено в оперсводке № 01, это соединение никуда не двигалось из-за отсутствия вагонов для погрузки. Сам Приенай находится севернее Алитуса на левом берегу Немана, непосредственно к его южной и западной окраинам примыкает густой хвойный лес Прену-Шилас. Головной 690-й стрелковый полк (командир — полковник Е. В. Бедин) при прохождении местечка Езно (Езнас), что в 18 км от Приенай, был в 6 часов атакован авиацией; к 11 часам части сосредоточились в Приенском лесу. Перейдя Неман по мосту, они заняли оборону на рубеже Старая Гутта — Осса (ныне Ута Стрега и Уоса) юго-западнее и южнее города. Боев с сухопутными войсками в течение дня 22 июня не было. Утром 23 июня командир 550-го СП майор Б. С. Зарембовский для прояснения обстановки выслал на запад разведгруппу. Через некоторое время группа столкнулась с немцами и была обстреляна, погиб командир взвода пешей разведки лейтенант Кузьменко. К 11 часам авангард противника подошел к Приенай, намереваясь захватить железобетонный мост через Неман. Как позже выяснилось, это были части 6-го армейского корпуса вермахта (командир — генерал инженерных войск князь Отто-Вильгельм Фёрстер). Противник был встречен артиллерийским огнем и счел благоразумным отступить. Около 13 часов к северо-восточной окраине Приенай откуда-то со стороны Каунаса подошла колонна автомашин с вражескими солдатами, которые завязали бой с подразделениями 690-го полка. Неясно, был ли то какой-то передовой отряд полевых войск или подразделение спецполка «Бранденбург-800», цель же у них была совершенно определенная — захват моста. Уничтожить нападавших удалось только введением 2-го эшелона полка. В документах фигурирует их число 82, вероятно, столько трупов было обнаружено на месте боя. По всей видимости, одновременно в тылу дивизии был высажен и небольшой десант. Силами полковой школы 690-го СП и батареи 358-го легкого артполка десант был атакован на высоте 111,5 и уничтожен. Недалеко от высоты был аэродром, на котором находились два немецких транспортных самолета. Самолеты сожгли, заодно с ними подожгли и все аэродромное хозяйство. К 15 часам противник, получив подкрепление, стал окружать дивизию, которая оказалась охваченной с трех сторон и прижатой к Неману в районе моста. Сдерживая их продвижение огнем артиллерии и выставив заслон из 690-го СП и батальона 550-го СП, 126-я СД начала переправу обратно на восточный берег Немана. Из штадива был передан приказ: полковнику Бедину и начальнику инженерной службы дивизии майору Орлову уничтожить мост. Мост в Приенай был заминирован саперами и в 17:55 после прохождения последних подразделений дивизии взорван. Фриц Бельке из 58-го полка 6-й пехотной дивизии 6-го АК записал в своем дневнике, что взрывы были произведены, когда они находились в четырехстах метрах от него. Подрыв моста задержал противника на то время, которое требовалось для наведения понтонной переправы. Пока саперы трудились на реке, стрелки без особого успеха боролись с лесным пожаром (не исключено, что лес также подожгли советские военнослужащие). Мост был готов на следующий день, но пехота 6-го корпуса начала переправу только 25 июня, так как пропускала танкистов[258]. За это время 126-я дивизия отошла к Езно, а потом двинулась на север по свободной дороге. Ее батальоны, дравшиеся на границе юго-западнее Калварии в районе деревень Любавас и Сангруда — находятся по обе стороны от шоссе Каунас — Сувалки, — понесли в бою 22 июня очень серьезные потери (7-я рота из 550-го полка погибла почти полностью вместе с командиром — лейтенантом Германом). Но им удалось оторваться от противника и отступить за Неман. 25 июня они в районе местечка Кроны (Круонис) нашли свою дивизию и соединились с ней. К Кронам дивизия подошла в ночь на 25 июня, имея задачу задержать неприятеля и дать возможность отойти за Неман частям 5-й и 33-й стрелковых дивизий 16-го корпуса 11-й армии. Но утром на левом берегу были обнаружены лишь брошенные матчасть и обозы 5-й СД. Как писал впоследствии генерал-майор П. В. Севастьянов, в районе Каунаса армейские саперы подорвали мосты через Неман, не дожидаясь переправы ее подошедших частей. Пометавшись несколько часов в поисках переправы, артиллеристы утопили в Немане замки орудий, всю остальную технику и снаряжение также пришлось оставить.