Александр Бутаков - Опиумные войны. Обзор войн европейцев против Китая в 1840–1842, 1856–1858, 1859 и 1860 годах

Так как мост был непригоден для перевозки артиллерии, генерал Грант приказал своим войскам не переходить канал, а расположиться биваками на берегу его, тем более что главная переправа через канал, мост у Балицяо, находилась в руках французов. В то время как английские войска располагались на биваках, неприятелем внезапно был открыт огонь с северного берега. Отряд пехоты немедленно перешел на другую сторону канала. Смело бросившись на неприятеля, занимавшего лагерь, расположенный вблизи канала, атакующий выбил противника из занимаемой им позиции и захватил орудия, из которых перед тем китайцами был открыт огонь. Обозам после окончания преследования приказано было подтянуться к войскам.

После полудня 21 сентября сражение у Балицяо было окончательно выиграно, непобедимой маньчжурской коннице был нанесен жестокий удар, и дорога на Пекин была открыта союзникам. Число китайских войск, принимавших участие в сражении при Балицяо, простиралось от 50 000 до 60 000, в том числе до 30 000 конницы. Китайцы потеряли в сражении приблизительно до 3000 человек, тогда как потери союзников были в сравнении ничтожны: французы – 3 человек убитых и 17 раненых, англичане – 2 убитых и 29 раненых. Такая значительная разница в потерях произошла вследствие того, что сражение у Балицяо представляло собой бой иррегулярной кавалерии с пехотой и артиллерией, в котором кавалерия, не успевшая уничтожить неприятеля, терпит значительный урон от ближнего огня, в свою очередь не нанося никакого вреда пехоте. Китайская артиллерия нисколько не поддержала своей конницы, так как ни один снаряд не попал в войска союзников. 27 бронзовых орудий было оставлено на поле сражения вместе с массой ручного оружия, брошенного китайцами во время бегства.

Остановка войск у Балицяо

Впечатление от последней победы было громадным. Получив известие о поражении своей армии, император удалился из Пекина на север в город Жэхэ, предоставив своему младшему брату принцу Гуну заключить мир с союзниками. 22 сентября принц Гун известил депешей обоих послов о своем назначении, объявив, что действия принца Цай и военного министра найдены императором неправильными и они лишены своих званий; вместе с тем он просил прекращения военных действий для начала новых переговоров.

В тот же день лорд Эльджин и барон Гро ответили принцу Гуну, что военные действия могут быть прекращены только в том случае, если все захваченные парламентеры будут присланы в лагерь. 25 сентября барон Гро послал новую ноту принцу Гуну, в которой указывал на недобросовестное поведение прежних императорских комиссаров и требовал снова немедленной выдачи парламентеров; при исполнении последнего требования он обещал приостановить дальнейшее наступление к Пекину. В таком случае войска союзников должны были остаться у Тунчжао во все время переговоров, до окончательной ратификации мирного договора обоими послами в Пекине, а затем перейти на зиму в Тяньцзинь, в котором оставаться до весны, так как отправление войск ранее этого времени весьма затруднительно. На принятие решения принцу Гуну был дан трехдневный срок, который истекал 30 сентября. Прибывшая упомянутого числа в 8 часов утра ответная нота принца Гуна не удовлетворила желаниям послов, парламентеры не были освобождены, и императорский комиссар требовал со своей стороны отступления союзных войск к Чжанцзяваню перед началом переговоров в Тунчжао.

Судя по этому ответу, наступление на Пекин становилось неизбежным. Между тем остановка обеих армий у Балицяо была весьма полезна для устройства продовольственного снабжения, для присоединения войск, остававшихся до сих пор в Тяньцзине и следовавших оттуда форсированными маршами, а также для присоединения осадной артиллерии. Обозная часть обеих армий была из-за бегства кули в большом беспорядке. Транспорт, состоявший из 60 джонок, под начальством адмирала Шарне прибыл в Тунчжао по каналу из Тяньцзиня только 21 сентября. Плавание по каналу было чрезвычайно затруднительно вследствие малой глубины, едва превосходившей во многих местах 1.5 фута, и весьма быстрого течения. Дальнейшее сообщение между Тяньцзинем и Балицяо должно было поддерживаться по мере возможности регулярными рейсами речных транспортов, что дало возможность устроить в последнем пункте большие продовольственные магазины. Город Тунчжао со своей стороны доставил весьма богатые запасы продовольствия, а кроме того, здесь удалось собрать достаточное число повозок для формирования продовольственных транспортов. Ради закупок припасов и товаров в Тунчжао был устроен по распоряжению местных властей особый рынок. Из города Тунчжао в Балицяо был подвезен 10-дневный запас продовольствия на подводах. В течение двух прошедших сражений войска израсходовали весьма много патронов и снарядов, а потому была немедленно послана одна джонка в Тянцзинь с приказанием к начальнику парков подвести в самом скором времени патроны и снаряды в Балицяо, снарядив для сего транспорт.

Положение союзной армии у Балицяо было весьма благоприятным по отношению к обороне в случае наступления китайских войск; он прикрывал собой Тунчжао, откуда шла по каналу Байюньхэ коммуникационная линия с Тяньцзинем. Благодаря богатству края войска не терпели ни в чем недостатка, как во время наступления, так и в продолжение стоянки, и успели вполне оправиться от предыдущих маршей.

30 сентября главнокомандующие в присутствии обоих послов собрались на военный совет, на котором было решено дождаться получения подкреплений и затем двинуться на Пекин. Сначала предполагалось разбить и рассеять армию Цэнгэринчи и, если китайцы не сдадут столицу добровольно, пробив осадной артиллерией брешь в городской стене, захватить столицу Китайской империи.

Во время стоянки войск у Балицяо почти ежедневно производились рекогносцировки по направлению Пекина. Рекогносцировка, исполненная английскими войсками 24 сентября вечером, происходила по большому шоссе почти до самых юго-восточных ворот города. Наружная городская стена имела от 43 до 46 футов высоты и казалась весьма прочной; впереди нее находился широкий ров. По показаниям жителей, китайские войска занимали северо-западную часть города, прикрывая собой летний загородный императорский дворец Юньминъюань и дорогу, ведущую на север в Жэхэ. Большая дорога в Пекин, мощенная большими квадратными камнями, из-за отсутствия ремонта была в таком плохом состоянии, что не допускала движения по ней повозок и лошадей. Во время другой рекогносцировки, произведенной двумя днями позже, французские и английские войска дошли до Пекина, не встретив противника. Один конный взвод даже вошел в городское предместье, где едва не попал в плен отряду маньчжурской конницы. Сведения, добытые этой рекогносцировкой, подтвердили результаты 24 сентября.

Наступление на Пекин, предполагавшееся 1 октября, не было начато из-за опоздания подкреплений, которые подошли к Балицяо только 4 октября. С прибытием подкреплений численность французского корпуса достигла 3500 человек, а если прибавить к ним артиллеристов, то 4000 человек. Корпус состоял из 2-го стрелкового батальона, 101-го линейного полка, вновь прибывшего, 102-го линейного полка и 400 морских солдат при трех батареях, из которых одна также прибыла из Тяньцзиня. При французской армии имелось 600 зажигательных ракет. Английская армия имела приблизительно такую же численную силу, как и французская, потому что к ней присоединились: 29 сентября осадная артиллерия, 2 октября войска 2-й дивизии, вытребованной из Тяньцзиня 18 сентября (после сражения у Чжанцзяваня) и следовавшей форсированными маршами, и наконец, 3 октября 1-й королевский полк, прибывший вечером, когда англичане перешли уже на другую сторону канала.

Перед выступлением главнокомандующие приняли меры для обеспечения своей коммуникационной линии с Тяньцзинем. Город Тунчжао был занят батальоном английской морской пехоты числом в 400 человек, а для поддержания навигации на Байюньхэ были оставлены французские понтонеры. Мост у Балицяо прикрывали французские войска: две роты линейной пехоты, имевшие одновременно поручение охранять открытый в Балицяо продовольственный магазин и конвоировать транспорты, отправляемые отсюда к Пекину. Напротив месторасположения английских войск у Балицяо был наведен наплавной мост. Около большой дороги в Пекин выбрали оборонительную позицию, близ которой предполагалось оставить под прикрытием особого отряда большую часть обоза, излишек в боевых запасах, осадный парк и запас продовольствия по 20 октября. В Чжанцзяване были помещены 100 человек французской пехоты под командой 1 офицера и 10 сейков со стороны англичан – для организации летучей почты. Назначение этого гарнизона вызвалось необходимостью обеспечить тыл армии из-за нападений вооруженных шаек, производимых на небольшие команды и отдельно следовавших курьеров. Так, например, по двум сейкам, везшим почту из Мадао в Чжанцзявань, было сделано несколько выстрелов, а при выезде их из деревни Мадао путь был прегражден толпой вооруженных крестьян. Для прекращения этих беспорядков и устрашения жителей деревня Мадао была сожжена отрядом английской пехоты. Это примерное наказание произвело желаемое действие, так как с этих пор нападения прекратились. В то же время в Мадао и в соседних деревнях были вывешены прокламации, в которых сообщалось, что деревня предана огню за беспокойное поведение жителей, и объявлялось, чему они подвергнутся, если будут продолжать вести себя подобным образом.