История Австралии - Ким Владимирович Малаховский

положении они находились в трюмах кораблей многие месяцы пути. Бывали случаи, когда умершие подолгу оставались среди живых, которые скрывали смерть своих товарищей, чтобы получать их порции пищи. В пути умерло 267 человек. Из оставшихся в живых 488 были тяжело больны. В течение шести недель после прибытия в Сидней погибло еще около 100 человек.

До августа 1791 г. в колонию прибыло 1700 ссыльных, а в сентябре того же года — еще около 1900 человек. Таким образом, население Нового Южного Уэльса превысило 4 тыс. человек (вместе с солдатами и чиновниками).

Сколько-нибудь удовлетворительных урожаев собрать по-прежнему не удавалось. И если бы не продовольствие, доставленное на нескольких кораблях из Англии, население колонии погибло бы с голоду.

Транспортировка каторжников продолжалась. Условия их перевозки оставались весьма тяжелыми. Даже в 30-х годах XIX в. смертность в пути была достаточно высокой. Так, из 4981 ссыльного, отправленного в Австралию в 1830 г., в пути умерло 45 человек, в 1831 г. — 41 из 5303, в 1832 г. — 54 из 5117, в 1833 г. — 63 из 5560, в 1835 г. — 37 из 5315, в 1837 г. — 63 из 6190. А в первое десятилетие заселения Австралии смертность была еще большей. Например, корабль, прибывший в Сидней в 1799 г., доставил лишь 200 из 300 ссыльных. Около 100 человек умерло в пути.

Положение в Новом Южном Уэльсе продолжало оставаться плачевным. Капитан Филлип должен был создать в Австралии самоокупающуюся колонию, но в течение пяти лет его губернаторства Новый Южный Уэльс полностью зависел от поставок из Англии. За это время колония стоила английскому правительству 500 тыс. ф. ст. Как уже отмечалось, Филлип настойчиво просил правительство организовать отправку в Новый Южный Уэльс свободных поселенцев, чтобы создать более устойчивую основу колонизации отдаленного материка. В одном из писем губернатор писал: «Пятьдесят фермеров со своими семьями в один год сделают для создания самоснабжающейся колонии больше, чем тысяча ссыльных». Но желающих добровольно поехать в «колонию бесчестия» в Англии было очень мало.

За первые пять лет существования колонии туда прибыло лишь 5 семей свободных колонистов, хотя британское правительство брало на себя все расходы по переезду, бесплатно снабжало продовольствием на два года, дарило землю и предоставляло в распоряжение переселенцев ссыльных для обработки земли, и даже питание этих ссыльных осуществлялось за счет казны.

Филлип давал землю заключенным, отбывшим сроки наказания, солдатам и матросам. Но их было очень мало (в 1791 г. — только 86 человек), и обрабатывали они немногим более 900 акров земли. Лишь после того, как губернатор получил право сокращать сроки наказания, ему удалось довести общий размер участков, обрабатываемых освобожденными ссыльными, до 3,5 тыс. акров.

В 1792 г. Филлип вернулся в Англию. Вместе с ним был возвращен на родину и отряд военных моряков, несший охранную службу. В колонии остался Полк Нового Южного Уэльса, солдаты которого начали прибывать в Австралию с 1791 г. Этот полк в основном формировался из солдат и офицеров, скомпрометировавших себя на прежнем месте службы воровством, пьянством и т. п., либо выпущенных из военных тюрем, где они отбывали наказание за различные уголовные преступления.

После отъезда обязанности губернатора колонии стал исполнять командир полка майор Ф. Гроуз. На все гражданские должности он назначал офицеров, раздавал военным землю и заключенных для обработки полученных участков. Всего он раздал свыше 10 тыс. акров.

250 акров первоклассной земли в районе Парраматты получил офицер Дж. Маккартур, ставший впоследствии «отцом австралийского овцеводства». В то время он занимал пост инспектора общественных работ, и в его распоряжении находилась вся рабочая сила колонии. Маккартур направлял заключенных на фермы и вершил над ними суд по своему усмотрению. Не забывал он и собственные интересы, широко используя труд заключенных на принадлежавших ему землях. Не мудрено, что через два года Дж. Маккартур стал богатейшим человеком Нового Южного Уэльса. Покидая Англию, он имел 500 ф. ст. долга, к 1801 г. его собственность оценивалась в 20 тыс. ф. ст.

Вскоре действия Ф. Гроуза привели к тому, что власть в Новом Южном Уэльсе перешла в руки офицеров полка. Они монополизировали все торговые операции колонии, и прежде всего торговлю спиртными напитками. Офицеры заставляли заключенных гнать для них спирт и продавали его по баснословным ценам. Доход от продажи спирта достигал 500%. Видя это, изготовлением спирта занялись заключенные, отбывшие наказание и получившие земельные участки, а также солдаты полка. На эти цели шло зерно, предназначенное для производства хлеба.

Единственной реальной валютой в колонии стал ром, ради его приобретения люди шли на любые преступления. «В этом новом маленьком земном аду, которым являлся ранний Сидней, люди превыше всего жаждали рома. Ради него наиболее жестокие из заключенных по ночам убивали и грабили тех, кто его имел. Ромом они платили публичным женщинам... Ради рома они шпионили друг за другом и предавали друг друга».

Офицеры вскладчину покупали все товары, привозимые в колонию британскими судами, и перепродавали их населению, получая от этих операций до 300% прибыли. Почти все заключенные работали на землях, принадлежавших офицерам полка. По существу, это был рабский труд, с той лишь разницей, что рабовладельцы сами кормили своих рабов, а заключенные, работавшие на офицеров полка, находились на государственном обеспечении.

Дж. Маккартур писал своему брату: «Изменения, которые произошли со времени отъезда губернатора Филлипа, так велики и необычны, что рассказ о них может показаться неправдоподобным».

М. Твен, посетивший Австралию в 90-х годах XIX в., когда в памяти населения были еще свежи воспоминания об этих событиях, писал в книге «По экватору»: «Офицеры взялись за торговлю и притом самым беззаконным способом... Они стали ввозить ром, а также изготовлять его на собственных заводах... Они объединились и подчинили себе рынок... Они создали замкнутую монополию и крепко держали ее в руках... Они сделали ром валютой страны — ведь там почти не было денег, — и сохранили свою пагубную власть, держа колонию под каблуком лет восемнадцать-двадцать... Они приучили к пьянству всю колонию. Они спаивали поселенцев, прибирали к рукам их фермы одну за другой и богатели как крезы. Когда фермер вконец спивался, они сдирали с него семь шкур за глоток рома. Известен случай, когда за галлон рома стоимостью в два доллара фермер отдал участок земли, который через несколько лет был продан за сто тысяч долларов».

Новый губернатор, флотский капитан Д. Хантер, приоыл в колонию 11 сентября 1795 г. Но он не смог сломить господства офицеров полка, прозванного «ромовым корпусом». Не удалось