Евгений Кукаркин - Однажды в морге

- Кольку жду...

Колька вместе с Гошкой выскакивают из душевой голые и столбенеют при виде Марты.

- Чего, рты пооткрывали, - шипит она на них. - Давайте быстрей. Коля я тебя жду, ты забыл что ли.

Колька покраснел до ушей, но пошел к своему шкафчику и стал растираться полотенцем. Гошка тихо юркнул за дверцу своего шкафчика. У своего места я начал скидывать халат и нижнее белье...

Внизу, в вестибюле, замечаю знакомую фигуру девушки, она оторвалась от скамейки и двинулась навстречу мне.

- Доктор, я жду вас...

- Я оформил документы, вы прошли практику...

- Я не об этом. После того, как вы пропустили нас через этот ад, я уже не так боялась, сегодня после занятий, пойти вымыть и переодеть свою сестру. Когда ее раздела, то увидела шов от горла до... Это значит, что ей проводили экспертизу и она... была убита. Скажите, не вы случайно, делали ей экспертизу?

- Я.

- Тогда я не понимаю. В акте о смерти говорится о врожденной аномалии сосудов, а вы проводите экспертизу...

Влип называется. Как же ей объяснить.

- Вас как звать?

- Инна.

- Меня зовут Валентином. Так вот, Инна, у вас есть сейчас свободное время?

- Вообще то я должна быть дома, надо готовиться к завтрашнему дню..., она колеблется. - А что собственно говоря, вы хотите?

- Тогда поехали ко мне домой, я вам кое что там покажу.

- Что именно? - она немножко ошарашена таким предложением.

- Там увидите, поехали. Это касается вашей сестры...

Инна в смятении, наконец что то она сломала в себе и, решительно тряхнув головой, говорит.

- Поехали.

Мы молча доехали до моего дома и так же молча добрались до дверей моей квартиры. Кошка как всегда встречает у дверей и уже открыла пасть чтобы что то вякнуть, но увидев незнакомого человека, забыла это сделать. Она села и с любопытством стала наблюдать за Инной. Мы входим в гостиную и я жестом показываю ей в кресло.

- Садитесь.

- Так что вы хотите мне показать?

- Прежде всего, я хочу, чтобы все что услышите и увидите в этой комнате, вы не проболтались кому-нибудь на стороне. Это серьезно и может касаться вашей и моей жизни.

Ее лицо сначала изумленно вздернулось, потом по нему прошлась волна недоумения и тревоги.

- Хорошо, я постараюсь сдержаться.

- Да действительно, вашу сестру по просьбе прокуратуры, решили передать на экспертизу, так она попала ко мне. Я нашел причину ее смерти и когда написал акт, то в морг приехал следователь и представитель ФСБ. Они потребовали, чтобы я акт переделал и написал, что она умерла от врожденной аномалии сосудов.

- Почему? Что вы узнали?

- Перед смертью ваша сестра проглотила одну вещицу. А потом, какой то тип, ударил ее по голове чем то тяжелым и когда она потеряла сознание, изнасиловал...

- Не может быть?

- Помолчите, я не кончил. Этот факт почему то не понравился органам ФСБ и те заставил меня пересмотреть заключение.

- Это неправда..., - она задыхалась.

- Правда, подойдите к лимонному дереву, вон к тому у окна.

Она как автомат поднимается с кресла и идет к окну.

- Отогните ветку, которая глядит на вас и посмотрите на ствол дерева.

- Что это?

- Эта та вещь, которую ваша сестра проглотила.

Инна в ужасом смотрит на камень. Она дрожащими руками отдирает липкую ленту, берет его в руку и бледность покрывает ее лицо.

- Вам знакома эта вещица?

- Да.

- Это все, что я вам хотел сказать и показать.

Слезы непроизвольно текут по ее лицу, она крутит в руках камень и вдруг приклеивает его лентой на прежний сучок и прикрывает веткой.

- У вас где ванна?

- Там в коридоре.

Инна на негнущихся ногах идет в коридор. Наконец то вякнула кошка, дипломатично дождавшись нашего разговора. Мы идем с ней в кухню, где этой твари я даю поесть. На скорую руку сделал из консервов обед и сварил кофе. Инна вошла собранная с уже нанесенным макияжем.

- Я пожалуй пойду.

- Не уходите. Лучше подождите немного, успокойтесь. Выпейте кофе, а потом можете ехать.

- Хорошо.

Она отрешенно села на стул и прижалась затылком к стенке. Я налил ей кофе, придвинул сахарницу.

- Может вы хотите поесть?

- Нет.

- Тогда я немного поем, а вы пейте, сахар на столе.

- Да, да. Скажите, доктор...

- Валентин... Валя.

- Скажите, Валентин, почему камень у вас не изъяли?

- Может быть и изъяли, если бы я им его сразу показал. Их больше волновало другое, как не заводить уголовного дела по факту этой смерти. У меня такое ощущение, что они знали, кто ее изнасиловал и пытались это скрыть любым путем.

Она кивает головой и осторожно прихлебывает горячий кофе. Моя обжора-кошка, уже умяла мойву и нерешительно трогает лапой ногу Инны, пытаясь с ней познакомиться. Та подхватывает кошку и сажает к себе на колени. Теперь тварь довольна, она поудобней укладывается и урчит ей свои признания в любви.

- А вы узнали что это за камень? - спросил я.

- Да, как мне рассказывала моя мама, это алмаз "Кельн", он попал к нам по наследству, сам то камень весьма известен в Европе. "Кельн" пропал до смерти мамы, а вот теперь...

- Так он ваш, возьмите...

- Нет, - она качает головой, - не могу. Я боюсь его. За ним столько судеб, может быть мама тоже умерла из-за него.

- Инна, я по вашему лицу понял, что вы что то знаете о том, что произошло. Вы догадываетесь, кто виноват в смерти вашей сестры?

- Да.

Она молчит и уставившись в кружку неторопливо пьет кофе. Я тоже молчу. Доедаю свой примитивный суп и второе, залпом глотаю кофе.

- Пожалуй я поеду к себе домой. Там наверно беспокоятся.

- Можете позвонить, у меня есть телефон.

- Нет. Завтра похороны и надо как следует выспаться.

Она решительно снимает кошку с колени и поднимается. Я провожаю ее до двери. Инна вдруг поворачивается ко мне.

- До свидания, Валентин.

Она протягивает руку.

- До встречи, Инна.

Прошло минут пятнадцать в дверь звонок. Я открываю ее. На площадке лестницы стоит... опять она, Инна.

- Что-нибудь случилось?

Она кивает головой.

- Мою машину зажали...

- Как это? Раздавили?

- Нет. Просто с той и другой стороны близко поставили другие машины. Мне не развернуться...

- Заходи.

Она опять входит в квартиру к удовольствию кошки, которая трется у ее ног.

- Что же мне делать? Я без машины домой не поеду.

- Оставайся ночевать. Утром, твою машину освободят и ты спокойно уедешь.

Инна колеблется.

- Не беспокойся, все будет в порядке. Позвони домой и скажи, что мол переночуешь у подруги и завтра будешь вовремя.

- Договорились, - она кивает головой.

Я работаю за столом. Просматривая атласы и справочники анатомии, сравнивая их с бумагами, которые принес с собой. Инна на диване щелкает переключатель программ, мучая телевизор сменой экранов. Кошка лежит рядом с ней.

- Инна, я тебе приготовлю кровать в спальне. Если хочешь, ложись пораньше.

- Хорошо.

Из спальни вытаскиваю подушку и запасное одеяло, все это скидываю на диван. На колени девушки бросаю пижаму.

- Может я буду здесь? - робко спрашивает она.

- Нет. Я здесь должен еще поработать. Иди в ванну.

Через час в квартире наступила тишина.

Утро уже стучалось слабым светом в окно. Я уже оделся и на цыпочках приоткрыл дверь в спальню. Инна по детски спала, подложив ладошку под щеку. Моя кошка растянулась рядом и, приподняв голову, подмигнула мне.

Оставил на столе записку и запасные ключи от квартиры, а сам тихонечко убрался на работу.

Лидка в своем зале у стола.

- Как ты, после вчерашнего?

- Ну его в..., - она выругалась.

- Что с тобой происходит?

- Сама не знаю. Как увижу мертвое тело, так и хочется что-нибудь выкинуть. Особенно к концу дня какое то наваждение...

- Ты наверно устала, тебе бы отдохнуть.

- Я недавно с отпуска, - она сделала паузу. - У тебя раны зажили?

- Нет еще.

- А жаль. Господи, как мне мужчину хочется иметь под боком и чтобы я за ним, как за каменной стеной. Он бы оберегал меня, лелеял, а на сегодня я каждый день встаю с этой мерзкой постели, пью кофе и не с кем перекинуться хотя бы парой горячих слов. Как плохо, когда ты одна.

- Я не тот мужчина...

- Как знать. На без рыбье и рак рыба, это частенько говорит Марта.

Грохочет и визжит каталка. Трофим подвозит ей труп.

- Колян сказал... Ентово подвезти... Свеженькай...

- Давай уж. Мне все равно какой, свеженький, старенький, один черт, хреново.

Марта прибежала к моему рабочему столу.

- Валя, пошли смотреть. Дочку министра вытаскивают в демонстрационный зал.

- Да я вот, развалил, одну особу. Не могу понять в чем дело. Уже все органы перебрал, а до причины смерти не дошел.

Симпатичная девушка с развороченными внутренностями лежала на столе. Ее органы лежали в кюветах.

- Тебе везет, все молоденькие достаются. Я гляжу, осталась только голова?

- Это на последок.

- Все наверно в ней. Брось ее, накрой простынею и пошли. Нам надо отвлечься.