Л. Арбузов - Очерк истории Лифляндии, Эстляндии и Курляндии

Частная жизнь в прибалтийском крае до половины 19 столетия протекала тихо. Сельские жители и жители маленьких городов довольствовались сношениями с родными и соседями. Многие забавлялись охотой. В половине лета, около Иванова дня или во время зимнего сезона, помещики и сельские жители приезжали в губернский город (так особенно в Эстляндии и Курляндии, где различали Ивановы дни по старому и новому стилю) устраивали свои дела и искали развлечений и увеселений, которых они были лишены в обыкновенное время. Даже в более крупных городах жизнь текла очень спокойно. Те возбуждения и волнения, которые вызывает все чаще и чаще новейшее время, были еще неизвестны. Местные газеты — число их было незначительно, «Rigasche Zeitung» начала выходить в 1778 г. — отличались удивительной бедностью содержания; наибольшее место в них занимали объявления; известия о местных делах они не смели печатать, фельетона не знали, редкие политические сообщения из империи и других государств появлялись поздно. Вообще боялись гласности. Самые распространенные иностранные газеты были: внимательно издававшаяся (тогда в Аугсбурге), но беспартийная Allgemeine Zeitung и, в городе Риге, «Hamburgische Correspondent», кроме них читали Neue Preussische Zeitung, обыкновенно называемую Kreuzzeitung. Газеты получались поздно, и если кто-нибудь выписывал книги из-за границы, он точно также должен был запасаться большим терпением. Почтовые сообщения были весьма неудовлетворительны. В С.-Петербург или за границу ездили только по делам или для лечения и такие поездки стоили дорого, так что лишь состоятельные могли их предпринимать. Большой почтовый тракт от Тауроггена в С.-Петербург шел через прибалтийский край. Два раза в неделю большие, тяжело нагруженные почтовые экипажи проезжали по этому тракту (при худом состоянии дороги и дурной погоде они запрягались во множество лошадей). Пароходство по Балтийскому морю лишь зарождалось; поэтому все, отправлявшиеся в С.-Петербург и не имевшие ни своих лошадей, ни своего экипажа, должны были ехать в этих почтовых экипажах. Таким образом знаменитости театра и другие известные артисты попадали в Митаву, Ригу, Дерпт, иные из них останавливались тоже в маленьких городах: Венден, Валк, Вольмар, и устраивали в них представления перед благодарной и достаточно образованной, способной оценить представляемое публикой, состоявшей как из местных обывателей, так и помещиков окрестных имений. Музыкой много занимались, живопись и другие изображающие художества стояли на заднем плане, хотя интерес к ним, в виде исключения, кое-где обнаруживался. Музыка была господствующим художеством. В ее исполнении многие мужчины и женщины достигли значительного совершенства, хотя мы таких не знаем, которые жили исключительно для и от музыки. Более всего уважали немецкую классическую музыку, и в этой области придерживались правила: Res severa est verum gaudium. В Ревеле и вообще в Эстляндии всегда особенно любили хоровое пение; много занимались им и в Дерпте среди студентов. Квартет из членов корпорации «Эстонии» пользовался в течение нескольких десятилетий большой славой. Но Рига все-таки оставалась первым городом всего края. И здесь театры и концерты были единственными публичными, все части общества объединяющими увеселениями. Они поставляли главный материал для разговоров и для газет, в других отделах, лишенных всякого интереса (критические статьи Карла Альта). Конрадин Крейтцер похоронен в Риге на католическом кладбище. Рихард Вагнер был капельмейстером при рижском театре. Карл фон Гольтей был не полных два года директором театра. Постоянный театр существовал в то время только в Риге. Около Иванова дня рижская труппа давала представления в Митаве, где имелось подходящее помещение. Впоследствии в этом здании был устроен цирк, и теперь стоит на том месте новый Курляндский провинциальный музей.

Со времени пробуждения исторического интереса изучение родной старины сделалось преобладающим научным занятием. Курляндское общество, основанное в 1815 г., должно было сделаться центром литературной и художественной деятельности. Но с течением времени оно все более исключительно останавливалось на двух задачах: на изучении родной природы и изучении родной старины. Музей в Митаве, основанный статским советником фон Реке и врачом, доктором Лихтенштейном, обнимал также обе области (естествознание и историю) и внес в широкие слои интерес к ним. В Риге (1844) и Дерпте были основаны общества естествоиспытателей, в Ревеле при «литературном обществе», основанном в 1842 г., образовалась секция природоведения. В 1834 г. возникло в Риге общество, сосредоточившееся с самого начала на изучении истории и археологии прибалтийского края. Подобные общества для изучения местной истории и археологии возникли впоследствии и в мелких городах: Аренсбурге, Нарве, Феллине, Пернове, Вейсентштейне, так как и в них набиралось достаточное количество людей с умственными интересами. Латышское литературное общество, имеющее общие собрания то в Риге, то в Митаве, ученое эстонское общество в Дерпте начали работать еще в первой половине 19 столетия. Все эти общества преследовали строго научные цели и принесли свою пользу; при этом было бы несправедливо упрекать их в том, что они способствовали разбрасыванию сил; при условиях нашей жизни и больших расстояниях между городами такая децентрализация не только желательна, но совершенно неизбежна.

Леность и бездействие не имели поклонников. Помещик жил в своем имении среди крестьян и занимался своим хозяйством. В городах мужчины добросовестно исполняли обязанности по должности, находились ли они на государственной службе, которую несли преимущественно местные уроженцы, или на городской службе или в независимом положении. Женщины работали в доме. Общества с благотворительными или общекультурными задачами только что возникали. После работы мужчины отдыхали и развлекались в клубах; открытые для всех рестораны не пользовались симпатиями. В маленьких городах служащие в общественных учреждениях составляли с так назыв. «литератами», т.е. пасторами, врачами, учителями, аптекарями тесно сплоченную семью, спокойствие и согласие которой только изредка нарушались, если в нее проник неподходящий элемент или провинился чей либо слишком острый язык. Эти кружки устраивали чтения и танцевальные вечера, обыкновенно в частных домах, но иногда, особенно когда в городке были проезжающие студенты, в помещении клуба или, на местном наречии, «муссы». Такие «муссы» существовали везде, большей частью в гостинице поблизости от почтовой станции. Здесь задерживался проезжающий и, исполняя роль живой газеты, сообщал последние новости. Гостеприимство было широко распространенною добродетелью, как в городах, так и особенно среди помещиков, в среде которых посещение соседа часто составляло единственное развлечение. Дети помещиков, сыновья и дочери получали свое образование большей частью в родительском доме от наставников, в числе которых было много выдающихся ученых, сделавшихся впоследствии университетскими профессорами, и от гувернанток, преимущественно приглашавшихся из Франции. Английскому языку учились тогда лишь очень редко.

Еще в средние века около городов устраивались сады (Hofchen) и в этих садах легкие строения. В 18 и 19 столетиях широко распространялся обычай среди достаточно состоятельных, к которым принадлежало большинство городского населения (число крупных капиталистов было весьма незначительно) в летнее время переезжать на дачу т.е. в сад около города. Учащаяся молодежь оставалась на даче в течение школьных каникул, отцы семейства, имевшие регулярные занятия, ежедневно ездили в город и к вечеру возвращались на дачу. Стали ездить и дальше, в особенности на морской берег. Возникли на берегу дачные местности.

Так в Эстляндии места около Ревеля: Балтийский Порт, Меррекюль, в Курляндии: Либава, Виндава, Ассерн, в Лифляндии близ Риги: Дуббельн (первоначально крестьянский двор) и целый ряд других, начинающийся от Буллена и идущий глубоко в Курляндию, кроме того Петерскапель. Эта дачная жизнь развивается ежегодно и приносит для многих кроме отдыха и освежение и поправление здоровья. Устройство новых пароходных рейсов и постройка новых железных дорог способствует увеличению прилива дачников в дачные местности. На месте прежних преимущественно хвойных лесов разбиты сады и парки, но осталось и достаточно нетронутой природы.

В Кеммерне и Балдоне есть сернистые источники, которые имеют целебное значение и привлекают с каждым годом все большее число больных. В Аренсбурге и Гапсале есть грязевые ванны. Гапсал до и после 1859 г. не раз удостоился чести, что в нем останавливались Высочайшие особы. Их Величества с Августейшими детьми изволили приезжать в Гапсал несколько раз на несколько недель. В этих случаях характер маленького городка совершенно менялся. Августейшее семейство жило в небольшом дворце близ Гапсаля; устраивались балы, пикники, иллюминации в близко лежащих развалинах старого рыцарского замка и гапсальские дачники как зрители допускались к этим увеселениям с большой любезностью, девочки даже получали из Высочайших рук гостинцы, а мальчики увлекались учением полуроты пехоты, занимавшей караулы и имевшей при себе музыку.