Александр Чапаев - Василий Иванович Чапаев

Располагая сведениями о противнике, М. В. Фрунзе 19 апреля отдал приказ по Южной группе войск, согласно которому V армия, усиливаемая 25-й дивизией (без 73-й бригады), получала задачу не только остановить наступление противника в направлениях Бугульминской и Самаро-Златоустовской железных дорог, но и овладеть районом Бугуруслана. Ударной группе в составе 73-й бригады 25-й дивизии, 31-й дивизии (без бригады) и Оренбургской казачьей бригады из района севернее Бузулука наступать в направлении на фронт Заглядино, Бугуруслан; во взаимодействии с V армией разгромить бугурусланскую группировку противника и отбросить ее к северу, отрезав сообщение с Белебеем. Конницей обеспечить правый фланг группы, держать связь с I армией, развивать действия в тыл противника в район Сарай-Гир. Контрудар был назначен на 28 апреля[544].

XI. В решающих боях

Утром 21 апреля Чапаев и Фурманов в сопровождении десятка полтора всадников выехали в 73-ю бригаду, к комбригу И. С. Кутякову. Двигались медленно. Дорога через Сухоречку на Ждановку была тяжелой, грязной, местами покрытой льдом и рыхлым снегом. Лошади скользили, спотыкались, проваливались. В Крутенькую, неподалеку от Ждановки, где находился штаб бригады, прибыли под вечер. Уточнили расположение частей, а потом до глубокой ночи изучали по карте возможные направления удара противника и наиболее выгодные позиции для своих войск. С утра следующего дня выехали на местность. Путь лежал на Александровку и далее на Казаковку. На позиции жизнь шла по-боевому. Не умолкала перестрелка, велась разведка.

Противные стороны разделяла река Боровка. На левом ее берегу были свои, на правом — противник. Ночами агитаторы призывали обманутых колчаковских солдат переходить на сторону красных. Конники бригады систематически проникали в тыл противника с разведывательными целями. А комиссар бригады Г. А. Горбачев переправился вплавь через вздувшуюся в половодье реку Боровку с целым эскадроном. Собрав необходимые сведения и оставив там группу для ведения дальнейшей разведки, грязные и мокрые, вернулись обратно. «Вот как работают настоящие комиссары, — записал в своем дневнике Фурманов. — Его работа слита неразрывно с работой командира бригады, функции объединяются, сплетаются, перевиваются»[545].

Проведя рекогносцировку и ознакомившись с положением дел на месте, Чапаев и Фурманов отдали необходимые распоряжения. Поздним вечером вернулись в Бузулук, а затем до двух часов ночи были у прямого провода на переговорах с заместителем командующего Южной группы войск Ф. Ф. Новицким: требовалось срочно выехать с оперативной частью штаба дивизии в распоряжение командующего V армией. Изъятие дивизии из состава ударной группы, снятие ее с направления главного удара и передачу в V армию Чапаев, как и М. В. Фрунзе, встретил с неудовольствием. В разговоре с Ф. Ф. Новицким он заявил: «Люди воюют, а я буду кататься из одной армии в другую»[546]. 73-й бригаде Кутякова предстояло действовать в отрыве от своей дивизии, в составе Туркестанской армии.

До перехода в наступление боевые действия Южной группы войск Восточного фронта сводились к активной обороне, но в ходе их с 23 по 28 апреля было немало достигнуто успехов в деле победы над Западной армией генерала Ханжина. Этому способствовала вся предшествовавшая организационная, оперативная и политическая работа. Войска были выдвинуты навстречу противнику в необходимой группировке. Так, группировка I армии была рассчитана на удержание Оренбурга, поддержание с ним связи развернутой по правому берегу реки Салмыш 20-й дивизией и на активные действия 24-й дивизии на левом фланге армии. Части 24-й дивизии, сосредоточившиеся юго-западнее Шарлыка, продвигались в северо-западном направлении, охватывали левый фланг противника в районе Романовское. В боях было взято до 200 пленных 12-й дивизии, несколько пулеметов и 2 орудия. На другом участке фронта I армии наступал противник. Часть 2-й дивизии корпуса Бакича переправилась через реку Салмыш с целью выхода на железную дорогу у станции Переволоцкая, в 70 километрах западнее Оренбурга. Другая часть этой дивизии пошла на юг, через реку Сакмара, на помощь двум Оренбургским казачьим полкам, наступавшим на Оренбург с северо-востока, где 277-м Орским полком 31-й дивизии и Оренбургским рабочим полком была разбита.

Затем западнее устья реки Салмыш ими же была разбита во встречном бою еще одна часть этой дивизии. Совместно с подошедшими частями 20-й и 24-й дивизий разгромлена переправившаяся через Салмыш 5-я дивизия противника. В бою взято 3 орудия, 20 пулеметов и 1500 пленных. Таким образом, был разбит левый фланг Западной армии, обнаружилась слабая боеспособность и плохое политико-моральное состояние частей противника[547].

Но между I и У армиями оставался разрыв, достигавший 140 километров. В него устремились войска противника. В глубине и слева от направления их движения, в районе Бузулука, сосредоточилась ударная группа. Ее сосредоточение прикрывалось 73-й бригадой в 30–45 километрах северо-восточнее Бузулука.

В ночь на 24 апреля подошли части 11-й дивизии противника и повели наступление на фронте Александровна, Ждамировка в 45 километрах северо-восточнее Бузулука. Вынудив конницу 73-й бригады, занимавшую Ждамировку, отойти на Якутино, они затем сами были отброшены в Чекалино. Через сутки противник на подходе к бузулукско-бугурусланскому тракту захватил села Куроедовку и Мотовиловку. Попытки дальнейшего наступления на фронте 73-й бригады успеха не имели. Подразделения бригады местами вышли на северный берег реки Боровки. Ее конники лихим налетом на Сергиевское (Жилино) захватили пулеметы и пленных. На правом фланге было освобождено Чекалино, 41-й и 43-й полки противника 25 апреля отброшены в район Луговое, Красногорье. С утра 26-го бригада продолжала настойчивые атаки в районе Жилино, Ягодное. Потери противника, по сводке белых, были «весьма велики». 27 апреля разбитая 11-я дивизия отошла на северо-восток, к верховью реки Малый Кинель, оставив открытым тракт от Бузулука на Бугуруслан, и оторвалась от левого фланга 3-го корпуса более чем на 50 километров[548].

На правом фланге V армии 23–26 апреля атаки противника были отражены. Части 26-й и бригада 27-й дивизий продвинулись несколько вперед. Бригады 25-й дивизии к вечеру 25 апреля подошли в район станций Муханово и Алтухово. Таким образом, до начала общего наступления правый фланг V армии значительно укрепился. Потерпели поражение войска 6-го Уральского корпуса и Южной группы генерала Белова.

На левом фланге V армии положение продолжало оставаться тяжелым. Возникла большая опасность потери сообщения в районе станции Кротовка с Самарой и поражения частей севернее станции Кинель. В этих условиях особое значение приобретало время перехода в контрнаступление.

Общее наступление Южной группы войск, как предусматривалось планом, началось с утра 28 апреля только в У армии. 24-я дивизия и 73-я бригада, как уже говорилось, наступление начали раньше, а 31-я дивизия запоздала. Части 73-й бригады, продолжая наступать, 28 апреля взяли несколько сот пленных, 10 пулеметов и 1 орудие.

Остатки 11-й дивизии противника отошли за реку Кинель. Командир 6-го корпуса белых 30 апреля докладывал командующему Западной армией, что потери дивизии граничат с полным уничтожением: в полках осталось по 7—10 офицеров и по 250–300 штыков. Егерский батальон шесть раз ходил в атаку и фактически прекратил существование. Все влитые в последнее время пополнения перешли на сторону красных и даже участвовали в бою против нас[549].

1 мая 73-я бригада продолжала добивать части 11-й дивизии и 48-й полк 12-й дивизии. У Мукменево переправилась через реку Кинель, обходя левый фланг 3-го Уральского корпуса белых. По сводкам противника, его «41-й полк и Егерский батальон совершенно выбыли из строя; в 43-м и 44-м полках насчитывалось не более 150 человек в каждом, настроение… подавленное»[550].

Решение М. В. Фрунзе назначить на правый заходящий фланг ударной группы полки 25-й дивизии блестяще оправдалось. Бригада двигалась теперь не на Заглядино, а восточнее, на Сарай-Гир, охватывая глубже левый фланг 3-го Уральского корпуса противника.

Из восьми полков 31-й дивизии, входившей в ударную группу, к 28 апреля подошли семь и только три полка (92-я бригада) успели занять исходное положение к началу наступления. К первому мая эта бригада шла уступом слева за ведущей 73-й бригадой. Остальные части 31-й дивизии остались в районе Троицкое на реке Боровке и без боя затем шли на Заглядино за наступающими частями 73-й бригады. Отдельная кавбригада, действовавшая на правом фланге ударной группы, 28 апреля только выдвигалась из района Игнаткино, Ждамировка, но 30 апреля была уже на уровне передовых частей в районе Васильевки и с утра 1 мая выступила на Сарай-Гир.