Виктор Прудников - Гроза панцерваффе

«24.03.44 г. от командующего 1-й танковой армией получил приказ: бригадой обогнать боевые порядки войск армии, выйти в тыл войск противника, форсировать реку Днестр и реку Прут, после совершения 60-километрового марша по тылам врага овладеть Черновцами. Поставленная задача выполнена»[253].

Наши танки вышли на границу с Румынией, многие участники штурма Черновцов были награждены орденами и медалями, а И. Н. Бойко первый среди танкистов стал дважды Героем Советского Союза.

Почти одновременно с наступлением на Черновцы Катуков решил ударить на Коломыю и Станислав (Ивано-Франковск). Обстановка тогда благоприятствовала этому. Пока соединения 1-й танковой армии создавали внешний фронт окружения вражеской группировки, сосед слева — 4-я танковая армия Лелюшенко успешно наступала на Гусятин. 26 марта она освободила Каменец-Подольский и замкнула внутренний фронт окружения немецкой группировки.

На Коломыю наступала 1-я гвардейская танковая бригада полковника Горелова. Впереди шла группа танков — 9 «тридцатьчетверок» с десантом автоматчиков на борту — под командованием капитана Владимира Бочковского. Капитан молод, ему шел двадцать первый год, но он уже успел отличиться в боях на Брянском, Калининском, Воронежском и 1-м Украинском фронтах, дважды был ранен, награжден многими орденами и медалями. Совершив 27 марта 50-километровый марш, танки Бочковского атаковали Коломыю. Город обороняли немецкие и венгерские части. Организованные очаги сопротивления были разгромлены, подошедшие основные силы бригады закрепили успех. 28 марта противник поспешно оставил город!

В результате решительных действий советских танкистов были перерезаны восемь шоссейных и железных дорог, идущих через Коломыю в Карпаты и Станислав. В городе захвачены огромные трофеи. Венгерские войска потеряли важные коммуникации, по которым осуществляли подвоз продовольствия и боеприпасов.

Героем тех дней стал капитан Бочковский. Командир 2-го танкового батальона гвардии майор Вовченко, представляя к награждению своего заместителя, в наградном листе писал: «28.03.44 года группа танков Бочковского имела задачу овладеть г. Чертков. При подходе к городу следовало форсировать р. Серет. Бочковский неожиданно появился у моста через реку, немцы, не успев взорвать его, зажгли на нем цистерну с горючим. Впереди идущая машина на полном ходу сбивает цистерну с моста, тем самым спасает мост от разрушения, обеспечив продвижение танков к городу. Ворвавшись на улицы города, Бочковский завязал бой. В течение четырех часов длился бой, но, не выдержав, немцы отступили в беспорядке. Отважные танкисты под командой Бочковского уничтожили в этом бою до 150 солдат и офицеров, 9 пушек, 7 танков, 2 бронетранспортера, около 50 автомашин. В городе немцы оставили 3 склада горючего и 2 — с продовольствием.

Продолжая преследовать противника, танки Бочковского вброд форсировали р. Днестр и вели успешные бои на его правом берегу.

За проявленное геройство и мужество в боях против немецких оккупантов достоин присвоения звания — Герой Советского Союза»[254].

Выход войск 1-го Украинского фронта к Черновцам и Коломые позволил основательно потрепать крупную проскуровско-каменец-подольскую гитлеровскую группировку. Но некоторым ее частям, окруженным в районе реки Збруч, все же удалось прорваться на запад. Эти части потом доставили немало неприятностей 1-й танковой армии.

Хуже обстояли дела под Станиславом. Комкор Дремов долго переправлял свои войска через Днестр. Хотя передовой бригаде Горелова и удалось пройти по улицам Станислава, но она вынуждена была отступить. Немецкие и венгерские части успели основательно закрепиться в городе. Опасны были фаустпатронщики, выводившие из строя наши танки. Потеря внезапности атаки, несогласованность действий танковых и пехотных подразделений привели к тому, что весь корпус застрял под Станиславом. Такое развитие событий никак не устраивало командарма. Он приказывает Дремову немедленно восстановить положение![255]

Отдавая приказ, Катуков, видимо, не располагал полной информацией об обстановке в 8-м гвардейском механизированном корпусе, а может быть, надеялся на чудо. Чудес, однако, на войне не бывает.

Впоследствии Дремов писал: «Вернуть утраченные позиции на флангах было невозможно из-за понесенных потерь и растянутости частей корпуса по фронту. У нас мало осталось мотопехоты и еще меньше танков. В бригадах не больше восьми-десяти машин. Положение было серьезным. Немцы уже форсировали Днестр в районе села Нижний и пытались на ряде направлений теснить наши боевые порядки».

Не радовал успехами и Гетман. Он тоже отводил свои войска, маневрируя немногочисленными резервами. Правда, ему вскоре удалось закрепиться на занятых рубежах и даже направить 44-ю гвардейскую танковую бригаду Гусаковского на оказание помощи 40-й армии по захвату Хотина. Город был взят только 3 апреля.

В дальнейшем события на Заднестровском плацдарме развивались столь же стремительно, как и неожиданно. 1-я танковая армия немцев, окруженная северо-восточнее Каменец-Подольского, начала прорываться на запад в направлении Бучач — Подгайцы, ломая внутренний фронт. 4 апреля 1944 года 9-я и 10-я танковые дивизии СС из группы армий «Юг» нанесли удар по внешнему фронту в районе Подгайцы, смяли оборону 18-го стрелкового корпуса 1-й гвардейской общевойсковой армии и устремились к Бучачу навстречу своей выходящей из окружения группировке.

Командование 1-го Украинского фронта считало, что немцы обязательно двинутся на юг, к Днестру, поэтому старалось армией Катукова поглубже охватить противника на рубеже Залещики, Черновцы, Коломыя.

Г. К. Жуков впоследствии писал: «Сейчас, анализируя всю эту операцию, считаю, что 1-ю танковую армию следовало бы повернуть из района Чертков — Толстое на восток для удара по окруженной группировке. Но мы имели тогда основательные данные, полученные из различных источников, о решении окруженного противника прорываться на юг через Днестр в районе Залещиков. Такое решение казалось вполне возможным и логичным»[256].

В связи с создавшейся обстановкой Катуков отдает приказ командирам корпусов — Дремову и Гетману — с приданными им стрелковыми частями продолжать удерживать занятые рубежи, частью сил к утру 6 апреля 1944 года переправиться на северный берег Днестра в районе Устечко, нанести удар в направлении Толстое — Базар, во взаимодействии с частями 1-й гвардейской армии, 4-й гвардейской танковой армий и 38-й армии разгромить и уничтожить окруженную группировку противника[257].

В эти тревожные дни командарм все время находился в войсках… Немного отдохнув, он мчался из мехкорпуса в танковый или к соседям увязывать взаимодействие по отражению атак противника. Беспокоиться было из-за чего. 7 апреля в районе Бучача соединились части 1-й немецкой танковой армии, прорвавшейся из окружения, со Станиславской группировкой. Это значительно осложнило положение на фронте. Гитлеровские войска, прижимаясь к Днестру, пытались прорваться к переправам. Отбиваться приходилось с большим трудом.

В 1-й танковой армии осталось не более сотни исправных танков, но часто случалось так, что даже исправные машины нечем было заправить, базы, находящиеся в Черткове и Копычинцах, отрезаны противником. Катастрофически сокращались боеприпасы и продовольствие. Вся надежда возлагалась на транспортную авиацию. Распорядительный генерал Коньков уже налаживал снабжение армии по воздуху. Каждую ночь транспортные самолеты садились в Коломые, доставляя самое необходимое, забирая обратным рейсом больных и раненых.

В непрерывных боях армия понесла большие потери. Она ослабла и нуждалась в пополнении людьми и техникой. Катуков обращается к командующему фронтом Жукову, объясняет сложившуюся ситуацию. Вскоре в армию прибыло подкрепление — 399-й гвардейский тяжелый самоходно-артиллерийский и 72-й гвардейский тяжелый танковый полки. Это 16 самоходок ИСУ-152 и 10 танков ИС-2[258].

Конечно, это не так много, но и эти силы сыграли свою роль. Когда гитлеровцы начали наступление на Городенку, Катуков поставил тяжелую технику на самых угрожаемых участках. Из 48 танков, подошедших к селам Незвиско и Герасимово, осталось восемь. Сорок были уничтожены огнем самоходок и тяжелых танков.

Истощались резервы и у противника. Это стало заметно по его слабым контратакам почти на всем фронте 1-й танковой армии. Шалин отправляет короткое донесение в штаб фронта: «Противник в течение 24.04.44 активных действий не проявлял, ограничивался артминометным огнем по порядкам наших войск. Авиация (20–60 самолетов) бомбила районы Жукув, Хацымеж, Бортники, Юзефувку»[259].

Было и настораживающее донесение, адресованное непосредственно Г. К. Жукову: «Противник в 8.00 26.04.44 силами до пехотной дивизии при поддержке 70–80 танков наступал в южном и юго-восточном направлениях, пытаясь прорвать оборону наших войск и развить успех в общем направлении на Обертин.