Лондон. Путешествие по королевству богатых и бедных - Луи Эно

рассказ о Лондоне и лондонцах был бы неполным, если бы мы не познакомили читателя с некоторыми из клубов, которые занимают очень важное место в жизни англичан. Клубы, идея и внутренняя организация которых пришла в Англию из Франции, отвечают двум противоречивым, но равносильным потребностям, живущим в сердце каждого более или менее знатного англичанина. Я имею в виду потребность в общении с себе подобными и не меньшую потребность в изоляции, точнее говоря, в отсутствии соприкосновения с толпой. Англичанину скучно одному, но он чувствует себя в своей тарелке только рядом с людьми одного с ним круга, одного класса, касты, клана. Он беззаветно любит свою родину, но он проведет десять лет в пятистах лье от нее рядом со своим соотечественником и не перемолвится с ним ни словечком, если поблизости не найдется посредника, который любезно представит их друг другу.

Клуб удовлетворяет обе эти потребности, щадя самолюбие и создавая для англичанина внутри большой родины малую — родину, каждого гражданина которой он выбрал себе сам и потому может быть уверен, что будет иметь дело только с равными себе людьми. Для англичанина это очень важно, ведь он постоянно заботится о том, чтобы, во-первых, никого не обеспокоить, а во-вторых, о том, чтобы не опуститься ни на одну ступеньку социальной лестницы, которую он принимает за фундаментальную основу общественного устройства. Добавьте к этому, что с помощью клубов он получает все те выгоды, которые вытекают из объединения людей равных и согласных друг с другом. Я говорю о тех жизненных удобствах, которые даются только очень состоятельным людям, о самых красивых особняках, по роскоши превосходящих королевские дворцы, об изысканной и обильной еде, о домашней прислуге, многочисленной и вышколенной настолько, что ее предупредительность порой утомляет своим подобострастием. Добавьте еще все прелести праздной жизни, игры, все мировые газеты, библиотеки, о которых ученые и эрудиты только мечтают, собрания художественных произведений, которым позавидуют публичные музеи и королевские галереи, и вы поймете, что в стране, где люди любят обмениваться мнениями обо всем на свете и выяснять истину в споре, клуб должен занимать очень большое место. В Лондоне же они играют огромную роль.

Первый известный клуб назывался «La Rota»[61] или Кафе-клуб. Это было сообщество строгих пуритан, которые собирались в доме некоего Майлза на Нью-Плейс-Ярд, где им подавали кофе, чай и легкие закуски. Мильтон приходил туда каждый вечер вместе со своими политическими единомышленниками: Марвеллом, Кирьяком, Скиннером, Ханингтоном, Невилом и другими. Они обсуждали злободневные темы.

Роялисты со своей стороны объединились в другой клуб, «The Sealed Knot» («Запечатанный узел»), в котором группировались люди убеждений, диаметрально противоположных тем, что главенствовали в клубе «La Rota».

Клубы отвечали духу англичан и их темпераменту, а потому начали множиться с необычайной скоростью. Со времен королевы Анны и короля Георга I все английское общество сгруппировалось по разным кафе, клубам и трактирам. Уже тогда появился клуб «Бычья голова», члены которого пили из черепа быка; клуб «Кинг», члены которого называли друг друга повелителями. Назовем также Клуб уродов, Клуб бессмертных, Клуб женщины, которая развлекается, Клуб святош, Клуб Мохоков — сборище подлых дебоширов, которые творили зло ради зла, бродили по ночам, нападали на прохожих, оскорбляли женщин и совершали всевозможные преступления. Это происходило в ту ужасную эпоху, когда в силу морального разложения британского общества появились общества богохульников, и первым среди них был клуб «Адские огни» (Hellfire club).

Был также Клуб красавцев, члены которого собирались в трактире рядом с Ковент-Гарденом и говорили только о нарядах и последней моде; Клуб нелюдимов (Surly club) для людей с дурным характером; Клуб крохоборов (Split-farthing club) для ростовщиков; Клуб банкротов (Unfortunate club) для разорившихся коммерсантов.

В настоящее время клубы утратили характер пикантной оригинальности, они представляют собой кружки, куда допускаются люди одной профессии или принадлежащие к одному социальному слою.

Сейчас в Лондоне насчитывается около тридцати великосветских клубов, собирающихся в особняках квартала Сент-Джеймс.

Среди них можно упомянуть:

Клуб афинян — собрание литераторов, ученых и людей светских. Этот клуб располагает великолепной библиотекой;

университетский Клуб для выпускников Оксфорда и Кембриджа;

Клуб путешественников, в члены которого принимаются только те, кто удалялся на тысячу или больше миль от берегов Англии;

здание Карлтон-клуба со скрупулезной точностью воспроизводит Библиотеку Святого Марка, замечательное творение Сансовино и Скамоцци (длина большого зала на первом этаже составляет восемьдесят футов; гостиные и игорные залы восхитительно хороши; все члены этого клуба принадлежат к партии тори);

Военно-морской клуб объединяет бывших офицеров и является самым элегантным клубом в Лондоне.

Мы не можем охватить все, да, наверное, и никто не сможет, однако надо хотя бы упомянуть Клуб консерваторов, Клуб реформы, Клуб союза, Клуб Эрехтейона, а также клубы Уайт, Брук, Гэррик, Уайтингтон, Веллингтон, Грэшем, Восточной Индии и лондонского Сити.

С точки зрения материальной все клубы превосходны, там все предусмотрено, любая потребность удовлетворяется, не успев зародиться. Нигде вы не найдете такой комфортабельности и совершенства: клубы холят, лелеют, обивают жизнь ватой, притупляют ее шипы и колючки, шлифуют ее когти. Но, приучая мужчин находиться в обществе друг друга, без женщин и вдали от них, клубы ослабляют, если не разрывают, семейные узы, они не делают нравы чище и лишают мужчин той утонченности и нежного глянца, который они приобретают, только соприкасаясь с тем, что Гёте называл «вечно женственным».

Мы провели читателя только по основным клубам города, в котором их очень много; надеемся, однако, что они не станут упрекать нас за то, что мы оставили до другого раза Клуб бакалейщиков, Клуб кучеров, а также Клуб чистильщиков, да-да, у лондонских чистильщиков обуви тоже есть свой клуб, и его члены сами чистят свои сапоги!

Malt Town

Пивоварни

В стране, которая постоянно испытывает жажду и не делает вина, на первое место выходит производство пива. И лондонские пивоварни являются заведениями, в своем роде неповторимыми. С ними ничто не сравнится, им нет равных во всем мире. Одна из них огромна, как деревня, занимает около пяти акров земли[62] и ежегодно платит государству налоги в размере четырех миллионов пятисот тысяч франков. «Барклай, Перкинс и Со» получила прозвище «Город солода» (Malt Town), которое послужило названием данной главы.

Попав в этот особый мир, невозможно не испытать сильного потрясения.

Даже в Лондоне, где все отличается крупными масштабами, размах пивоваренного дела ошеломляет, оно кажется ни с чем не соразмерным. Даже архитектура пивоварен особого рода, если хотите, слишком прямолинейная, но при этом гигантская, циклопическая; легко представить,