Страна Советов. Забытые вожди - Виктор Степанов

октября 1941 года предписывал: «В случае бегства выделенному отряду заграждения расстреливать на месте всех бросающих поле боя», однако сдержать отступление воинских частей с фронта заградотряды не смогли бы ни при каких обстоятельствах. Заградотряд при особом отделе дивизии не превышал одного взвода. Дивизия насчитывала в своем составе 14 с половиной тысяч солдат, а взвод – не более 51 человека.

Основной задачей заградительной службы было возвращение в строй солдат, отбившихся от своих частей, поимка шпионов, диверсантов и дезертиров. Эти подразделения действовали на линии фронта и в прифронтовой полосе, где устанавливались контрольно-пропускные пункты, выставлялись патрули. Лишь в качестве крайней меры применялся внесудебный расстрел дезертиров и паникеров. Случалось, что в отчаянной обстановке боя под расстрел попадали и просто растерявшиеся или поддавшиеся панике бойцы.

В первые четыре месяца войны заградотрядами задержано 657 364 солдата, отставших от своих частей либо самовольно оставивших фронт. Из них 632 486 возвращены в действующие воинские части. Арестовано 25 878 человек – 4 % всех задержанных военнослужащих. К расстрелу приговорен 10 201 человек, то есть 1,5 % задержанных.

Именно при участии Виктора Абакумова в стране начал стремительно развиваться культ научных исследований и научного подвига, который ценился в СССР не меньше, чем подвиг военный. Вскоре он предложил командованию начать так называемую «радиоигру»: установить связь с радиоцентром абвера и через сдавшихся радистов передавать ложную информацию.

С развитием средств связи разведка начала активно использовать такой метод дезинформации противника, как передача ему ложных сведений по радиоканалам. При этом требовалась полная уверенность в том, что агент согласен сотрудничать. В противном случае радист всегда мог отправить в эфир сигнал, сообщавший о его провале.

На многие сеансы радиосвязи Абакумов приезжал сам. Он не вмешивался в работу. Слушал, смотрел, делал для себя пометки. Порой ему приходилось лично убеждать Сталина не торопиться с активизацией радиоигры. Работа это была тонкая, а результат – не всегда быстрым. Все радиоигры велись только службой Абакумова. Специальный отдел в Генштабе обеспечивал их качественной дезинформацией. Отправлялись радиограммы только после визы Абакумова или его заместителей, а также при согласовании с Генштабом.

Радиоигра на Волховском фронте продолжалась три месяца и особое значение приобрела перед началом наступательной операции по прорыву блокады Ленинграда «Искра». Цель передаваемой немцам дезинформации была одна: скрыть подготовку советских войск к наступлению. Чтобы у врага не возникло сомнений, командование демонстративно перемещало некоторые воинские части в те районы, о которых шла речь в радиодонесениях. Там же размещались макеты военной техники.

12 января 1943 года артиллерийской канонадой началось долгожданное наступление под Ленинградом.

Из воспоминаний маршала Жукова:

«Никто не мог поручиться, что сведения об “Искре” не просочились к неприятелю. Но когда операция началась, нам стало ясно, что враг не знает, какими силами мы располагаем, и что время нанесения нашего мощного удара оказалось для него неожиданным».

В тылу население информировали о возможном появлении немецких диверсантов. Сегодня к антишпионской пропаганде в СССР порой относятся с изрядной долей обоснованного скепсиса. Но в годы войны бдительность простых граждан спасала человеческие жизни, сохраняла мосты, склады боеприпасов и продовольствия.

Со многими из арестованных агентов Абакумов встречался лично, стараясь понять людей, вольно или невольно вставших на сторону врага. Допрашивал, выслушивал, убеждал перейти на сторону Красной армии. Доверял одним, а других перепроверял, а порой и запугивал. Беспощадная война, развязанная нацистами, диктовала свои методы. Абакумов не боялся смелых шагов. Агентов, явившихся с повинной, он освобождал от уголовного наказания. Многие ставили это решение ему в вину, но эффективность работы контрразведки возросла моментально.

С мая 1942 года по май 1943 года сотрудники особых отделов захватили 243 немецкие радиостанции. 80 из них в дальнейшем использовались для дезинформации противника. Именно эта работа позволила сделать все, чтобы контрудар под Сталинградом стал для немцев полной неожиданностью. Виктор Абакумов кропотливо собирал свое супероружие – организацию, которая победит немецкие спецслужбы. К 1943 году борьба с немецкими агентами вышла на новый уровень. Наконец-то исчезли путаница и хаос.

Люди Абакумова смогли проникнуть даже в немецкие разведшколы и оттуда сообщали о готовящихся забросках агентов. Советская контрразведка переходила от обороны к наступлению.

К этому времени относится и та деятельность Абакумова, которая до сего дня ставится ему в вину, – участие в депортации народов СССР.

Гражданская война и коллективизация, голод и репрессии вызывали у многих недовольство, а порой и ненависть к советской власти. После первых поражений Красной армии многие бойцы и гражданские лица переходили на сторону врага либо оказывали помощь немецким войскам.

С началом войны немцы начали колоссальную пропагандистскую кампанию по привлечению на свою сторону представителей отдельных народностей, проживающих в СССР. Так, для чеченцев выпускалась газета «Газават» под лозунгом «Аллах над нами, Гитлер с нами». Еще до вторжения немецких войск на Северный Кавказ здесь начались вооруженные стычки местных группировок с советскими органами власти. Они значительно усилились в 1942 году, когда германская армия начала наступление на Кавказ.

Опасаясь подобных выступлений в тылу, Государственный Комитет Обороны по инициативе НКВД принял решение о массовом переселении некоторых народов за Урал, в Сибирь и Казахстан. Так перед военной контрразведкой была поставлена не свойственная этой структуре задача.

С немцами сотрудничали представители разных национальностей. Среди них были русские, украинцы, белорусы, жители Кавказа и Средней Азии. Но по решению о депортации переселению подлежали не отдельные личности, а целые народы. По разным данным, в годы войны были переселены люди 61 национальности. Они не лишались избирательных прав, сохраняли членство в партии, звания и должности. Однако теряли личное имущество, жилье, право жить на родной земле, а порой и саму жизнь.

В апреле 1943 года было решено преобразовать Управление особых отделов. На совещании у Сталина встал вопрос, какое название дать новой структуре. Кто-то предложил назвать ее «Смерть немецко-фашистским шпионам, диверсантам и вредителям». На это Сталин заметил, что шпионы и диверсанты бывают не только немецкие, и предложил более короткое название «Смерть Шпионам». Так появился СМЕРШ.

Это название стало нарицательным – за рубежом так именовали всю советскую контрразведку, даже когда СМЕРШа уже не существовало. Организаций под таким названием было три. СМЕРШ при НКВД подчинялся Берии. СМЕРШ Наркомата военно-морского флота подчинялся командующему флотом Николаю Кузнецову.

Все силы и время Абакумова уходили на создание максимально эффективной службы. 35-летний начальник СМЕРШа к своим подчиненным был требователен до крайности, но его профессионализм, умение быстро вникать в тонкости дела, сосредоточенность и педантизм вызывали уважение у всех сотрудников. Случалось, что заслуженные генералы,