Дмитрий Суворов - Все против всех

Но самое потрясающее - следующее. Соколов сообщает, что отрядом командовал Родионов. При этом прилагаются такие подробности: кто-то помнил его в обличье жандарма, проверявшего документы на пограничной с Германией станции Вержболово:

граф И.Татищев (впоследствии убитый в Екатеринбурге), как выяснилось, встречался с Родионовым в Берлине (вернее, по словам камердинера Волкова, Родионов видел там Татищева); впоследствии генерал М.Дитерихс в своей книге "Убийство царской семьи и членов Дома Романовых на Урале" утверждал, что Родионов был в числе убийц главнокомандующего русской армией генерала Духонина. Все без исключения характеризуют Родионова как крайне жестокого человека (Кобылинский: "Хам, грубый зверь"; Мундель: "Наглый, в высшей степени нахальный человек"; Теглева: "Ему доставляло удовольствие мучить нас"). Но, повторяю, ни один человек не обнаружил его прибалтийского происхождения!

А самое главное - в книге Цвикке соколовский список отсутствует! Зато присутствует совсем другой. Дадим снова слово Яну Мартиновичу:

Список товарищей, работавших под моим руководством в Екатеринбурге:

1. Цельмс Я. (командир внутренней охраны дома Ипатьева); 2. Юровский Я. (комендант дома); З. Озолиньш Э. (заместитель Я.Цельмса); 4. Никулин Г. (заместитель Я.Юровского); 5. Цинитс П. (секретарь Я.Цвикке); 6. Кованов М. (казначей и шифровальщик); 7. Каякс Я. (взводный); 8. Сникер Я 9. Индиксон Я.

10. Ю.Круминьш К.

11 .Сирутс Э.

12. Пратниек К.

13 .Круминьш Н.

14. Рубенис Э.

Из этого списка видно, что, во-первых, в нем нет ни одной венгерской фамилии (что противоречит всем ранее известным публикациям - там, как помните, фигурирует Имре Надь); во-вторых, ничего не упоминается о людях из соколовского списка - а ведь, по утверждению Цвикке, он возглавлял отряд от эвакуации из Тобольска до кровавой ночи 16-17 июля. Опять концы с концами не сходятся... А вот что вполне определенно, так это то, что Юровский - в подчинении даже не непосредственно у Цвикке, а у Цельмса. Кстати, по свидетельству С.Ильичевой, в архиве Цвикке было найдено письменное свидетельство Цельмса, датированное 1938 годом: "В июле 1918 года часть отряда, руководимая Я. Цвикке, выполнила боевое задание по ликвидации Николая Романова, его семьи и свиты".

Запомним эти слова: "боевое задание". А пока стоит отметить, что при такой раскладке Ян Мартинович безусловно участвовал в расстреле - он просто не мог не участвовать...

Есть ли этому свидетельства? Да, только косвенные. Шифровальщик М.Кованов в своих архивных записках сообщает: "В ночь на 17 июля в Дом Ипатьева прибыли два члена ЧК - Ермаков и другой, неизвестный". Кто этот неизвестный? При той раскладке, которую мы имеем, учитывая эти новые данные, это несомненно, Цвикке.

Опять в дымовой завесе сверхсекретности...

Но и это еще не все. В книге "Ясные дали великого пути" есть такой пассаж: "Мы привезли трупы к яме и побросали их туда. Наутро приехал председатель Уралсовета А.Белобородов и ахнул: тела лежат голые у всех на виду! Люди из моего отряда и рабочие Ермакова разожгли два костра, взяли бензин, кислоту, все сожгли - даже трупы собак туда кидали, там все перемешалось".

Читатель, не сочти за труд, перечитай любую, наугад, книгу о тех кошмарных днях, и ты увидишь, что Я.Цвикке противоречит в каждой детали этого жуткого рассказа всем без исключения авторам. Что это, как же понимать? Или у Яна Мартиновича на старости лет "крыша поехала"? Или все прочие лгали - тогда почему? А может, сам Цвикке подпускает нам дезу? Еще одна загадка, еще одна головная боль для историков...

Но самое оглушительное я приберегаю под конец. Помните слова Я.Цельмса: "боевое задание"? Помните, что я писал в начале этой статьи о сверхсекретном и сверхцентрализованном характере всей миссии Цвикке? Пора наконец назвать имена тех, кто дергает все ниточки. Ян Мартинович, еще раз вам слово:

"Ленин устроил совещание с товарищами Дзержинским, Лацисом, Петерсом. Решено было перевести царскую семью в Екатеринбург".

Вот оно! Вот кто правит бал всей операции! Спецслужба! Этим объясняется все: и сверхсекретность, и необычайно широкие полномочия Я.Цвикке, и подчинение ему партийных "фюреров" Перми, Екатеринбурга и Тобольска, и явная подсадная утка миссии В.Яковлева (который метался на транссибирской магистрали, рисковал жизнью, играл ва-банк - и не знал, что он - шестерка, а наверху все схвачено и игру ведет совсем другой кукловод).

В пользу этой версии говорит как раз тот факт, что никогда, ни в одной публикации не фигурировало имя Феликса Эдмундовича по отношению к екатеринбургской (и пермской) трагедии. Удавалось засветить даже Ленина, не говоря уже о Свердлове, он вообще в этой истории мальчик для битья, но Дзержинский всегда оставался в тени. Так и должно быть в уважающей себя спецслужбе: что за тайная полиция, если ее действия перестают быть тайной? Да еще в деле ликвидации императорской семьи - страшно даже выговрить:

Цвикке сообщает и еще одну любопытную деталь! "Книжка Лермонтова "Демон" служила между мной и Лениным для обмена шифрованными посланиями и соответственными донесениями Ильичу". Лихо: Э.Радзинский пишет о шифровке, которую Ф.Голощекин получил от Берзина перед акцией 16 -17 июля. Шифровке, где было "добро" на ликвидацию. А Цвикке, выходит, имел параллельную связь с гораздо более высокой инстанцией. Что это? Если не вранье, значит, еще одно запутывание следов. Снова тень спецслужбы.

И наконец - самое сногсшибательное. С.Ильичева рассказывает, что Цвикке показал ей бумагу на имя Родионова (то есть его самого) на предмет выдачи отряду особого назначения крупной суммы денег. В бумаге было написано следующее: "Петр выдать.

Член Ревоенсовета" и подпись. Две грамматические ошибки великого человека, комментирует Цвикке (попущена запятая после "Петр" и одна буква в слове "Реввоенсовет"). Дело в том, что подпись на документе - И.Сталин. Вот кто неграмотный:

Не знаю, как вам кажется, но, на мой взгляд, это - сенсация. И не только потому, что это собственноручно, самим Сталиным письменно засвидетельствованное, пускай косвенное, участие будущего супердиктатора в истории самого таинственного преступления XX века. Тут открытие похлеще. Ведь все историки всегда сходились на том, что Сталин резко пошел "в гору", к вершинам власти в конце 1919 года, после того как отошел в лучший мир Я.Свердлов и Ленину потребовалась новая "тень", новый беспрекословный исполнитель (он и решил, что нашел его в лице Кобы - надо же было Ильичу так опростоволоситься!). Но сталинская расписка с двумя ошибками неопровержимо свидетельствует: уже весной 1918 года (заседание Ленина с Дзержинским и его присными было 28 апреля) Иосиф Виссарионович имел доступ к стратегическим тайнам ВКП(б) и ЧК - то есть к высшим сферам власти. Причем эта посвященность в святая святых явно непропорциональна его скромной должности члена Реввоенсовета.

И еще: Цвикке пишет: "2 июля в Уфе председатель высшей военной инспекции Подвойский (тот самый, что был военным руководителем октябрьского переворота. - Д.С.), вручил мне удостоверение следующего содержания: Цвикке Я.М.

уполномочивается собрать точные данные по продовольственному вопросу и организации Красной Армии. Всем Совдепам оказывать ему всяческое содействие.

Приказом командующего Урало-Сибирским фронтом (то есть Р.Берзина. Д.С.) мне был разрешен пропуск в любое время в Екатеринбург и его окрестности".

Вот теперь, кажется, все ясно. Схема вырисовалась: Ленин - Дзержинский и ЧК - Подвойский (и военная инспекция) - Цвикке (и его спецназ) екатеринбургская ЧК.

А все остальные - Свердлов, Берзин, члены Уралсовета, Яковлев - это все прикрытие. Причем не факт, что все члены этой группы прикрытия были осведомлены о своей истинной роли. В отношении Яковлева у меня лично возникают весьма серьезные сомнения.

И вот сейчас стоит возвратиться к началу статьи и вспомнить о сетованиях Яна Мартиновича насчет неблагодарности Советской власти по отношению к нему. И насчет того, выжил он из ума или нет.

По-моему, если выжил, то только тогда, когда заговорил на данную тему. Дело в том, что он, а также Ермаков и руководитель уральской ЧК Лукьянов единственные из всех участников операции "Ипатьевский дом", которые умерли в своей постели.

Вспомним: Хохряков и Толмачев погибли на гражданской войне. П.Войков (Пинхус Вайнер) был убит белогвардейцем Б.Ковердой в Варшаве (как сказал Коверда, "это месть за Екатеринбург"). Этим, как ни парадоксально, повезло - их всегда считали героями. А Белобородов, Голощекин, Сафаров, Дидковский, Яковлев, Берзин - все "загнулись" в 1937 году или чуть позже. Все - у стенки или в ГУЛАГе. Юровского оставили умирать самого (у него была жуткая, мучительная язва желудка), но смею предположить - учитывая судьбу его дочери Риммы, отсидевшей двадцать лет, - что, если бы не это медицинское обстоятельство, его бы тоже забрали. Белобородова, впрочем, замели, несмотря на запущенный рак горла - он практически не мог есть; так не дали помереть самому: пытали и расстреляли.