Борис Грибанов - Банда Тито – Орудие Американо-английских поджигателей войны

Процесс над венгерским изменником Ласлом Райком, происходивший в Будапеште в сентябре 1949 г., показал, что разведки многих европейских стран специально засылали в ряды интернациональной бригады своих шпионов и провокаторов для сбора сведений о коммунистах и для ведения там подрывной работы. Одним из таких полицейских провокаторов, посланных в Испанию венгерской тайной полицией, был Ласло Райк. В Испании Райк был разоблачён как провокатор, дезертировал из республиканской армии и оказался в концентрационных лагерях во Франции, где в это время в тесном контакте работали американская разведка и гестапо, занимаясь вербовкой шпионов.

В 1941 г. в концлагере Райка посетил американец Ноель X. Филд, выступавший в роли представителя благотворительной комиссии унитарной церкви, а в действительности являвшийся ближайшим помощником Аллена Даллеса, руководителя американской разведки («ОСС») в Европе. Специальностью Ноеля Филда была вербовка шпионов и засылка их в коммунистические партии восточноевропейских стран. Он сообщил Райку, что по особому указанию своего начальства хочет помочь ему вернуться в Венгрию. Через некоторое время в лагерь явилась немецкая делегация, руководитель которой, майор гестапо, вызвал Райка и сообщил ему, что посылает его на «работу» в Венгрию.

Но главным козырем американской и английской разведок оказались провокаторы, бывшие на службе у полицейской охранки Югославии и завербованные гестапо одновременно с Райком во французских концлагерях.

На будапештском процессе Райк показал, что в этих концлагерях он установил тесные связи с югославскими агентами иностранных разведок, которые, как, например, Беблер, Коста Надь, Гошняк, Масларич, Мразович и другие, подобно Райку занимались шпионской, провокационной деятельностью в Испании.

Гитлеровская разведка завербовала, по словам Райка, около 150 югославских троцкистов и переправила их через Германию в Югославию для организации там подрывной работы внутри югославской компартии и народно-освободительного движения.

«Я точно не знаю, – показывал на процессе Райк, – как относились эти югославы к тогдашнему югославскому правительству. С точки зрения гестапо, это были вполне надёжные люди».

Эти агенты гестапо, присланные из французских концлагерей в Югославию для шпионской «работы», пробрались к руководству народно-освободительной борьбой югославских народов и составили основную часть непосредственного окружения Тито. Они систематически оттесняли от руководства югославской коммунистической партией и народно-освободительной армией честных, преданных народу людей из югославских партизан.

Провокаторы и шпионы, засланные в ряды югославской компартии, нашли своего главаря в лице агента иностранных разведок Тито. Весьма информированный по вопросам югославской эмиграции и подполья, швейцарский журнал «Зи унд эр» сообщал о давних связях Тито с фашистской организацией усташей, которая поставляла убийц и провокаторов гитлеровской секретной службе. «Примерно в 1930 г., – писал журнал, – он (Тито – Б.Г.) прошёл курс обучения на сборах, организованных для усташей в Мюнхене и Удино…» На этих «сборах» гитлеровцы обучали своих наёмников технике шпионажа, убийств и диверсий.

На софийском процессе по делу Трайчо Костова выяснилось, что Тито, ещё в тот период, когда он находился в эмиграции, был тесно связан с разоблачёнными впоследствии агентами иностранных разведок Бела Куном и Максимилианом Валецким. Они помогли Тито попасть на политическую работу в Югославию и пробраться на руководящий пост в югославской компартии.

О шпионской деятельности Тито была, например, хорошо информирована охранка фашистской Болгарии. В опубликованном болгарской газетой «Работническо дело» секретном донесении фашистского генерала Николова, находившегося во время войны в Белграде, начальнику генштаба болгарской армии сообщалось о троцкистском прошлом Тито. Известно также, что Тито с 1936 г. работал по заданиям английской разведки «Интеллидженс сервис».

Правая рука Тито, его главный помощник, Ранкович по крайней мере с 1935 г. был агентом югославской королевской тайной полиции и ещё до войны специализировался на выдаче полиции коммунистов.

Таким образом, народно-освободительное движение в Югославии с самого начала оказалось в руках банды полицейских провокаторов и агентов империалистических разведок.

Разоблачительные выступления генерал-майора югославской армии Попивода и других революционных югославских эмигрантов, а также статьи испанского республиканского генерала Антонио Кордоны, опубликованные в сентябре – ноябре 1949 г. в Чехословакии, в которых он анализирует ход военных действий в Югославии, разоблачили предательскую деятельность клики Тито, Ранковича, Карделя, Джиласа и других изменников югославского народа в годы войны. Из ряда опубликованных фактов становится ясно, что в течение всей борьбы югославских народов против немецких и итальянских оккупантов титовская клика действовала по заданиям иностранных разведок ~ гитлеровской и англо-американской, которые ставили перед ней одни и те же цели, заключавшиеся в ослаблении революционных сил в Югославии и истреблении лучших сынов югославских народов, в первую очередь коммунистов-интернационалистов, и в стремлении обеспечить закабаление Югославии империалистами.

В первый период войны эта шайка провокаторов была на службе у гестапо. Факты говорят о том, что главные члены титовской банды, занимавшие уже тогда руководящие посты в коммунистической партии Югославии и в партизанском движении, были тесно связаны с гестапо и итальянской тайной полицией – ОВРА и находились под их покровительством.

Летом 1941 г. Тито, которого не могли не знать гитлеровская разведка и югославская полиция, можно было видеть свободно разгуливавшим по Белграду и бывавшим в различных кафе в центре города. Впоследствии титовские холуи изображали это как «храбрость». Ещё более «фантастическая» история произошла с нынешним министром внутренних дел титовской Югославии Ранковичем – главным палачом югославских народов. В 1941 г. Ранкович, который был известен белградской полиции как один из членов Политбюро ЦК КПЮ, вместе с группой партизан попал в руки гестапо. В то время, когда достаточно было быть заподозренным хотя бы в симпатиях к компартии и к народно–освободительному движению, чтобы быть тут же расстрелянным или повешенным, в отношении Ранковича, который попал в тюрьму, гестапо проявило необычайную «заботливость». На следующий же день Ранкович был переведён в больницу, и вскоре фашисты инсценировали его побег, чтобы не скомпрометировать его в глазах коммунистов.

Титовский агент, член ЦК КПЮ Вукманович, по кличке Темпо, в течение нескольких лет беспрепятственно разъезжал по оккупированной территории. Он организовывал провалы подпольных коммунистических групп, убийства руководителей коммунистических организаций и нападения оккупантов на партизанские отряды. В начале 1942 г. Вукманович выдал полиции крупную коммунистическую организацию в Сараево. В Загребе он выдал гестаповцам члена ЦК КП Сербии Мирко Томича. В Призрене Вукманович организовал убийство руководителя местной организации компартии Бориса Вукмировича.

Другой член титовской шайки, Благое Нешкович, в годы фашистской оккупации находился в Белграде и поддерживал тесную связь с предателем сербского народа Миланом Недичем. Когда Недич как военный преступник был выдан югославским властям, он имел неосторожность напомнить о своих связях с Нешковичем. Опасаясь на суде разоблачения, титовские агенты убрали Недича до суда, инсценировав самоубийство, – он был выброшен из окна.

Агенты гитлеровской шпионской службы, пробравшиеся к руководству югославской компартией и партизанским движением, систематически дезорганизовывали народно-освободительное движение, бросали лучшие партизанские части под удары превосходящих сил противника, обрекая их на верную гибель. Примером подобной предательской тактики титовской банды является история подавления восстания в Черногории летом 1941 г,, разоблачённая активным участником партизанского движения и руководителем ряда частей народной армии югославским генералом Перо Попивода.

Героическая борьба советского народа против фашистских агрессоров вызвала развёртывание партизанской войны в Югославии. В июле 1941 г. в Черногории вспыхнуло восстание, партизаны сумели в короткое время очистить от оккупантов почти всю Черногорию, кроме трёх городов – Цетиньи, Подгорицы и Никшича, которые были блокированы партизанскими частями. Успешная борьба против оккупантов продолжалась до конца лета 1941 г., когда в Черногорию прибыли в качестве делегатов ЦК КПЮ титовские сообщники Милован Джилас и Моша Пьяде. Они потребовали прекращения вооружённой борьбы против оккупантов и различными провокационными манёврами постарались деморализовать партизан, посеять вражду и недоверие к партизанам со стороны населения.