Лариса Чернова - Под сенью Святого Павла: деловой мир Лондона XIV — XVI вв.

Как замечает М.М. Яброва, подготовившая публикацию на русском языке значительной части данного источника, эти письма весьма неординарны как по содержанию, так и по их количеству — 247 писем{71}. Их тщательный анализ может дать представление не только об основных направлениях торговли, ее объеме, финансовых операциях, внешних связях семейного объединения, но и позволяет выявить особенности повседневной жизни, внутрисемейных и дружеских отношений{72}.

Анализ семейной переписки Сели позволяет предположить, что начало складывания такого вида источников, как частная переписка, в Англии может быть отнесено к XV в. В письмах семейной компании Сели есть ряд черт, благодаря которым их можно отнести к данному виду источников, но присутствует и ряд особенностей, характерных, скорее, для официальных документов[5].

Специфика эпистолярного наследия Сели позволяет предложить следующий подход к этим источникам. Переписка семейного объединения купцов Сели может рассматриваться как своего рода автопортрет элитарного купечества. Как уже было сказано выше, в своих письмах Сели и их корреспонденты сообщали друг другу лишь ту информацию, те сведения и оценки, которые они сами были готовы обнародовать. Мы имеем дело с дошедшим до нас в текстовом выражении представлением социальной группы о самой себе и современном ей обществе.

Еще одним очень интересным и содержательным нарративным источником являются опубликованные в 1962 г. Дж. Рэмси деловые книги лондонского купца Джона Ишема{73}. Они предоставляют возможность охарактеризовать структуру и специфику торговли купцов елизаветинской эпохи, входивших в состав компании купцов-авантюристов. Первая книга охватывает период с января 1558 г. до июля 1571 г.{74}; вторая — с июля 1571 г. до мая 1580 г.{75} В качестве «Приложений» здесь помещены «Опись имущества Грегори Ишема, 1558 г.»{76} и «Жизнеописание Джона Ишема»{77}, составленное либо непосредственно его сыном Томасом, либо по распоряжению последнего. Обе книги написаны на английском языке XVI — начала XVII в. с вкраплением французских и латинских слов.

Для воссоздания политических событий общенационального масштаба, к которым непосредственное отношение имели деловые люди, среди которых — олдермены, был привлечен ряд наиболее известных лондонских хроник, содержащих материалы, относящиеся к XIV–XV вв.{78} Эти источники предоставляют обширный, прежде всего, фактический материал, позволяющий воссоздать реалии социально-политической жизни Лондона, участниками которых были интересующие нас персонажи. Эти сведения важны как для воссоздания событий, имевших место непосредственно в столице, где позиции олдерменов, их политические симпатии проявлялись особо выпукло и наглядно, так и для характеристики взаимоотношений представителей правящей элиты Лондона и королевской власти на разных этапах политической истории Англии. Исключительно ценным является то, что хроники «оживляют» историю, наполняя ее персоналиями, помогают приблизить эпоху, отделенную от нас несколькими веками. В результате многие купцы-олдермены, имена которых упоминаются в хрониках, воспринимаются не только как абстрактные представители правящей верхушки, но и как реально действующие люди, со своими интересами, симпатиями и страстями, что помогает лучше понять мотивацию тех или иных их поступков.

Разнообразный материал, включающий королевские распоряжения по самым разным вопросам, в том числе, касающимся городов и горожан, фрагменты городских хартий, обычаев и постановлений муниципалитетов, хроник, преимущественно общеанглийских, находится в многотомном издании «Английских исторических документов»{79}, а также в публикации «Документов, иллюстрирующих историю цивилизации средневековой Англии»{80}.

Для воссоздания социально-хозяйственного облика средневекового Лондона были привлечены его «Описания», относящиеся к XII, XV–XVI вв.{81}

Каждый из используемых нами источников представляет ценность сам по себе, но значительно важнее, что они дополняют друг друга и дают возможность для комплексного исследования. Весь круг источников охватывает довольно длительный период — XIV–XVI вв., что позволяет исследовать общность деловых людей Лондона не только в статике, что, безусловно, важно, но и в динамике, определяя основные тенденции в ее эволюции на протяжении трех столетий.

Глава I.

Лондон: от римского муниципия к городу раннего Нового времени

Крупнейший город современной Англии — Лондон — имеет длительную историю, насчитывающую около 2000 лет. И чем глубже хронологически залегает исторический пласт, тем сложнее его изучать по причине полного или почти полного отсутствия письменных источников. В такой ситуации неоспоримо важное значение приобретает использование историками и археологами уже на протяжении десятилетий археологических методов. В рамках так называемой «городской археологии» история поселения восстанавливается буквально по крупицам археологических сведений, полученных благодаря новым наработкам в методах исследования. В 1946–1962 гг. Совет по раскопкам римского и средневекового периодов в Лондоне проводил первые столь продолжительные обследования в английской столице. Наибольший интерес представляли остатки римских зданий, но обращалось внимание и на находки более поздних эпох. Практически одновременно, в 50-е гг. XX в., началось изучение средневековой городской топографии, продолжающееся и сегодня. Археология существенно повлияла на изучение городов, наполнив конкретным содержанием их раннюю историю (до 1100 г.) и во многом изменив её восприятие{82}.

Принято считать, что Лондон был основан в 43 г. н.э., во время вторжения в Британию римлян во главе с императором Клавдием. Ранний Лондиниум занимал очень маленькую площадь: в XIX в. археологами было установлено, что длина города с востока на запад составляла около 1,6 км, а с севера на юг около 0,8 км{83}. Но, скорее всего, город возник за много лет до отмеченного события. Его истоки обнаруживаются в глубине юго-восточного побережья Англии, на двух холмах высотой примерно 15 м, с плоской вершиной из гравия. Они располагались между тремя небольшими южными притоками Темзы — Флитом, Уолбруком и Хаундздичем. Исходя из материалов археологических раскопок[6], можно предположить, что на месте нынешнего города существовали, скорее всего, кельтские поселения. Остатки кельтских свайных построек, найденные археологами в устье притока реки Флит, свидетельствуют о том, что это удобное возвышенное место среди болот на берегу большой реки очень рано привлекло первых поселенцев[7]. Весьма вероятно, что будущий Лондон имел древнекельтское происхождение, а Лондиниум — это лишь видоизмененное на римский лад название “Llyn Din”, которое можно перевести с кельтского приблизительно как «укрепление», «озерная крепость»{84}.[8]

В 55 г. до н.э. Юлий Цезарь высадился в Кенте во главе 10-тыс. войска, однако, после встречи с местными жителями римскому флоту пришлось отступить в Галлию. В следующем году римляне вернулись с более многочисленной армией — около 25 тыс. — и продвинулись вглубь острова, к северу от Темзы. Вожди бриттов покорились и дали согласие выплачивать Риму ежегодную дань. Весной 43 г. н.э. римская армия вновь появилась в Кенте и начала завоевание острова. Легионеры высадились в Ричбороу, на восточном побережье Кента; главной их резиденцией стал Колчестер, в восточной части будущего Эссекса. Между этими пунктами находилась естественная преграда — устье Темзы, где римлянами был выстроен мост, вошедший в историю как Лондонский мост.

Колчестер и другие гавани на побережье оказались удобными плацдармами для захвата низин, но нужны были и другие опорные пункты, позволявшие контролировать внутренние территории и главные реки. Новая провинция должна была иметь столицу: всем требованиям удовлетворяло лишь одно место на берегу Темзы — у крайней границы прилива и морской навигации.

Римляне создали Лондиниум по образу и подобию своих городов[9]. Они начали с того, что построили крепость, рядом с которой возник жилой квартал: уже в 50-е гг. н.э. появилось довольно много деревянных домов, которые вскоре были заменены на каменные. С 90 по 130 гг. здесь проводились крупные общественные работы по строительству форта (который служил, скорее, казармой, чем крепостью, и располагался на пяти гектарах к северо-западу от древней городской зоны) и крепостных стен: камень для них доставляли на баржах из Кента. Поблизости возвели амфитеатр (обнаруженный только в 1988 г.{85}), а также базилику длиной 160 м; на берегу реки построили дворец и несколько общественных бань (при широком распространении частных). На обоих берегах Темзы появились набережные и гавани{86}. С. Инвуд, говоря о римском Лондоне, характеризует этот период как «жизнь в богатстве», подчеркивая обилие каменных домов с крытыми черепицей крышами, мозаичными полами, множеством разнообразной домашней утвари и ювелирных украшений{87}.