Дэвид Рол - Генезис цивилизации. Откуда мы произошли...

«Брат мой [Энки], что мучает тебя? Ребро мое мучает меня. Ради тебя я [Нинхурсаг] сотворила (породила) богиню Нинти [ «Госпожу Ребра»]».

Интересно, что слово, означающее «ребро» и звучащее по-шумерски как ti (ти), одновременно является и глаголом со значением «дарить жизнь». Таким образом, древнешумерский автор этого мифа прибегает к игре слов, ибо «Госпожа Ребра» означает в то же время и «Госпожа, дарующая жизнь» (Нинти). А Нинти, как мы помним, — та самая богиня, которая сумела возвратить Энки к жизни после того, как тот был совсем близок к смерти.

Прославленный символ иудаизма — знаменитый седмисвещник менора. Вверху — оттиск хранящейся в Британском музее «Печати Адама и Евы» или «Печати искушения» с изображением древа познания добра и зла, также с семью ветвями

Когда Крамер впервые перевел этот древний текст шумерского мифа о рае, он сразу же увидел в этом пассаже объяснение странной библейской истории о ребре Адама. Кодификатор (или, возможно, позднейший редактор) Книги Бытия, адаптируя этот миф, чтобы включить некоторые его элементы в библейский рассказ, несомненно, не знал того весьма важного факта, что шумерская версия включает в себя игру слов, и просто перевел ти как «ребро». Так Ева оказалась сотворенной из ребра, но поскольку еврейские слова тсала («ребро») и хайа («дарить жизнь») отнюдь не созвучны, игра слов, присутствовавшая в оригинале, оказалась утраченной. Все, что осталось от этого утраченного значения — это эпитет «Матерь всех живущих», являвшийся у шумеров главным атрибутом великой богини-матери Нинхурсаг (известной также под именами Нинти и Мами), включавшим в себя и эпитет «Матерь всех потомков» (шумерск. Ана-думу-думу-энэ). В таком случае получается, что Ева могла начать свое шествие по литературам народов мира в качестве богини, но затем, учитывая строгий монотеистический пафос израильской религии, обрела человеческий облик, став смертной женщиной. И хотя ей был возвращен титул «Матери всех живущих», ее реальный статус был сведен до роли супруги первого человека, созданного богом-творцом из глины. Возможна и другая версия. Смертная женщина Ева могла послужить источником вдохновения для возникновения и развития культа почитания богини-матери Древней Месопотамии.

********************************************************************************************* ВЫВОД ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ---------------- Благодаря эпитету «Матерь всех живущих» образ Евы тесно связан с шумерской верховной богиней Нинхурсаг. *********************************************************************************************

Глава седьмая

ПОСЛЕ «ЗОЛОТОГО ВЕКА»

«Хуш родил также Нимрода: сей начал быть силен на земле. Он был сильный зверолов пред Господом…».

Бытие 10:8–9

А теперь нам самое время сосредоточить внимание на после-Потопной эпохе — эпохе сынов и ближайших потомков Ноя.

Сильный зверолов

В июне 1995 г. я получил приглашение в Южную Германию на презентацию целой серии статей на ежегодной конференции «Ворт унд Виссен». «Ворт унд Виссен» (нем. «Слово и знание») — это группа евангельских христиан. Как читатель, видимо, понимает, меня не слишком часто приглашали выступить с докладом о моих исследованиях перед аудиторией христианской организации. Вообще с этим у меня не было никаких особых проблем, поскольку все то, что я мог и хотел бы сообщить о библейской истории с точки зрения Новой Хронологии, доступно всем и каждому. В этом отношении я считаю себя всего лишь посланником. Изложение той исторической реальности, которая составляет, так сказать, хребет и стержень Библии, доступно для всех, кто сочтет уместным использовать ее. Таким образом, данная историческая реальность представляет большой интерес для всех верующих христиан, иудеев и мусульман, а также для тех, кто увлекается далеким прошлым человечества просто ради любви к истории.

Конференция «Ворт унд Виссен» проходила в живописном гористом уголке Баварии неподалеку от Штутгарта. Мне впервые довелось выступить с докладом о моих открытиях и гипотезах перед немецкой аудиторией, и, как и на подобных же выступлениях в Великобритании, первой реакцией слушателей было изумление и взволнованное возбуждение. Наконец кто-то из присутствующих робко заметил, что предания Ветхого Завета — это не просто свод народных фольклорных преданий, возникших на абсолютно внеисторической основе, а, как всегда полагали ученые, подлинная история еврейского/израильского народа.

Вскоре после того, как я закончил свою последнюю лекцию, над вершиной, на которой собрались участники конференции, разразилась буря с градом поистине библейских масштабов. Градины величиной с мячик для гольфа обрушились на террасный склон, на котором находился лекционный зал. За какие-то считаные минуты градины покрыли всю землю вокруг слоем толщиной не менее 10 см. Неистовство бури было поистине неописуемым, а гром — просто оглушительным. Ничего подобного мне не доводилось видывать и в самые суровые зимы, а тут ведь была самая середина долгого и по-баварски жаркого лета.

Библейская история, на которой я остановился поподробнее, изложена в основном на обычном человеческом, если не сказать бытовом, уровне, и объяснялась также в рамках привычной человеческой деятельности. Я намеренно опускаю элементы чудесного, содержащиеся в повествовании Ветхого Завета, поскольку сознаю, что не обладаю достаточной эрудицией, чтобы говорить о вещах подобного рода на академическом или философском уровне. Итак, подобные предметы не играют никакой роли в моей истории древнего мира, поскольку я не могу дать им никакого рационального объяснения, кроме обращения к «вере» читателя.

Однако это маленькое «чудо», случившееся в горах Южной Германии, оказалось весьма знаменательным, напомнив мне о том, что силы природы являются поистине непостижимыми, и мощь их кажется невероятной для тех, кто лично не испытал ее на себе. Почему же историки, зная о климатических чудесах природы, тем не менее убеждены, что 5000 лет назад в самом центре Месопотамии не было и не могло быть катастрофического наводнения? Однако это наиболее динамичное из чудес могло быть вполне реальным для тех, кто столкнулся с ним и выжил, чтобы сложить предание о нем. В таком предании масштабы катастрофы, для пущего драматического эффекта, в устной традиции могли быть резко преувеличены, однако нет никакого сомнения в том, что, по свидетельству множества независимых источников, это было событие, оставившее глубокую память о себе в культурных традициях многих народов Древнего Ближнего Востока.

А теперь давайте вернемся к тем, кто сумел пережить это грандиозное наводнение, чтобы поведать людям правду о том, что же случилось на самом деле, и донести ее до того времени, когда шумеры начали собирать и записывать отрывочные сведения о Великом Потопе.

Я упомянул о поездке на конференцию в Германию ради того, чтобы представить читателям еще одного ученого-нетрадиционала, внесшего заметный вклад в создание этой книги. В качестве символического знака признательности за выступление с лекциями по Новой Хронологии перед его группой председатель «Ворт унд Виссен» преподнес мне в подарок книгу Вернера Папке, озаглавленную «Die geheime Botschaft des Gilgamesh»[160]. Как оказалось, это было дополненное переиздание предыдущей книги того же автора, озаглавленной «Die Sterne von Babylon»[161]. Меня нисколько не удивляет, что читатель никогда не слышал имени такого немецкого ученого. Нетрудно заметить и в определенной мере эзотерическую природу его исследований. Как указывают сами названия его книг (а это, напомним, «Тайное послание Гильгамеша» и «Звезды Вавилона»), это весьма впечатляющее исследование вращается вокруг проблемы отождествления шумерских героев и богов с… небесными созведиями. Эпические легенды Шумерии переносятся в звездные сферы, несмотря на то что в их основе могут лежать реальные исторические события. Такой перенос поступков людей в сферу небесных светил весьма характерен для теологии древних. Люди становятся богами и превращаются в бессмертные звезды. Это в равной мере относится к религиозным верованиям как древних египтян, так и вавилонян.

В процессе изложения своей гипотезы Папке, как и Уолкер, выдвигает весьма интригующие возможности отождествления этих персонажей, которые повлияли даже на мое весьма и весьма «приземленное» исследование. В частности, он высказывает два предположения, которые хорошо вписываются в исторические и археологические рамки нашего исследования о героях Книги Бытия.