Виктор Анфилов - Начало Великой Отечественной войны

Не всегда осуществлялось и массирование авиации для завоевания господства в воздухе и поддержки наземных войск. В связи с тем что в первый день войны противник уничтожил на аэродромах много наших истребителей, особенно новых конструкций, бомбардировщики часто были вынуждены летать на выполнение боевых заданий без прикрытия истребителей. В результате этого бомбардировочная авиация действовала, как правило, рассредоточено и несла большие потери.

В то время как в Советской Армии слабо организовывалось взаимодействие между пехотными, танковыми и авиационными соединениями, противник наносил мощные удары, как правило, при поддержке крупных сил авиации. Это обеспечивало врагу прорыв обороны советских войск и развитие наступления на большую глубину.

Незавершенность инженерного оборудования театра военных действий также, конечно, отрицательно отразилась на ведении, обороны Советскими Вооруженными Силами. Особенно неблагоприятно сказалось отсутствие заблаговременно подготовленных в инженерном отношении оборонительных рубежей в оперативной глубине вдоль водных преград, которые могли стать серьезным препятствием на пути вражеских войск. Однако следует подчеркнуть и то обстоятельство, что если бы построенные к началу войны в приграничной зоне укрепленные районы и полевые оборонительные рубежи были своевременно заняты войсками, то, даже при условии незавершенности их оборудования, они могли сыграть важную роль в срыве вражеского наступления. Это подтверждало и немецко-фашистское командование. Оно неоднократно указывало, что советские укрепления преодолевались ими сравнительно легко. Только потому, что они не были заняты войсками. Там же, где в укреплениях располагались войска, они становились, по признаниям гитлеровцев, трудно преодолимыми.

Стремясь прикрыть всю назначенную полосу обороны, командующие армиями и командиры соединений и частей, как правило, организовывали оборону на широком фронте. Стрелковые дивизии оборонялись в полосах шириной от 20 до 50 км. При значительном недостатке сил и средств это приводило к тому, что оборона была неглубокой, неустойчивой в противотанковом, противоартиллерийском и противовоздушном отношениях. Слабым местом нашей обороны в целом являлась противотанковая оборона. Из-за недостаточного количества противотанковой артиллерии не удавалось создавать глубину противотанковой обороны. По этой же причине в частях и соединениях, как правило, не выделялись артиллерийско-противотанковые резервы. Неустойчивость обороны в противотанковом отношении обусловливалась также недостаточным применением минно-взрывных средств для устройства заграждений. Так как инженерные части были застигнуты врасплох на границе и понесли большие потери, в начале войны они всесторонне обеспечивать войска в инженерном отношении оказались не в состоянии.

Оперативное построение и боевые порядки войск в обороне были, как правило, одноэшелонными. В резерв командарма выделялись 1–2 дивизии, а командующего фронтом — 1–2 корпуса. Располагаясь вдоль фронта равномерно, войска нередко организовывали линейную оборону. Стыки и фланги обеспечивались слабо, местность в инженерном отношении оборудовалась недостаточно. Те участки фронта, на которых удавалось создать устойчивую оборону, как правило, обходились противником. Имея большое количество автомашин и бронетранспортеров, вражеские войска маневрировали вдоль фронта. Встретив упорное сопротивление, противник начинал искать слабое место в обороне советских войск, каким обычно являлись стыки и фланги. Перебросив туда главные силы, вражеские группировки вновь продолжали стремительно продвигаться вперед. Перегруппироваться на новое направление в короткие сроки и остановить наступление противника советские войска не могли, так как не располагали необходимым количеством транспортных средств. Недостаточная моторизация не позволяла нашим войскам маневрировать, своевременно выходить в нужные районы и вести упорную борьбу с врагом.

Отход войск с одного оборонительного рубежа на другой, как правило, вынуждался обстановкой и осуществлялся под сильным огневым воздействием артиллерии, танков и авиации. Заблаговременная подготовка рубежей и организация устойчивой обороны в армейском и войсковом тылу осуществлялись редко. Вследствие этого наши части в случае вынужденного отхода оказывались не в состоянии быстро закрепиться на новом рубеже и остановить наступление немецких танковых соединений.

И все же, несмотря на тяжелые условия боевых действий, советские воины вели активную оборону, характерными особенностями которой были контратаки и контрудары. Активные действия позволяли войскам наносить большие потери врагу, рассредоточивать усилия его ударных группировок и выигрывать минимально необходимое время для подготовки обороны в оперативной глубине. Правда, контрудары и контратаки не всегда давали желаемый результат. Это происходило вследствие того, что командующие объединений и командиры соединений, не имея опыта в ведении боевых действий, иногда допускали существенные недостатки при организации и осуществлении их. Были случаи, когда соединения и части, входившие в состав ударных группировок, своевременно не выходили в указанные районы. Вследствие этого удары наносились слабыми силами, вводимыми в сражение (бой) по частям. Нередко ударные группировки наступали в широких полосах, распыляя силы и средства по всему фронту; удары наносились не под основание вклинившихся вражеских войск, а в «острие клина» — по не расстроенной и не подавленной огнем группировке противника. При продвижении вперед войска слабо закрепляли достигнутые успехи, в результате чего противник повторным наступлением отбрасывал наши части на исходные рубежи.

Многие недостатки как в принятии решений на оборону и наступление, так и в организации боевых действий обусловливались недостаточным знанием положения войск противника и его намерений. Разведка, как наземная, так и воздушная, велась нецелеустремленно. Штабы редко ставили задачи войскам на ведение разведки в бою. Даже полученные разведывательные данные иногда оставались неиспользованными, так как низшие штабы не сообщали их высшим, а последние не могли сделать на основе их должные выводы и проинформировать другие низшие штабы и соседей. В результате этого редкими были случаи, когда командир принимал решение, имея более или менее точные данные о противнике.

В ходе оборонительных операций большую роль играли резервы. Своевременно сосредоточенные и развернутые на угрожаемых направлениях, они позволяли советскому командованию влиять на ход боевых действий, изменять обстановку в свою пользу и срывать на данном направлении вражеское наступление. Однако в вопросах сосредоточения и использования резервов в некоторых случаях допускались существенные недостатки. Фронтовые и армейские резервы подводились близко к линии фронта и по частям вводились в бой (235-я стрелковая дивизия под Островом, 46-я в районе Пскова и др.). Нередко это случалось и с соединениями резерва Ставки Верховного Главнокомандования. Так, например, целым рядом переподчинений был обессилен и потерял свое значение как крупное подвижное соединение 1-й механизированный корпус, 1-я танковая дивизия этого корпуса и зенитно-артиллерийский дивизион были оставлены в Северном фронте, 163-я моторизованная дивизия подчинена 27-й армии Северо-Западного фронта, и лишь 3-я танковая дивизия осталась в подчинении командира корпуса. В первых числах июля из этой дивизии были взяты 6-й танковый и 3-й мотострелковый полки, которые были подчинены командиру 41-го стрелкового корпуса. Таким образом, к моменту развертывания боевых действий на псковско-островском направлении 1-го механизированного корпуса фактически не существовало. А ведь этот корпус, сформированный из соединений и частей, принимавших участие в боях с белофиннами, представлял собой хорошо сколоченное механизированное соединение. Примерно то же самое в первые дни войны произошло и с 12-м механизированным корпусом Северо-Западного фронта. Следует указать и на тот факт, что в сложной Обстановке командиры соединений иногда использовали резервы не совсем целеустремленно, по принципу «затыкания дыр». Подобная практика решительных результатов не давала и к существенному изменению обстановки не приводила.

Взаимодействие на поле боя между различными родами войск, а также между наземными соединениями и авиацией было организовано и осуществлялось недостаточно четко. В некоторых случаях части и соединения не имели данных о соседях. Пехота, артиллерия и танки действовали порой разрозненно, без взаимной поддержки друг друга. Из-за отсутствия надлежащей связи авиация своевременно не вылетала на прикрытие наземных войск. Вследствие всех этих причин войска несли потери и были вынуждены отходить на новые рубежи.