Книга величиной в жизнь. Связка историко-философических очерков - Владимир Анатольевич Ткаченко-Гильдебрандт

(1686–1743), рыцаря Рамзая во французской традиции, обращенного в 1710 году в римский католицизм знаменитым французским прелатом Франсуа Фенелоном (1651–1715), которого Бернар-Раймон Фабре-Палапра, исходя из «Левитикона» считает одним из хранителей тайного тамлиерского преемства и иерархом иоаннитской тамплиерской церкви того времени (кстати, архиепископ Фенелон был сторонником квиетизма в Римско-католической церкви, а это духовное направление некоторым образом связывают с исихазмом в православии). Тогда можно логично предположить, что возрождение тамплиерских степеней во франкмасонстве инспирировалось со стороны Восточного Ордена и несколько позднее, возможно даже, графа Сен-Жермена, уже начинавшего приобретать известность при дворах европейских монархий. Но тут и уже практически с самого начала вторглись вездесущие братья Общества Иисуса или иезуиты, заражая новую всемирную организацию франкмасонов своим влиянием и продвигая тамплиерские высшие степени как средство обращения схизматиков, православных и протестантов, в римский католицизм. Именно по этой причине складывается предосудительное отношение к тамплиерским степеням, пронизанным иезуитской агентурой, со стороны видных деятелей франкмасонства того периода, что отображено и в фундаментальном труде Жан-Мари Рагона «Масонская ортодоксия», впервые вышедшем в моем переводе на русский язык в издательстве «Алетейя» в 2018 году. Далее наступает 1743 год, когда барон Карл Готхельф фон Хунд унд Альтенгротткау (1722–1776), обретший уже в 1741 году символические степени франкмасонства, был посвящен в Орден тамплиеров Рыцарем Красного Пера: под этим именем, как выясняется, скрывался претендент на британский престол герцог Чарльз Эдвард Стюарт. Здесь стоит отметить, что в то время «шотландскую карту» якобитов и шотландского преемства исторического Ордена Храма ловко разыгравал папский престол в лице своего передового отряда — иезуитов. В 1751 году барон фон Хунд создает франкмасонский Устав строгого тамплиерского соблюдения, который в буквальном смысле пронизан членами Общества Иисуса и их агентами; сам же силезский барон, оставив евангелическо-лютеранскую веру своих отцов, как и водится, обращается в римский католицизм. Любопытно, что Высшие Неизвестные, якобы управлявшие орденом барона фон Хунда (по-французски Superieurs Inconnus или сокращенно S. I.) это не что иное, как латинская аббревиатура в ту пору вездесущего иезуитского сообщества — Societas Iesu. Неоднократно неотамплиерское послушание барона фон Хунда оказывалось в эпицентре разных громких, в том числе финансовых скандалов: члены ордена требовали посвятить их в оккультные тайны, рекламируемые для их вовлечения, открыв имена Высших Неизвестных, но верхушка послушания по понятным причинам не смогла сделать ни того, ни другого. В результате накопившихся проблем Устав строгого тамплиерского соблюдения был реформирован на франкмасонском Конвенте в Вильгельмсбаде в 1782 году, став Исправленным шотландским уставом, разработанным выдающимся христианским мистиком из Лиона Жаном-Батистом Виллермозом (1730–1824) и утверждающим разве что символическую, но не фактическую преемственность с историческим Орденом тамплиеров: ныне этот устав (сокращенно ИШУ) один из самых распространенных в мировом франкмасонстве (кстати, сам Виллермоз придерживался строго-католических, но антипапистских религиозных воззрений, что его сближало с православием). О предполагаемых связях ордена барона фон Хунда с французскими тамплиерами, продолжающими традицию Фенелона и Восточного Ордена, никаких данных: скорее всего, оба проекта развивались независимо друг от друга, поскольку курировались разнонаправленными силами.

Глава ордена в конце XIX-го столетия замечательный французский писатель и символист Жозефен Пеладан

Почти в то же самое время, что и Устав строгого соблюдения в Германии, во Франции возникает в 1754 году стараниями иезуитов и рыцаря де Бонневилля имитационный тамплиерский Клермонский капитул, который впоследствии, освободившись от влияния иезуитов, обретет свое выдающееся значение в формировании Древнего принятого шотландского устава франкмасонства (сокращенно ДПШУ), ныне самого распространенного в мире. Офицер Суверенного военного ордена Иерусалимского Храма, ярый противник высших степеней в масонстве и досточтимый мастер ложи Тринософы Жан-Мари Рагон следующим образом характеризует деятельность сего псевдо-тамплиерского послушания: «<…> Рыцарь де Бонневилль полагал снизить зло, создавая данный капитул, но он его лишь увеличил; поскольку на его обломках образовался в 1758 году новый капитул, именовавшийся Советом Императоров Востока и Запада, сыгравший наиболее продолжительную роль в масонском Ордене, и благодаря чему имевший печальное превосходство стать точкой отсчета сверхмасонских установлений». К слову, ДПШУ и является правопреемником вышеназванного Совета Императоров Востока и Запада, а потому, по мнению Жана-Мари Рагона, создан именно на иезуитском основании (несомненно, речь здесь идет о высших степенях устава с 4º по 33º; хотя ритуалы и первых трех символических степеней, как мы выяснили ранее, составлены в середине XVII-го столетия в сотрудничестве выдающегося иезуита Афанасия Кирхера, автора монументального трактата «Эдип Египтянин», и английского алхимика и герметиста Элиаса Эшмола, привлекшего для создания новой всемирной организации ложи оперативных английских каменщиков). Признаемся: тяжелое бремя выпало на долю членов Ордена иезуитов: сначала создать, а затем, утратив влияние в своем творении, бороться с ним изо всех своих сил. Ведь на протяжении всего XIX-го столетия наиболее самозабвенные и страстные борцы с всемирным злом, теперь в образе франкмасонства (и в немалой степени их детища ДПШУ), это члены Общества Иисуса и их присные. Впрочем, иезуитская мораль и деятельность известна многим народам и не вызывает у них никаких иллюзий. Даже в самые жестокие годы революционного террора Жан-Батист Виллермоз отказывался от сотрудничества с представителями этого ордена как по моральным, так и мировоззренческим причинам.

Здесь мы на минуту прервемся и дадим слово выдающейся английской исследовательнице тайных обществ Нэсте Вебстер о том, что она думает по поводу тамплиерского возрождения в XVIII-м столетии:

«Принято, что Великим Магистром, назначенным в 1705 году, являлся Филипп, герцог Орлеанский, а затем — Регент. Мистер Уэйт высказывал мнение, что это было „изобретением“ конца XVIII века, и Хартия Лармениуса фабриковалась в тот же период, хотя оказалась опубликованной лишь в 1811 году восстановленным Орденом Тамплиеров под руководством великого магистра Фабре-Палапра. Но очевидные выводы — противоположны. Мистер Маттер, кто одинаково не верит в историю Ордена тамплиеров и подлинность Хартии Лармениуса (как документа XIV-го века), вместе с тем, сообщает, что ученые, изучившие сей документ, датируют его началом XVIII-го столетия, когда, по мнению Маттера, и Евангелие от Иоанна (используемое Орденом) было введено в оборот для „сопровождения церемоний масонских и тайных сообществ“.

Тем не менее, с 1740 года мы видим явное возрождение храмовничества во Франции и Германии. У нас нет сомнений, что если гипотеза Маттера верна, то „тайное сообщество“ представляло собой не что иное, как тамплиеров, и не столь важно, являлись ли они прямыми потомками Ордена XII-го столетия или его реконструкцией. Наличие немецких тамплиеров (известных как „Строгое послушание“) никем не обсуждается. Таким образом, и существование в начале XVIII-го века Ордена тамплиеров во Франции выглядит крайне правдоподобным. Доктор Маккей, Джон Яркер и Лекуто де Кантелё, которые, имея в