Валентин Рунов - Вермахт «непобедимый и легендарный». Военное искусство Рейха

18 октября 1941 года отдел по изучению иностранных армий Востока в своей сводке констатировал: «В ходе боев последних дней под Малоярославцем, Вереей, Можайском, которые можно охарактеризовать как наиболее трудные за эту кампанию, высокая обороноспособность русских достигалась в основном за счет хорошего оборудования московских оборонительных позиций и использования большого количества тяжелых танков...»

Во второй половине октября 1941 года к Москве из тыловых районов СССР и с других участков фронта в спешном порядке подходили все новые эшелоны с советскими войсками. Они практически с ходу вступали в бой. Это не замедлило сказаться на оперативной обстановке западнее столицы. К 22 октября перед фронтом группы армий «Центр» немецкая разведка насчитывала уже силы 38 стрелковых, 8 кавалерийских, 2 танковых дивизий и 17 танковых бригад Красной Армии. Правда, отмечалось, что большая часть этих соединений была сосредоточена юго-западнее Москвы, под Калинином и севернее Ржева, а боеспособность их была различной. Однако практически во всех донесениях говорилось об исключительной самоотверженности частей РККА.

Упорство советских солдат в обороне удивляло полевых командиров группы армий «Центр». Так, командование 5-го армейского корпуса в докладе об обстановке на фронте от 23 октября 1941 года писало, что «316-я русская дивизия (командир – генерал-майор М. М. Панфилов), которая осталась неразбитой и имеет в своем составе много хорошо обученных солдат, ведет поразительно упорную борьбу. Эта дивизия имеет много тяжелого пехотного оружия, сравнительно мало пехотной артиллерии, но все же имеет тяжелую артиллерию, и в некоторых местах она переходит в контратаки вместе с танками...». Также в докладе отмечались трудности продвижения из-за непогоды. Упоминались «размокшая почва, против которой человек и лошадь в течение многих дней ведут борьбу...», а также перебои с горючим, «в связи с чем всякое движение вперед и работа значительной части средств связи оказались парализованными».

Также надо отметить, что избранная командованием Западного фронта тактика прикрытия основных направлений возможного продвижения германских войск к Москве (в т.ч. главных дорог) заставляла части Вермахта либо наступать на советские укрепленные позиции в лоб, либо обходить их по бездорожью. И то и другое приводило прежде всего к большой потере времени.

Оказалось неготовым немецкое командование и к столкновению с советскими танками. Командующий 4-й армией генерал-фельдмаршал фон Клюге 2 ноября доложил в штаб фон Бока: «На участке 34-й пехотной дивизии 13 октября произошел бой между нашими легкими полевыми гаубицами и тяжелыми советскими танками (предположительно 52-тонными), в ходе которого с расстояния от 500 до 25 метров по танкам было выпущено попеременно 30 бронебойных и бризантных снарядов и 10 снарядов образца 1939 года. Уничтожив 3 легкие полевые гаубицы, 7 средних и одну легкую противотанковую пушку, танки отошли назад... Несмотря на многочисленные попадания бронебойных снарядов, в том числе в башню, вражеские танки недостаточно быстро выводятся из строя и не пробиваются насквозь. В последнее время русские используют до 80% из всех танков – танки Т-34. В случае атаки большого количества таких танков мы могли бы потерпеть локальное поражение».

Не на должной высоте оказалось и снабжение группы армий «Центр». В целях бесперебойного движения грузов немецкому командованию приходилось выделять значительные ресурсы для восстановления транспортного сообщения. 26 октября 1941 года было открыто движение немецких поездов до станции Вязьма. Войска 4-й армии и 4-й танковой группы оказались, таким образом, в лучшем положении, чем остальные объединения группы армий. Однако для 9-й армии и 3-й танковой группы, чьи соединения действовали далеко на фланге группы армий «Центр», проблема снабжения и все последующее время оставалась довольно серьезной. Командующий 3-й танковой группой генерал Рейнгардт (назначен вместо Г. Гота 5 октября 1941 года) доносил, что ежедневный подвоз грузов покрывает лишь текущие потребности танковой группы, но не обеспечивает потребностей наступления.

Сказалось и отсутствие у группы армий «Центр» достаточных резервов. Уже спустя несколько дней после начала операции «Тайфун», 3 октября 1941 года, начальник штаба группы армий «Центр» генерал Грайфенберг передал в подчиненные ему инстанции приказ ОКХ: расформировывать в случае необходимости целые батальоны в полках и роты в батальонах и передавать личный состав для укомплектования незанятых штатных должностей.

Все это в комплексе негативно отразилось на искусстве Вермахта проводить крупные наступательные операции в высоких темпах. Ранее разработанные планы стратегической наступательной операции постоянно срывались и менялись. Это заставляло, в свою очередь, постоянно менять ранее разработанные и утвержденные планы на уровне штабов армий и армейских корпусов. В результате такой высокой активности штабной работы неизбежно возникали сбои, затруднения и ошибки, которые негативно влияли на непосредственные боевые действия войск.

РЫВОК НА РОСТОВ

После разгрома войск Юго-Западного фронта в районе Киева германское командование решило, одновременно с продолжением наступления на Москву, нанести второй мощный удар в юго-восточном направлении на Ростов-на-Дону силами группы армий «Юг» (командующий – генерал-фельдмаршал Г. фон Рундштедт) с целью оккупации крупнейшего в то время в Советском Союзе Донецкого промышленного района и последующего выхода к предгорьям Кавказа, лежавшего на пути к бакинской нефти.

План немецкого командования по овладению Донбассом заключался в том, чтобы ударами по сходящимся направлениям 1-й танковой группы (командующий – генерал-полковник Э. фон Клейст) из района Днепропетровска и 11-й немецкой армии (командующий – генерал пехоты Э. фон Манштейн) с румынским горным корпусом из Северной Таврии в общем направлении на Осипенко окружить и уничтожить армии Южного фронта восточнее Мелитополя. В последующем к операции должны были подключиться силы 17-й германской армии (командующий – генерал пехоты К. фон Штульпнагель), а также 6-й и 3-й румынской армий.

Для выполнения перечисленных задач немецкое командование создало сильные ударные группировки на стыке Юго-Западного и Южного фронтов в районах Красноград и Новомосковск. В частности, в районе Новомосковска на фронте примерно в 50 километров было сосредоточено 90% личного состава и артиллерийских средств и все танки 1-й немецкой танковой группы.

В то время Донбасс в 270-километровой полосе от Новомосковска до побережья Азовского моря прикрывали войска Южного фронта (командующий – генерал-лейтенант Д. И. Рябышев), в составе которых насчитывалось 36,8 тысячи человек личного состава, 304 танка (в том числе 13 тяжелых и 56 средних), 1033 орудия и миномета (в том числе 116 противотанковых и 128 зенитных). Группировку наземных войск с воздуха прикрывали 311 боевых самолетов, из которых только 186 находились в исправном состоянии). По имеющимся данным, советские войска превосходили противника по численности личного состава в 1,4 раза, по танкам – в 1,3 раза, но уступали по численности артиллерии в 2,2 раза и в авиации. Так, известно, что только в полосе Южного фронта в авиации немцы имели более чем двойное превосходство.

Стратегическая наступательная операция группы армий «Юг» на донбасском направлении проводилась в период с 29 сентября по 16 ноября 1941 года.

Наступление 1-й танковой группы генерала Э. фон Клейста началось 27 сентября ударом с севера на юг из района Новомосковска и Днепропетровска в общем направлении на Бердянск (Осипенко), то есть во фланг и тыл войскам Южного фронта.

Этот удар оказался неожиданным для противника. Правофланговые дивизии 12-й армии, не успев принять надлежащие меры прикрытия правого фланга и тыла, начали беспорядочный отход за реку Самару и далее на восток, открывая, таким образом, путь для дальнейшего наступления немцев во фланг и тыл войск этой армии.

29 сентября основные силы 1-й танковой группы возобновили наступление против советских дивизий, действовавших на правом фланге 12-й армии, в результате чего создалась угроза тылу 12, 18 и 9-й армий, которые, опасаясь охвата, начали отходить на подготовленные тыловые рубежи. Выдвинутые для прикрытия отхода с севера две стрелковые дивизии 18-й армии (99 и 130-я) попали под удар главных сил 1-й танковой группы немцев и погибли.

4 октября дивизии 1-й танковой группы прорвались в стыке 12-й и 18-й армий и, развивая наступление на юго-восток, 6 октября вышли на тылы 18-й и 9-й армий. 7 октября они соединились в районе Осипенко с моторизованной дивизией 11-й армии и окружили часть сил 18-й и 9-й армий. Но на этот раз уничтожить окруженную группировку немецкие войска не смогли и позволили ей вырваться из «котла» с боями.

Перешедшие 6 октября в наступление соединения 17-й немецкой армии частью сил смогли за четыре дня продвинуться на 25–30 километров.