Сергей Капков - Короли комедии - Савелий Крамаров

Эта сцена позволила на родине артиста говорить, что Крамаров опустился в Америке до того, что стал торговать сосисками.

Так или иначе, Савелия Крамарова заметили. Вскоре он снялся в фильме "2010", где сыграл советского космонавта Владимира Руденко. От актера требовали большей шаржированности образа, а он сопротивлялся, утверждая, что в СССР космонавтами могут стать только отважные и образованные люди, но никак не идиоты.

В уморительной комедии "Вооружен и опасен" Крамаров появился на экране пару раз. "Скажите, а в графе "Фамилия" свою фамилию писать?" - спрашивает его герой, устраиваясь на работу. Типичный крамаровский персонаж, но в американском фильме потерявшийся, не такой яркий, как, скажем, в "Мимино". Там его герой тоже появлялся на несколько мгновений. Фрунзик Мкртчян подбегал к нему около здания суда и восклицал: "Друг, у тебя очень хорошие глаза(!) Сразу видно, что ты хороший человек, помоги..." На что Крамаров искренне отвечал: "Извини, генацвале! Помогу, годиков через пять", после чего его в наручниках уводили милиционеры. Это было безумно смешно, звезда Крамарова была так ярка и бесспорна, что он мог позволить себе появиться на экране на 30 секунд, тем более у такого режиссера, как Георгий Данелия. Но, к сожалению, эпизодические появления Крамарова в американском кино носили совершенно иной характер.

В комедии "Возвращение Моргана Стюарта" Савелий Крамаров сыграл дворецкого Ивана, находчивого малого в доме американских богачей. Выходец из России, он замечательно освоился в новом месте, да еще и учит нерадивого хозяйского сынка некоторым премудростям вольной жизни, покрывая многие проказы подростка. Роль большая, забавная, но сам фильм не представлял собой никакой художественной ценности - обычная средненькая комедия для семейного просмотра, не больше.

Своеобразным этапом в становлении актера в Голливуде стал боевик "Красная жара" с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Крамаров и там появился всего на минуту. Но за эту минуту ему предстояло произнести многозначительный монолог от имени некоего Григория Мусорского - работника советского посольства, человека раздраженного и амбициозного, не терпящего пререканий.

Некоторые режиссеры сетовали на его английский с европейским акцентом, на то, что не могут его снимать в своих фильмах. Крамаров вступил в Гильдию киноактеров, что для эмигрантов большая удача, у него появился свой агент. Но круг его ролей был невероятно узок - русские, чехи, немцы - все, кто говорит с европейским акцентом. Нередко появлялся в рекламе. Но, конечно же, такой популярности, какая была у него в Союзе, в Америке не повторилось. И этого ему очень не хватало.

Хотя люди, поработавшие с Крамаровым, относились к нему с интересом и почтением. Даже большие звезды, такие, как Уоррен Битти и Робин Уильямс. Как и в России, его появление на съемочной площадке встречалось доброй улыбкой. Его часто узнавали на улице и первое время в шутку называли "русским шпионом".

Тем временем на родине актера спешно вырезали его фамилию из титров всех фильмов, где он снимался. Он не упоминался ни в киносправочниках, ни в журналах о кино - вообще нигде, как будто зрители не знали о существовании такого актера. Странная месть, необъяснимая и бессмысленная. Крамарова невозможно было забыть, так как фильмы с его участием не сходили с экранов кинотеатров и телевизоров. А вскоре в страну стали просачиваться видеокассеты с американскими кинохитами "Москва на Гудзоне", "2010", "Красная жара", "Танго и Кэш". А когда наступил 1986 год, и в США на гастроли приехал Камерный еврейский ансамбль Шерлинга, а затем - ансамбль "Тумбалалайка", Савелий Викторович буквально не отходил от артистов, все гастроли простоял за кулисами, повторяя одну и ту же фразу: "Не может быть!" Он не мог поверить, что в СССР появились еврейские коллективы, и что их даже отпускают за границу. И тем более не предполагал, что довольно скоро вновь окажется в России. Хотя в глубине души он верил в это.

Крамаров усердно занимался языком, но еще больше - своим здоровьем. И даже сделал операцию на глазах, попробовал избавиться от косоглазия. Много плавал, развивал легкие, потому что его родных по женской линии преследовал именно рак легких. Он помнил о туберкулезе, подточившем его легкие в детстве. Он интуитивно чувствовал, что неизлечимая болезнь может неожиданно поразить его, и сражался с нею, как мог. Об этом не знал никто. Савелий Викторович никому (даже своей новой жене Марине) не рассказывал о своих страхах. Он питался очень избирательно и по часам. Может быть, это позволяло артисту выглядеть молодо и подтянуто в свои пятьдесят с хвостиком. Даже на фестиваль "Кинотавр", куда Крамарова в начале 90-х пригласил постановщик шоу Оскар Волин, он прилетел с чемоданом необходимых продуктов: орехи, каши с фруктами, мед, яблоки.

В Москву он приезжал дважды - в 1992 и 1994 годах. В первый приезд почти сразу же отправился на "Кинотавр". Появление Крамарова в Сочи вызвало фурор. Волин даже приставил к артисту двух телохранителей, от которых Савелий Викторович через пару дней деликатно отказался. Было много встреч, разговоров, интервью.

В Москве он навестил старых друзей, а когда показался на Арбате, чуть не был смят восторженной толпой. Лавочники дарили ему сувениры, прохожие требовали автографы на всем, даже на деньгах. В один момент Крамаров даже не выдержал и заплакал от счастья.

На телевидении вышло получасовое интервью, где Савелий Викторович рассказывал о своей жизни на фоне американского флага. А потом начались съемки. Михаил Кокшенов дал актеру главную роль в комедии "Русский бизнес", Георгий Данелия - сразу три разных эпизода в "Насте". Крамаров пришел в Моссовет и попросил выделить ему небольшую квартиру, где бы он мог останавливаться на время приездов для съемок. "Оставайтесь у нас, - сказали ему. - Смените подданство, тогда получите квартиру".

В Штатах Савелий Викторович обосновался, как мечтал всю жизнь - купил дом в лесу, недалеко от океана.

Каждое утро - пробежки, купание, днем - прогулки по лесу. Он вновь женился и в 53 года стал отцом. Дочку назвал Басей, в честь бабушки. Любил ее бесконечно, необыкновенной, болезненной любовью. Когда они шли рядом, его гордости не было предела. Бася поразительно похожа на отца: те же лицо, фигура, манеры, вкусы. Даже левый глазик слегка косит.

Жена - Марина - тоже эмигрантка, приехала с мамой из Одессы. Женщины прошли тяжелейший путь к финансовому успеху, и когда после долгих лет утвердились на американской земле как бизнесмены, стали ждать таких же героических усилий от Савелия. Он же, наоборот, следовал принципу "Поэт в России больше, чем поэт". В свободное от съемок время старался постигать новую страну, вникать в ее культуру, ходить в музеи, театры. Теща ворчала: "Лучше бы таксистом подрабатывал".

Марина и Савелий расстались, но их отношения остались очень теплыми и дружескими, тем более, что их связывала любимая дочь Бася.

Последнюю жену Крамарова звали Наташей. Они прожили вместе совсем немного. В 1994 году он снимался в своем последнем фильме "Любовная афера", а Наташа готовила 60-летний юбилей мужа. Репортаж об этом праздновании был даже показан по российскому ТВ. Друзья в Москве тогда отметили, что Крамаров как-то постарел, осунулся. Они даже подумать не могли, что у Савелия Викторовича уже лежало направление к онкологу. Врач поставил страшный диагноз - рак прямой кишки.

После посещения врача актер спросил у Наташи о себе в прошедшем времени: "Скажи честно, не был ли я смешон в жизни, в быту? Не делал ли я глупостей?" Наташа даже удивилась: "Что ты, Савелий? Я не замечала за тобой ничего дурного! Ты всегда по-доброму расположен к людям! Я до сих пор потрясена приездом в этот дом, ты прекрасно обустроил его, учел все, до мелочей. Я сразу попала в рай".

В начале февраля 1995 года Савелия Крамарова прооперировали и назначили курс химиотерапии. В тот же период у него начался острый тромбоз в ногах. Позже тромбы разошлись по всему организму, включая мозг. Весь май, после двух инсультов, актер лежал в госпитале слепой, немой, парализованный. Дочка Бася горько плакала оттого, что папа на ее присутствие никак не реагирует, она целовала его руки, щеки, уговаривала покушать. Олег Видов сообщил в Москву, что Савелий Крамаров может только слышать, и просил присылать ему телеграммы, а потом, в очередь с Наталией, часами читал тысячи посланий любимому артисту с родины.

Крамарова похоронили неподалеку от Сан-Франциско, на еврейском мемориальном кладбище в Колма - городе Мертвых.

Через год в Лас-Вегас, где живет дочь Крамарова, была прислана статуэтка "Золотой билет" - приз российских зрителей, назвавших Савелия Крамарова одним из лучших актеров в истории кино. Этот своеобразный опрос провели киноведы Борис Берман и Ильдар Жандарев в программе "К-2", некогда выходившей на телеканале РТР.

А еще через год на могиле Крамарова был открыт памятник, сооруженный по макету его друга - всемирно известного скульптора Михаила Шемякина. Памятник представляет собой гримерный столик, на котором разбросаны маски несыгранных, трагических ролей, и лежит раскрытая книга, куда занесены названия любимых актером фильмов: "Друг мой, Колька!", "Неуловимые мстители", "Джентльмены удачи", "Двенадцать стульев", "Большая перемена"... Слева - занавес, справа - совсем непривычный для Крамарова портрет, на котором фотограф запечатлел на редкость доброе, обаятельное и улыбчивое лицо актера, судьбой которого стали роли дураков.