Н. Новиков - Операции флота против берега на Черном море в 1914-1917 годах

Схема 14. Расположение транспортов и линии охраны рейда Ризе во время высадки 7 апреля 1916 г.

К этому времени транспорты уже входили на рейд, защищенный только в воображении сетями. Единственное, что оставалось начальнику высадки сделать, чтобы не дать закрасться сомнению среди личного состава флотилии, это приказать передать по линии транспортов семафор: «Аю-Дагу» ставить вторую линию сетей», что до известной степени скрывало истинный смысл его сигнала{198}.

Этот случай не привел к каким-либо нежелательным последствиям, но он весьма рельефно подчеркивает значение подготовки к подобного рода операциям и важность тренировки участников, чтобы не могли иметь места подобного рода явления. При наличии деятельного и бдительного противника подобный случай не остался бы неиспользованным, и подводная лодка свободно могла бы, даже не подозревая, стоит ли сеть или нет, оказаться на рейде, наполненном транспортами. Вместе с тем, чтобы заместить отсутствие сети, пришлось до момента ее постановки двинуть в охрану все «эльпидифоры», даже те, которые предназначались для выгрузки десанта. Выделение таких мощных разгрузочных средств не могло не отразиться на интенсивности первого периода высадки.

В 6 ч утра с прибытием на рейд транспортов, занявших места по диспозиции, началась высадка под прикрытием двух линий охраны (ближайшая — «эльпидифоры», наружная — миноносцы) и с общим прикрытием главными силами флота в море. Сейчас же по постановке транспортов на якорь базные транспорты отправили свои плавучие средства, согласно расписанию, по отрядам. 1-я пластунская бригада, находившаяся на первом отряде транспортов{199}, выгружалась в вестовой части бухты, горный дивизион — в центре{200} — и 2-я бригада — в остовой части{201}. Штилевая погода чрезвычайно благоприятствовала высадке, и это, в первую очередь, сказалось на выгрузке лошадей, которые с ближайших к берегу транспортов выгружались вплавь{202}. Согласно плану высадки, первыми выгружались войска, Ввиду того что до конца постановки сети пришлось все наличные «эльпидифоры» держать в охране, первые рейсы с войсками были сделаны на ботах. К концу постановки сети, когда начальник минной бригады, руководивший прикрытием, признал, что охрана достаточна, «эльпидифоры» были отозваны и приступили к разгрузке. Сразу сказались исключительные качества этого универсального судна, которое могло за один рейс выбросить до 1000 чел. десанта и громадное количество всевозможного груза. К 5 ч высадка была полностью закончена, и транспорты имели возможность еще засветло покинуть рейд{203}.

Сводя данные этой операции, легшие в основание разработки планов дальнейших высадок, необходимо отметить следующие недостатки организации в отношении подготовки, выполнения и управления:

1. Запоздалая постановка сетей, указанная выше. Случай с «Аю-Дагом» показал, что необходима заблаговременная постановка сетей, хотя бы имелось опасение, что неприятель может ее обнаружить. Кроме того, желательна постановка не одной, а двух и более линий сетей.

2. Перед приходом транспортов должно быть произведено контрольное траление рейда.

3. Для урегулирования порядка движения выгрузочных средств и направления свободных по новым назначениям необходимо наличие должности «коменданта на воде».

4. Для оказания помощи в случаях аварий или подрыва транспортов должна быть создана спасательная партия, обладающая мощными водоотливными средствами, спасательными плотами и т. п. Она же имеет назначением и борьбу с пожарами на транспортах (при обстрелах).

5. Побережье должно быть тщательно изучено, причем должны быть выяснены как площадь, удобная для своза и выгрузки десанта, так и наличие дорог, необходимых для движения обозов. В случае наличия болотистых мест, ручьев и тому подобных препятствий, эти неудобства должны быть устранены рабочими командами баз высадки или приняты во внимание при установлении мест выгрузки и соответственным образом обставлены вехами.

6. Прибрежные глубины должны быть тщательно изучены для выбора мест причаливания и выбрасывания на берег «эльпидифоров», причем, во избежание скопления разгрузочных средств, пункты разгрузки «эльпидифоров» и самоходов[99], способной приставать носом к берегу и подавать на него широкую сходню. Эти суда появились уже позже высадки у Ризе и служили для разгрузки транспортов, принимая преимущественно лошадей, повозки, орудия и т. п. Были бы весьма удобны, если бы имели не столь слабый двигатель, вследствие чего могли работать лишь в тихую погоду.) должны намечаться отдельно от мест причаливания ботов и других мелких плавучих средств.

7. Все побережье должно быть разделено на участки по отрядам транспортов и обслуживаться своими базными командами. Последние должны быть обеспечены всеми средствами, позволяющими ускорить разгрузку пристающих судов, материалами для быстрой установки и сборки пристаней (на козлах, бочках, плотах). В состав команд должны быть введены ремонтные партии для срочной починки плавучих средств и исправления их аварий.

8. Для установления связи со своим отрядом транспортов каждый участок должен иметь пост связи (семафорная и сигнальная связь), а также телефонный пост для сношений со своей базой, штабом высадки и комендантом на воде через центральную телефонную станцию.

9. Объединение всего управления высадкой в руках одного начальника высадки с подчинением ему всех частных начальников в районе операции (начальника транспортной флотилии, начальника охраны и прикрытия и др.). Неустановленность этого принципа при высадке в Ризе создала многоначалие во время операции и внесла осложнение в дело руководства, так как подчиненные инстанции не имели ясного представления о правах наличных начальников.

Десантные приготовления не остались в секрете от неприятеля. 4 апреля, то есть непосредственно после сосредоточения отряда транспортов в Новороссийске, отряд кораблей, прикрывавший Новороссийск с моря, в составе линейного корабля «Екатерина», крейсера «Кагул» и миноносцев на рассвете, идя курсом на Новороссийск, заметил в утренней мгле силуэт судна, идущего тем же курсом. Сделав опознавательные и получив неверный ответ, отряд лег курсом на подозрительное судно и вскоре опознал «Breslau». Сблизившись на 92 кб, «Екатерина» открыла огонь из 305-мм орудий{204}. «Breslau» тотчас повернул в море и, часто меняя курсы, чтобы сбить наводку, увеличил ход и через час скрылся за горизонтом. Присутствие «Breslau» в столь необычном месте[100] свидетельствовало о том, что ему было известно место посадки десанта и сосредоточение здесь транспортов. Зная, что флот будет связан конвоированием, «Breslau», по-видимому, намеревался держаться той же тактики, которая сорвала в свое время операцию закупорки Зунгулдака. В тот же день миноносец «Строгий», находясь в очередном крейсерстве у берегов Лазистана, в районе Ризе — Сюрмене, обнаружил по курсу подводную лодку, которую успешно таранил, пройдя над ней, причем перископ лодки прочертил по борту миноносца. По осмотре винтов миноносца одна из лопастей оказалась поврежденной от удара о корпус лодки[101].

В день самой высадки, 7 апреля, в районе Хамуркана, то есть на линии берегового фронта, миноносец «Стремительный» около 11 ч также обнаружил лодку, которая якобы выпустила две торпеды в конвоируемый им транспорт. Одновременно летчик, находившийся в разведке у Ризе, заметил лодку в подводном положении, направляющуюся к району высадки, на которую он сбросил бомбу и привлек миноносцы. Таким образом, создавалось впечатление, хотя и ложное, что противник развернул свои подводные силы для противодействия и осведомлен о намеченном десанте.

Подтверждение этому дают и факты на сухопутном фронте. Так, придерживаясь до этого времени оборонительной тактики, турки за три дня до высадки пластунских бригад перешли к активным действиям и угрожали прорвать фронт Приморского отряда. Было ясно, что они получили подкрепления из Трапезунда и спешили нанести удар до прибытия подкреплений к отряду Ляхова.

Подтянув резервы и с трудом сдерживая неприятеля, Ляхов срочно сообщил и генералу Юденичу, и адмиралу Эбергарду о тяжелом положении фронта и о необходимости выполнить перевозку десанта к Офу без замедления.

Как сказано выше, высадка намечалась в Ризе, откуда войска должны были идти на фронт берегом. Теперь под влиянием реальной угрозы сухопутное командование переменило свое намерение и уже в момент выполнения операции высадки потребовало, чтобы бригады сейчас же были переброшены на фронт. Просьба эта кончалась сообщением, что «необходима крайняя срочность доставки, обстановка не допускает отсрочки».