Михаил Зефиров - Тени над Заполярьем: Действия Люфтваффе против советского Северного флота и союзных конвоев

Сразу после улучшения погоды 28 и 29 сентября последовали два ночных налета на город, в ходе которых были сброшены 50 фугасных и около десяти тысяч зажигательных бомб В1 и В2. Во время последнего удара в Архангельске возникли свыше шестидесяти очагов пожара, сгорели десять жилых домов и четыре склада, были разрушены два госпиталя. Погибли 17 человек и еще 27 получили ранения.

Всего в ходе бомбежек в августе – сентябре 1942 г. в Архангельске было разрушено свыше 40 различных промышленных объектов и построек, в том числе канатная и трикотажная фабрики, железнодорожная станция. Сильные повреждения получил судостроительный завод «Красная кузница». Взрывами и пожарами были уничтожены 215 жилых домов. Согласно официальным советским данным, которые являются далеко не полными, поскольку дело с учетом населения было поставлено крайне плохо, в городе во время бомбежек погибли 148 человек, еще 126 получили ранения и контузии.

Восстановительные работы начались сразу, но растянулись на многие месяцы. Так, сгоревший механический цех судоремонтного завода был заново отстроен лишь через год, причем часть нового оборудования для него поступила по ленд-лизу.

Портовые сооружения Архангельска получили сильные повреждения, но все же не были выведены из строя. Крупнейшая операция Люфтваффе в регионе Белого моря достигла лишь частичного успеха. Хотя работа второго крупнейшего порта на Советском Севере и была серьезно затруднена на несколько месяцев, полностью блокировать ее не получилось.

В оставшиеся месяцы года из-за ухудшения погоды и прекращения проводки конвоев активность Люфтваффе над Белым морем пошла на спад. Лишь изредка предпринимались беспокоящие рейды мелкими группами и одиночными самолетами. Так, 4 ноября бомбардировщики атаковали небольшой конвой в северной части Белого моря и потопили баржу с мазутом. Всего же немецкими самолетами в 1941–1942 гг. в Белом море были потоплены шесть судов и еще 23 получили повреждения в результате воздушных атак.

Глава 5

Большие проблемы маленького полуострова

Неудавшийся десант

Одной из главных проблем, вставших перед командующим Северным флотом 35-летним вице-адмиралом Арсением Григорьевичем Головко еще осенью 1941 г., стала организация снабжения частей, отрезанных на полуостровах Средний и Рыбачий.

Для каботажных перевозок между ними и Кольским заливом наибольшую угрозу представляло Люфтваффе. Немецкие самолеты буквально охотились за каждым кораблем и катером, входившим в Мотовский залив. Приходилось тщательно выбирать время и маршруты движения транспортных судов. Их переходы в районах наибольшей активности вражеской авиации обычно осуществлялись в условиях нелетной погоды или малой видимости. Широко практиковалась и тактика так называемого перетекания судов, когда они делали короткие переходы из одного пункта в другой, отстаиваясь в них под защитой зенитных батарей.

28 апреля 1942 г. командование советской 14-й армии предприняло наступление на мурманском участке фронта, на реке Западная Лица. Его целью был выход к прежней государственной границе с одновременным деблокированием частей на полуостровах Средний и Рыбачий. Чтобы облегчить прорыв фронта, было решено одновременно организовать силами Северного флота тактический десант в немецком тылу. И в ночь с 27 на 28 апреля у мыса Пикшуев,[61] на южном берегу Мотовского залива, были высажены шесть батальонов 12-й отдельной бригады морской пехоты (ОБМП) полковника В. В. Рассохина.

Полуострова Средний и Рыбачий и прилегающий к ним район

Истребители ВВС СФ получили приказ прикрыть десант, и уже на следующий день в воздухе над Мотовским заливом развернулись интенсивные боевые действия. Старший лейтенант Сергей Курзенков, служивший во 2-м Гв. САП ВВС СФ, потом вспоминал: «Мы выполняли по несколько вылетов в день для прикрытия наших войск. Ожесточенные воздушные бои происходили с разными результатами».

Подробности схваток, происходивших 28 апреля над Мотовским заливом у мыса Пикшуев, не являются предметом рассмотрения в данной книге. Поэтому ограничимся лишь общими данными. В течение светлого времени суток 2-й Гв. САП в боях в том районе потерял четыре «Харрикейна», все их пилоты – командир звена старший лейтенант П. А. Обувалов, лейтенант Е. П. Годелевич и сержанты Г. Г. Иванов и А. С. Лещенко – погибли. Еще два истребителя были подбиты и совершили вынужденные посадки на своей территории, и один летчик – старший лейтенант Покровский – получил ранение.

По данным советских наземных постов наблюдения, был сбит один Bf-110, который затем в качестве групповой победы записали трем упоминавшимся выше пилотам – Покровскому, Обувалову и Лещенко. Однако фактически немцы не потеряли ни одного такого самолета. Правда, три Bf-109 из II. и III./JG5, участвовавшие в этих боях, все же получили повреждения.

Единственной потерей Люфтваффе в тот день стал Ju-88D-5 W.Nr.430237 «G2+AH» из 1-й эскадрильи Aufkl.Gr.124. Вероятно, именно он около 14.00 был перехвачен четырьмя «Харрикейнами» из 2-го Гв. САП и затем поврежден в ходе атак капитана Шведова и старшего лейтенанта Курзенкова. Пилот «Юнкерса» – унтер-офицер Карл Тегтмейер (Karl Tegtmeier) – смог дотянуть до аэродрома Киркенес, но во время посадки допустил ошибку и самолет разбился. Сам Тегтмейер при этом погиб, а остальные три члена его экипажа – штурман унтер-офицер Рольф Герстнер (Rolf Gerstner), бортрадист унтер-офицер Зигмунд Боровски (Sigmund Borowski) и бортстрелок унтер-офицер Леонхард Краус (Leonhard Kraus) – получили ранения.

Немецкое командование быстро осознало угрозу, которую несла высадка в их ближайшем тылу морских пехотинцев, которые в первый же день смогли продвинуться сразу на одиннадцать километров в глубь берега. Авиагруппы 5-го воздушного флота получили приказ наносить удары не только по образовавшемуся плацдарму, но и по судам, обеспечивавшим действия десанта.

Приблизительно в 06.00 29 апреля над Мотовским заливом появилась «тройка» Bf-110 из 10.(Z)/JG5, которую сопровождали четыре Bf-109. Их целью были малые охотники за подводными лодками, доставившие к мысу Пикшуев очередную партию боеприпасов для 12-й ОБМП. К этому времени над плацдармом уже полчаса патрулировали восемь «Харрикейнов» из 2-го Гв. САП.

Флотские истребители немедленно атаковали двухмоторные «Мессершмитты», выпустив по ним на встречных курсах неуправляемые реактивные снаряды РС-82 и обстреляв их из пулеметов. Один «эрэс», выпущенный старшим лейтенантом Курзенковым, поразил вражеский самолет. По словам советского летчика, он развалил «стодесятого» буквально на куски. Оставшаяся пара Bf-110 снизилась до бреющего полета и, не принимая боя, повернула обратно на запад. В ходе непродолжительного преследования сержант Чепурнов сбил еще один «Мессершмитт».

Интересно, что падение обоих сбитых самолетов подтверждалось постами ВНОС. В действительности же они оба – Bf-11 °C-2 W.Nr.3528 и Bf-110E-2 W.Nr.2547 «LN+MR» – смогли дотянуть до своей территории, где и совершили вынужденные посадки. Полученные ими повреждения были тяжелыми, но никто из четырех членов их экипажей не пострадал.

Все же по результатам воздушных боев в районе мыса Пикшуев в течение 29 апреля советские летчики заявили об одиннадцати сбитых немецких самолетах: шести Bf-109 и пяти Bf-110. По данным же Люфтваффе, кроме уже упоминавшейся выше пары «стодесятых», средней тяжести повреждения получил лишь один «Мессершмитт» из III./JG5. Он также смог благополучно вернуться на аэродром Петсамо.

К 1 мая морские пехотинцы смогли захватить в районе мыса Пикшуев плацдарм размером пятнадцать на десять километров. Однако части 14-й армии, понеся тяжелые потери, уже прекратили наступление. В итоге немецкое командование смогло спокойно бросить против десантников 2-ю горнострелковую дивизию. К тому же резко ухудшилась погода, и батальоны 12-й ОБМП оказались в изоляции. У них кончились продукты, из-за наступивших морозов и пурги появились обмороженные. После десяти дней кровопролитных боев было потеряно около половины их личного состава. Стало ясно, что нет никаких возможностей да и смысла удерживать плацдарм и дальше, тем более что наступление на суше захлебнулось.

11 мая было принято решение об эвакуации десанта. На следующий день к мысу Пикшуев было направлено множество мелких судов и катеров. Немцы пытались атаковать этот «флот» с воздуха, но его прикрывали флотские истребители. Согласно советским данным, лейтенант Петр Сгибнев из 78-го ИАП ВВС СФ сбил два самолета. Однако это не подтверждается данными Люфтваффе.

Эвакуация остатков 12-й ОБМП завершилась 13 мая. Из высаженных 7165 человек были убиты, ранены и обморожены около 70 процентов.

Отрезанные от Большой земли

К лету 1942 г. появились признаки, говорившие о возможной высадке теперь уже немецкого десанта на полуостровах Средний и Рыбачий. 10 июня Ставка ВГК предупредила об этом Военный совет Северного флота. В связи с этим возникла настоятельная необходимость усиления обороны полуостровов. Устойчивость последней во многом зависела от действий флота, поскольку этот район был изолирован от тыловых баз снабжения и штабу 14-й армии было очень трудно комплектовать и снабжать расположенные там части.