Эдгар Уоллес - Тайна желтых нарциссов (другой перевод)

Стей схватил ее за руки и заглянул ей прямо в глаза.

В горящем взоре помешанного было столько дикости и бесчеловечной жестокости, что Одетта от страха не в состоянии была издать ни звука. Мисс Райдер потеряла сознание, он обхватил ее и поднял с земли.

- Что, обморок? Еще рановато! - хрипло воскликнул он. Его резкий смех жутко отозвался в ночной тишине.

Стей положил ее на траву в стороне от дороги, вытащил ремень, хранившийся у него под сиденьем, и связал ей руки. Потом взял шаль девушки и обмотал ей рот.

Наконец сумасшедший поднял ее и положил на заднем сиденьи автомобиля. Захлопнув дверцу, он сел за руль и полным ходом рванул в Лондон. На въезде в Хенден Сэм увидел табачную лавку. Остановившись чуть дальше в темной части улицы, он обернулся на пленницу и увидел, что та упала с сиденья и лежит неподвижно.

Удовлетворенно хмыкнув, он поспешил в лавку, где находился городской телефон-автомат. Ему вдруг пришло в голову, что можно отомстить еще одному человеку - сыщику с пронизывающим взглядом, который допрашивал его, когда с ним случился припадок, - Тарлингу... так его звали, да!

Стей перелистал телефонную книгу и нашел нужный номер. В следующую минуту он уже разговаривал с сыщиком. Затем резко повесил трубку и вышел.

Лавочник, невольно слышавший говорящего, подозрительно проводил его взглядом. Сэм Стей подбежал к автомобилю, вскочил в него и поехал дальше.

К кладбищу в Хайгет!

Главные ворота, наверное, уже закрыты, но ничто не помешает ему выполнить свой план. Может быть, лучше сперва убить ее, а потом перебросить через забор? Но было бы гораздо большей местью затащить ее на кладбище и живьем столкнуть к мертвому в холодную сырую могилу. Через маленькие двери, которые открываются, как церковные.

Мысль об этом доставила ему такую радость, что он прокричал какой-то клич и затянул отвратительную песню. Преходившие по улице пешеходы с удивлением оглядывались. Но Сэм Стей был счастлив, так счастлив, как никогда еще в своей жизни.

...Кладбище в Хайгете было закрыто. Мрачные железные ворота преграждали доступ, а стены ограды были чересчур высоки. Это место ему не понравилось, так как кругом были жилые дома. Он долго искал удобное место, где стены были пониже. Поблизости никого не было, и можно было не опасаться, что кто-нибудь помешает ему. Сэм заглянул в автомобиль и с удовольствием увидел, как корчится пленница.

Он подъехал вплотную к кладбищенской стене, подошел к дверце и рванул ее.

- Выходи! - яростно заорал он и протянул руку, но вдруг что-то выскочило из автомобиля и бросилось на него, схватив за горло и прижав к стене.

Стей боролся с отчаянием безумца; но он напрасно пытался освободиться от Линг-Чу, чьи руки, как стальные тиски, сжимались вокруг его горла.

Глава 37

Тарлинг повесил трубку и с мучительным стоном опустился на стул. Он побледнел и мгновенно осунулся.

- Что с вами? - спросил Уайтсайд. - Кто это был?

- Сэм Стей. Одетта в его власти.

- Это опасно!

Уайтсайд замолчал. Лицо Мильбурга передернулось, когда он увидел отчаяние Тарлинга.

- Это уже чересчур, - сказал он.

Вновь зазвонил телефон. Джек схватил трубку и склонился над столом. Уайтсайд увидел, как в глазах Тарлинга мелькнули изумление и радость.

У аппарата была Одетта.

- Да, я, это я! Слава Богу! Где ты? С тобой все в порядке?

- Я в табачной лавке.

Наступила пауза: очевидно она спрашивала кого-то, как называется улица. Потом снова раздался ее голос, и она назвала адрес.

- Подожди меня там, я буду скоро. Погоди. Уайтсайд, поскорее достаньте машину! Как тебе удалось спастись?

- Долго рассказывать. Твой друг китаец спас меня. Этот ужасный человек остановился невдалеке от табачной лавки, чтобы позвонить по телефону, и тут, словно чудом, появился Линг-Чу. Он, должно быть, лежал на крыше лимузина, потому что я слышала, как он сошел сверху. Он помог мне выйти, привел меня в темную подворотню и сам лег на мое место в автомобиле. Но, пожалуйста, не спрашивай меня больше ни о чем. Я страшно устала.

Полчаса спустя Тарлинг уже был с ней и выслушал всю историю по дороге в госпиталь.

Когда Джек вернулся домой, Линг-Чу еще не было, но он встретил там Уайтсайда, сообщившего, что отправил Мильбурга в полицию. На следующий день был назначен официальный допрос.

- Никак не могу понять, что случилось с Линг-Чу? Ему уже давно следовало бы вернуться.

Была половина второго ночи. Тарлинг по телефону осведомился в Скотленд-Ярде - нет ли там каких-нибудь известий о китайце, но ничего не узнал.

- Конечно, возможно, - заметил сыщик, - что Стей поехал на автомобиле в Гертфорд. Этот человек - безумец, и очень опасен.

- Все преступники более или менее безумны, - с философским спокойствием заметил Уайтсайд. - Что вы скажете о показаниях Мильбурга?

Тарлинг пожал плечами.

- Трудно сделать окончательные выводы. Некоторые из его показаний, безусловно, верны, и я как-то убежден в том, что он не солгал в главном, но все-таки вся его история просто невероятна.

- У Мильбурга было время все это как следует обдумать, - предупредил Уайтсайд. - Хитрый тип! я ничего иного и не ожидал, как то, что он наплетет какую-нибудь дикую историю.

- Возможно, что вы правы. Но, несмотря на это, он, пожалуй, в общем сказал правду.

- Но кто же тогда убил Торнтона Лайна?

- Вы, видимо, так же далеки от решения этой загадки, как и я, и все-таки, мне кажется, я нашел ключ к отгадке, которая может показаться нормальному человеку фантастикой.

На лестнице послышались легкие шаги. Тарлинг поспешил к двери.

Вошел Линг-Чу - спокойный и непроницаемый, как всегда.

Его лоб и правая рука были забинтованы.

- Хелло, Линг-Чу! - сказал Тарлинг. - Где тебя ранили?

- Это не важно.

- Где Сэм Стей?

Линг-Чу - сперва зажег сигарету, погасил спичку и аккуратно положил ее в пепельницу.

- Этот человек спит на полях ночи, - просто сказал китаец.

- Умер?! - спросил пораженный сыщик. - Ты убил его?!

Линг-Чу глубоко затянулся, выпуская дым через нос.

- Он уже в течение многих дней был обречен на смерть, - сказал доктор в большом госпитале. Я один или два раза ударил его по голове, но не очень сильно, а он немного порезал меня ножом, но это не было страшно.

- Сэма Стея, стало быть, больше нет в живых? - задумчиво произнес Джек. - Тогда и мисс Райдер уже вне опасности.

Китаец улыбнулся, растянув губы до самых ушей.

- Благодаря этому еще многое объяснилось, потому что перед смертью он еще раз пришел в полное сознание и захотел, чтобы его признание запротоколировали. Большой доктор в госпитале послал за судьей или чиновником.

Тарлинг и Уайтсайд напряженно слушали.

Когда больной умер, секретарь наскоро переписал все на машинке и дал мне копию для того, чтобы я мог передать все своему господину. Одну копию он оставил себе, а оригинал получил судья.

Он вынул из кармана сверток, Тарлинг взял в руки объемистый протокол. Потом удовлетворенно посмотрел на Линг-Чу.

- Ты можешь спокойно сесть. Сперва расскажи мне обо всем, что случилось.

Китаец с легким поклоном взял стул и сел на почтительном расстоянии от стола. Тарлинг видел, что он почти выкурил свою сигарету и подал ему коробку.

- Ты должен знать, господин, что я - против твоей воли и без твоего ведома - доставил сюда и допросил человека с хитрым лицом. В этой стране так не делается, но я решил, что лучше всего было бы, если бы правда выплыла наружу. Я все подготовил к пытке, когда он сознался, что маленькая молодая женщина находится в опасности, поэтому я и оставил здесь его одного. Я не думал, что господин вернется до завтрашнего утра, и пошел к дому, где охранялась маленькая молодая женщина. На перекрестке у госпиталя я видел, как она садилась в машину. С большим трудом мне удалось догнать автомобиль. Я уцепился сзади и при первой же возможности взобрался наверх и лег на крыше плашмя. Кое-кто заметил меня и кричал об этом шоферу, но тот не обратил внимания.

Я долго лежал наверху. Машина выехала за город и вернулась в город, но прежде чем этот человек поехал обратно, он остановился, и я видел, как он очень злобно разговаривал с маленькой женщиной. Я уже хотел броситься на него, но маленькая молодая женщина потеряла сознание. Он поднял ее и снова положил в автомобиль. Потом поехал обратно в город и остановился у лавки, где был телефон. Пока он ходил туда, я спустился с крыши, вынул из автомобиля маленькую молодую женщину, развязал ей руки, проводил к воротам и сам лег в автомобиль на ее место. Мы долго ехали, потом он остановился у высокой стены. И тогда, господин, я выскочил, и мы стали бороться, - просто сказал Линг-Чу. - Я не сразу сумел справиться с ним, а потом мне пришлось нести больного. Мы подошли к полицейскому, который в своем автомобиле доставил нас в госпиталь, где перевязали мои раны. Тогда врачи подошли ко мне и сказали, что этот человек при смерти и желает видеть кого-нибудь, потому что у него на совести есть такое, что не дает ему покоя, и ему хочется облегчить свою душу. И он говорил, господин, и человек писал целый час, а потом этот больной отправился к своим предкам.