Борис Миронов - Страсти по революции: Нравы в российской историографии в век информации

Следовательно, следует оспаривать не 10%-, а 5–6%-ную поправку. Но это бесперспективно: официальная статистика урожаи занижала, а численность населения в пореформенное время завышала (главным образом вследствие двойного счета мигрантов) на 5–10%{229}. Уже только из-за этого сборы хлебов на душу населения являются дополнительно преуменьшенными на 5–10%.

Ввиду недостатка сведений по всей империи хлебный баланс рассчитывался по 50 губерниям Европейской России, при этом хлебный экспорт учитывался из всей империи (из-за невозможности определить, из каких губерний экспортировался хлеб). Между тем плодородные губернии, не входившие в число 50, — Кубанская, Ставропольская, Терская, Черноморская, Енисейская, Тобольская и Томская, обладали большими хлебными излишками, поступавшими на экспорт и в губернии с дефицитом хлеба. В 1894–1895 гг. только Кубанская, Ставропольская и Терская губернии давали около 9% всего экспортируемого из России хлеба, а в 1909–1913 гг. — 12%{230}.

Итак, возражения против поправок в сборы хлебов нельзя признать сколько-нибудь резонными.

Как лошади едва не съели русский народ. По утверждению рецензента, «самым слабым звеном» в моих расчетах хлебного баланса является заниженная фуражная норма для лошадей и необоснованная хлебная норма для людей (АО, с. 124, 128).

Нормы потребления хлеба и фуража рассчитаны на основе сведений кадастровых комиссий МГИ 1850-х гг., установивших категории работников, долю их в населении и нормы потребления ими хлеба{231},[23] и фуража{232}. В среднем в год на душу мужского пола — 258 кг, женского — 216 кг, для обоих полов — 237 кг в год; на одну лошадь — 2,5 четверти овса или около 50 кг на душу населения (табл. 11).

Таблица 11. Категории работников в деревне и нормы потребления ими хлеба в 1850-е гг. Категория едоков Пол едоков Возраст едоков Доля в населении, % Норма хлеба, кг Неработники м 0–13 38 143 ж 0–11 32 143 Полуработники м 14–17 8 285 ж 12–15 9 214 Работники м 18–59 47 356 ж 16–49 45 285 Полуработники м 60–64 3 285 ж 50–54 4 214 Неработники м 65+ 4 143 ж 55+ 10 143 Итого м — 100 258 ж — 100 216

Эти нормы мало изменились в пореформенное время. Министерство государственных имуществ и ЦСК до 1892 г. за норму на едока принимали 12,12 пуд. (199 кг) зерна и картофеля в переводе на зерно, с 1892 г. — 13 пуд (213 кг){233}. Известный экономист А.А. Кауфман оценивал реальное личное потребление хлеба на питание в начале XX в. в России в 12 пуд. на едока, в Германии — 14,2, во Франции — 12,3, в Англии — 9,4, в США — 7,2 пуд.{234}

В книге в табл. VI.8{235} приведен расчет потребного хлеба и фуража в год на едока — 287 кг (237 кг + 50 кг). А 18 кг — это дополнительное зерно, предназначенное для корма птицы и другой живности в крестьянском дворе, а также для ежегодного внесения в хлебные запасные магазины в размере полпуда на душу населения{236}. Сказанное в равной мере относится и к расчетам хлебного баланса для пореформенного времени в табл. VI. 12{237}. К сожалению, примечание, объясняющее расчеты в таблицах, при подготовке рукописи к печати было случайно удалено, а подлежащие (название соответствующих боковиков таблицы) в табл. VI.8 и VI. 12 остались без изменения.

«Справочная книжка русского сельского хозяина на 1883 г.» определила дневную норму овса для одной лошади в 8,8 фунта (3,6 кг), Временное правительство в 1917 г. — в 8 фунтов (3,3 кг), а Красная армия в 1921 г. — в 10 фунтов (4,1 кг). Рецензент полагает: именно эти нормы и нужно принять за эталон. В таком случае в год следовало расходовать соответственно 1314 кг (3,6 х 365), 1205 кг (3,3 х 365) или 1497 кг (4,1 х 365) на лошадь, т.е. в 4,7–5,9 раза больше, чем фактически шло на питание населения в начале XX в. — 254 кг{238}. Могло ли сельское хозяйство страны удовлетворить такую потребность?

Безусловно нет. В 1881–1890 гг. в 50 губерниях Европейской России в среднем в год собиралось 12,9 млн. т озимых и 14,7 млн. т яровых, всего 27,6 млн. т. Лошадей насчитывалось в 1880 г. 16,5 млн. и в 1890 г. — 18,0 млн{239}. Им на фураж по норме 1887 г. в 1314 кг требовалось 21,7 млн. т и 23,6 млн. т соответственно. Следовательно, лошади должны съесть 79–85% всего произведенного в стране зерна!!! А если взять нормы фуража Красной армии, то на фураж лошадей ушло бы 90% собранного зерна в 1880 г. и 97% в 1890 г. Вся Россия должна была бы вымереть. Лошади «съели» бы людей!

Откуда же такие высокие фуражные нормы? Это нормы для хороших кавалерийских или взрослых рабочих лошадей в дни больших физических нагрузок. Между тем в крестьянском хозяйстве лошади отличались выносливостью и скромностью в своих потребностях; их кормили овсом только в страдную для лошадей пору, да и тогда по нормам ниже идеальных. Кроме того, 20% всех лошадей приходилось на молодняк, кормившийся по другим нормам{240}.

По мнению А.О., не следовало включать овес в расчет продовольственного баланса (А.О., с. 124). С этим нельзя согласиться. Сведения о повсеместном и значительном употреблении овса в пищу крестьянами приведены в 9-й главе монографии{241}. Кроме того, когда хочется кушать, то и овес — прекрасная еда. Величина потребления овса изменялась по губерниям и зависела от структуры посевов, но всюду блюда из овса составляли обычную крестьянскую пищу.

Бюджетные исследования крестьянских хозяйств. Рецензент утверждает: по сведениям Н.Н. Кореневской, в пореформенное время земства обследовали около 10 тыс. крестьянских хозяйств: 6682 до 1901 г. и 3140 в 1901–1914 гг., а я использовал сведения только о 1717 (А.О., с. 134).

На самом деле, Кореневская упоминает 11 555 бюджетов, из них 7270 для периода до 1901 г., 4026 — для 1901–1914 гг. и 259 — для 1914–1917 гг.{242} По ее словам, далеко не все они содержали сведения о доходах и расходах крестьянских хозяйств; «многие материалы или вовсе не обрабатывались, или обрабатывались неправильно вследствие неправильных теоретических позиций»{243}. Ее поддерживает А.В. Чаянов: «в целом довоенная бюджетная практика ограничивалась только собиранием и элементарной обработкой бюджетных данных»{244}. Для правильной оценки соотношения доходов и расходов в крестьянском хозяйстве следовало отобрать адекватный задаче материал. Это сделала Комиссия 1901 г., результатами работы которой я и воспользовался. Она выявила 2822 бюджета по Европейской России, содержащих необходимые данные, но из них можно было воспользоваться лишь 1788 (из них 1717 относились к земледельцам), так как остальные имели дефекты (неполнота, умозрительный или выводной характер приводимых данных и др.){245}.

Относительно периода 1901–1914 гг. следует сказать: обработка 3045 бюджетов требует большого специального исследования, а это не входило в мою задачу. Впрочем, в тех случаях, когда необходимые данные имеются, они показывают: дефицита бюджета не наблюдалось. Например, обследование 243 крестьянских хозяйств Вологодской губернии в 1910 г. показало: крестьянам всех имущественных групп удавалось сводить расходы с доходами без дефицита{246}.