Наум Синдаловский - Книга Перемен. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре.

1924. Петроградом город назывался чуть менее десяти лет. В январе 1924 года умер основатель Советского государства Ленин. Смерть его всколыхнула большевистский энтузиазм трудящихся масс. Считается, что именно по их просьбе Петроград был переименован в Ленинград. Хотя понятно, что, скорее всего, процесс переименования был хорошо срежиссирован, а преждевременная кончина вождя революции просто была использована в идеологических и политических целях.

На фоне всеобщего ликования по поводу присвоения городу имени Ленина, как это единодушно подчеркивала советская пропаганда, явным диссонансом выглядела реакция городского фольклора на это переименование. Шаляпин в своих воспоминаниях «Маска и душа» пересказывает популярный в то время анекдот: «Когда Петроград переименовали в Ленинград, то есть когда именем Ленина окрестили творение Петра Великого, Демьян Бедный потребовал переименовать произведения великого русского поэта Пушкина в произведения Демьяна Бедного». Анекдот имел несколько вариантов, один из которых утверждал, что «следующим после декрета о переименовании Петрограда в Ленинград будет выпущен указ, по которому полное собрание сочинений Пушкина будет переименовано в полное собрание сочинений Ленина».

Абсурд происходящего был настолько очевиден, что в фольклоре появились попытки довести его до крайности. Вскоре после смерти Ленина, утверждает еще один анекдот, в Госиздате был выпущен популярный очерк по астрономии. Просмотрев книгу, Крупская, заведовавшая в Главполитпросвете цензурой по общественно-политическим вопросам, написала письмо в издательство: «Товарищи, ставлю вам на вид недопустимое политическое головотяпство. Предлагаю немедленно изъять эту книгу и выпустить ее в исправленном виде. И в соответствии с решением Совнаркома поменять название „Юпитер“ на „Ю-Ленин“».

Одновременно фольклор начал проявлять элементарную заботу о далеких потомках, которые будут гадать, в честь какой Лены город был назван Ленинградом.

Так или иначе, город был переименован. Буквально через полгода в Ленинграде случилось второе в истории города по высоте подъема воды наводнение. Нева превысила уровень ординара на 369 см. Ленинград был буквально затоплен. Одни восприняли наводнение как Божью кару за издевательство над именем города, в то время как другие сочли наводнение Божьим крещением. «Город утонул Петроградом, а выплыл Ленинградом», – говорили потрясенные ленинградцы.

Заданная инерция оказалась непреодолимой. Процесс, пользуясь современным расхожим штампом, пошел. Записные остряки использовали всякий подходящий случай, чтобы обогатить фольклор очередным именем очередного претендента на славу и бессмертие. При Брежневе Ленинград называли «Ленинград», при Андропове – «ПитекАндроповск», при Гидаспове – «Гидасповбург», при Собчаке – «Собчакстан» и «Собчакбург». Началась эксплуатация имени Президента Российской Федерации В. В. Путина. Петербург становится «Путинбургом». Рождаются новые анекдоты. Президента Соединенных Штатов Америки Джорджа Буша спрашивают о впечатлениях от встречи с Владимиром Путиным. «Мне очень понравилось в России, – отвечает Буш, – особенно, когда Путин свозил меня к себе на ранчо. У него очень хорошее ранчо: разводные мосты, каналы, белые ночи. Правда, от Москвы далековато».

В ряду таких совершенно конкретных топонимов появились и довольно расплывчатые формулировки типа «Ленинбург» или «ПетроЛен», то есть ни Ленинград, ни Петербург. Ни то ни се. Нечто среднее. Город Петра и Ленина одновременно. Сродни «Ленинградскому Петербургу» или даже «Санкт-Кавказии». Фольклор приобрел мрачноватый оттенок безнадежности. Город стал превращаться в «Ретроград» или «Град обреченный». Заговорили о Ленинграде – «городе дворцов и примкнувшей к ним культуры».

Но при всех правителях, в Москве ли, в Ленинграде, в ленинградский период петербургской истории питерцы остро чувствовали и четко различали разницу между названиями, обозначавшими тот или иной период. «Что останется от Ленинграда, если на него сбросить атомную бомбу?» – «Останется Петербург».

Моя мама родилась в Петрограде,Повезло мне: появилась в Ленинграде.В Петербурге родилась моя внучка.И при том мы земляки! Вот так штучка!

Отстояли ленинградцыВ дни блокады Петербург.Остается извинятьсяЗа такой вот каламбур.

Несмотря на официальную советскую идеологию, при которой история Ленинграда всегда и во всем превалировала над историей Петербурга, фольклор никогда на этот счет не заблуждался. «Какие три лучших города в мире?» – «Петербург, Петроград и Ленинград».

На болоте родился,Три раза крестился,Врагу не сдавался –Героем остался.

1991. Этот год красной строкой вошел в новейшую историю Петербурга. Волею большинства ленинградцев, выраженной 12 июня в ходе проведения общегородского референдума, городу было возвращено его историческое имя святого апостола Петра. Официальное признание произошло чуть позже. 6 сентября 1991 года Президиум Верховного Совета России на основания волеизъявления большинства граждан принял решение о возвращении исторического имени Санкт-Петербург.

Этому предшествовала нешуточная борьба. Достаточно напомнить, что буквально за несколько дней до референдума, 5 июня 1991 года, Верховный Совет еще существовавшего тогда СССР обратился к ленинградцам с просьбой сохранить городу имя Ленина. По одну сторону баррикад стояли коммунисты-ленинцы, которые создали комитет с тем, чтобы «оградить от любых попыток переименовать» Ленинград. По иронии судьбы заседания комитета проходили в Музее… обороны Ленинграда.

В Ленинграде один за другим проходили многолюдные митинги, участники которых, с одной стороны, несли решительные и непримиримые лозунги: «Меняю город дьявола на город святого», с другой – предлагали самые невероятные компромиссные, примиренческие варианты названия от «Неваграда» до «Ленинград Петроградович Петербург». В дискуссию включились озорные частушки:

Пишет Ленин из могилы:«Не зовите „Ленинград“.Это Петр Великий строил,А не я, плешивый гад».

Кстати, по воспоминаниям очевидцев, еще в 1978 году на памятнике Ленину у Финляндского вокзала появилась надпись: «Петр построил Петроград, а не ты, плешивый гад». Вспоминается и детская загадка: «Что будет, если из слова „Ленинград“ убрать букву „р“»?

В конце концов, победил опыт тысячелетий, записанный на скрижалях мирового фольклора. Любая, и самая многотрудная одиссея заканчивается Итакой. Блудный сын возвращается в родительский дом, и, как утверждает Библия, все возвращается на круги своя.

Остается напомнить об Авестийском календаре, согласно которому 96-летний период времени считается единым Годом Святого Духа. Так вот, в 1991 году, когда Санкт-Петербургу вернули его историческое название, исполнилось 288 лет, то есть трижды по 96 лет с момента его основания. О таких астральных совпадениях, утверждают современные звездочеты, забывать нельзя.

Примером реакции на возвращение городу его имени может послужить реклама одной из петербургских строительных фирм, предлагавшей питерцам квартиры в новых современных домах, построенных по индивидуальным архитектурным проектам: «Переезжайте из Ленинграда в Санкт-Петербург». Характерная деталь: в советский период в Ленинграде индивидуального жилищного домостроения практически не было. Массовое строительство велось по обезличенным типовым проектам.

Вокруг Петербурга

С высокой степенью вероятности можно утверждать, что общепринятое в современном мире понятие «пригород» появилось на Руси одновременно с возникновением Петербурга. Во всяком случае, аналоги этому удивительному явлению в градостроительной практике допетровской Руси найти трудно, если вообще возможно. В самом деле, издревле на Руси существовал ГОРОД, беспорядочные постройки которого окружались земляными валами, рвами с водой и обносились, то есть ОГОРАЖИВАЛИСЬ, крепостными стенами. Далеко за ними, разбросанные в бескрайних пространствах земли ЗА ГОРОДОМ, строились ЗАГОРОДНЫЕ резиденции царей, князей и боярской знати. Чаще всего эти поселения были наследственными, родовыми, принадлежали фамилии, то есть имени, и потому назывались имениями. Чем дальше они находились от города, тем самостоятельнее и безопаснее чувствовал себя в них владелец. Они были не ПРИ городе, а ЗА городом. ПРИГОРОДОВ же, как таковых, не было вообще.

Скорее всего, идея пригородов возникла в голове Петра во время его первого путешествия в Европу в составе знаменитого Великого посольства. Вернувшись в дикую азиатскую Московию, он вспомнил посещение пригорода Парижа – сказочного Версаля, впал в случайную сентиментальность и высказал сокровенное: «Если проживу еще три года, буду иметь сад лучше, чем в Версале у французского короля». Сказано это было на ассамблее в Летнем саду. Утром Петр собственноручно набросал указ о том, чтобы «беглых солдат бить кнутом и ссылать в новостроящийся город Санкт-Петербург». Днем на Обжорном рынке на правом берегу Невы, в виду крепости, Троицкой церкви и собственного первого деревянного одноэтажного домика-дворца, присутствовал при исполнении публичной казни. Позже полустриг-полувырывал бороды несговорчивым купцам. Забивал на смерть… Перешагивал через трупы… Время было такое. Места для сентиментальности в этом времени не было. А тут на тебе: «…буду иметь сад лучше, чем в Версале у французского короля».