Сесиль Рот - История евреев с древнейших времен по шестидневную войну

Битва при Лас-Навас-де-Толоса в 1212 г. окончилась внушительной победой христиан. Мусульманская угроза была сокрушена. В течение нескольких лет подвластная мусульманам территория сократилась до небольшого клочка земли. В силу этого положение евреев стало ухудшаться. Одержав победу, христианство не нуждалось больше в симпатиях меньшинства. Дипломатические посольства в мусульманские страны уже не имели того значения, что раньше. Даже мусульманская наука пошла на убыль, а с ней - значение еврейских ученых, воспитанных в мусульманских школах. Одновременно на Пиренейский полуостров начали проникать из Европы религиозная нетерпимость, крайний национализм, коммерческое соперничество. Более частыми стали политическая дискриминация и вспышки ненависти в массах. Правители все больше урезали привилегии, которыми евреи теоретически имели право пользоваться, хотя строгие законы не всегда претворялись на практике. Потребовалось довольно долгое время, чтобы страна прониклась новым духом, и в некоторых отношениях он никогда не был тут таким суровым, как в других местах. Однако с начала XIII века спокойствие предшествовавшей эпохи исчезло, и туча, покрывшая всю Европу, грозно нависла над древним еврейством Испании.

XIX. СОЦИАЛЬНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

1. Растущая угроза безопасности евреев сопровождалась изменением их экономического положения. В первоначальный период рассеяния они мало отличались в этом отношении от остального населения. Римские магнаты, покупавшие рабов-евреев после подавления очередного восстания, предназначали их в основном для работы в имениях. Многие евреи и после освобождения тем или иным способом из рабства продолжали заниматься сельским хозяйством, подобно своим единоверцам в Палестине, Вавилонии и Персии. Даже в Северной Европе до середины средних веков евреи не были целиком оторваны от земледелия. На юге небольшая часть еврейского населения постоянно была связана с землей.

Одна из причин, оторвавших евреев от земли, очевидна. Еврейские религиозные обряды, развивавшиеся в течение столетий, требовали дружественного окружения. С ростом религиозных предрассудков обособленная уединенная жизнь стала чрезвычайно неудобной, даже попросту опасной. Для обеспечения безопасности необходим был постоянный контакт с остальными евреями. Наконец, организация сельского общества на феодальной основе не оставила места для иноверца. Находившиеся в полурабской зависимости крестьяне являлись вассалами владельца имения и платили ему работой (барщина) или натурой (оброк). Владелец имения являлся вассалом барона, а тот, в свою очередь, вассалом более крупного барона или короля - вершины этой пирамиды, - которому прямо или косвенно служили все. Эта структура основывалась на приверженности к одной вере и скреплялась рядом религиозных обетов и клятв. Помимо того, во многих местах древней традицией, а позднее законом, евреям запрещалось владеть землей. Таким образом, в сельском обществе места для еврея не было, и его внимание поневоле обратилось к городу.

Иммигрант в уже населенной стране, естественно, с трудом может найти применение своим силам иначе, чем в городской жизни. В Римской империи евреев можно было встретить почти во всех слоях населения, но основу еврейской общины составляло сословие торговцев. Они, в основном, отвечали за ввоз зерна, позволявший обеспечить плебс "хлебом и зрелищами". Следует заметить, что основной центр евреев в столице империи был возле доков и что первые их поселения располагались вдоль торгового маршрута, соединявшего Рим с Египтом, житницей античного мира.

Раннее средневековье сузило широкий горизонт Римской империи, замкнув ее в национальных границах. Взамен старого строя пришло господство грубой военной касты. Международная торговля, особенно в странах Северной Европы, все больше оказывалась в руках слоя людей, не имевших собственной страны, но обладавших международными связями и владевших международным языком, необходимым для корреспонденции. Как мы видели, почти целиком в их руках находилась работорговля, считавшаяся в то время не более предосудительной, чем в наши дни торговля скотом. В юридических документах Франции и Германии IX века термины "еврей" и "торговец" употребляются почти как синонимы. Имеется внушительный список товаров, ввозившихся в то время евреями, начиная с апельсинов, сахара, риса, обуви и барабанов и кончая сиренью, которая, возможно, обязана своим появлением в Европе, в первую очередь, еврейским торговцам.

Ведущая роль евреев в западноевропейской торговле была утрачена в Х веке, с появлением итальянских торговых республик, особенно Венеции и Амальфи, которые быстро захватили монополию в средиземноморской торговле. Крестовые походы оказались последним толчком, оторвавшим евреев от коммерции. Последующие войны за обладание Святой Землей сблизили Восток и Запад больше, чем когда-либо со времен падения Римской империи. Возросло значение итальянских приморских городов-государств. В результате, они стали обеспечивать безопасность паломников в Святую Землю, а вместе с ними и купцов. Так появился мощный стимул для коммерции у западноевропейских народов.

Личные качества еврея, прежде являвшиеся его преимуществом, теперь оказались против него, так как он не мог пользоваться ни привилегиями христиан, с одной стороны, ни мусульман, с другой. Отсутствие личной безопасности делало более опасным его коммерческие предприятия. Наконец, средневековая организация торговли, как и сельского хозяйства и землевладения, не давала места для иноверца. В каждом городе куплей и продажей занимались только члены торговой гильдии, и посторонним не разрешалось конкурировать с ними. Но торговая гильдия была основана целиком на принципе единообразия. Это была общественная организация, а горожане не желали иметь общественных контактов с евреями. Имелись и некоторые религиозные обряды: цеховые богослужения, процессии, иногда собственная часовня, к которым евреи не имели доступа. Гильдии и цеха опирались на идею защиты местного жителя от чужака, а евреи, сколько бы поколений их предков ни жило в этом городе, всегда считались посторонними, вмешивающимися в чужие дела.

В мануфактуре и ремеслах положение было такое же. В первый период поселения в Европе евреи проникли и в эту сферу. Но у них было мало шансов по сравнению с неевреями, тем более, что церковное правило, направленное против подчинения христианина иноверцу, запрещало евреям нанимать работников-неевреев и тем самым расширять производство. Наконец, организация различных ремесленных цехов с их узаконенной абсолютной монополией на тот или иной вид производства опять-таки исключала всякую возможность проникновения евреев. В логичной, четкой, всеохватывающей организации городской и сельской жизни не было места, по крайней мере в Северной Европе, для "врагов веры Христовой".

2. Однако имелся один незаменимый вид экономической деятельности, о котором средневековое общество не позаботилось. Финансист, банкир или ростовщик (все эти термины фактически являются почти синонимами) необходим в любую эпоху, в которой господствует денежное хозяйство. Вместе с тем католическая церковь стала выступать против выдачи денег в долг под проценты на каких бы то ни было условиях. Действительно, Моисеев Закон, относившийся к пастушеской и земледельческой жизни в маленьких деревенских общинах, запрещал давать в долг "ближнему" ради выгоды. Нагорная проповедь в ее употребительном, но неверном переводе, предписывала верующим "давать, не ожидая ничего взамен" (действительное значение - "никогда не отчаиваться"). Того же требовал Аристотель, чей авторитет в средние века уступал лишь Библии. Постепенно и церковь заняла резко отрицательную позицию по отношению к ростовщичеству независимо от величины взимаемого процента. На III Лютеранском соборе, состоявшемся в Риме в 1179 г., всем тем, кто занимался этим позорным для честного христианина делом, было отказано в христианском погребении.

Фактически эта политика основывалась на ложном идеализме, и ее можно было бы оправдать, только если бы церковь предприняла какие-то шаги, чтобы нуждающиеся могли брать в долг без процентов. Лишь присутствие евреев сделало эту политику возможной, поскольку запрет носил религиозный характер и распространялся только на христиан. Таким образом, исключенные из обычного хода жизни, евреи нашли лазейку в этом, самом презираемом и непопулярном занятии. Раввинские авторитеты не одобряли его; когда речь шла о взимании процентов с братьев-евреев, они открыто запрещали делать это. Однако в конце концов они были вынуждены покориться обстоятельствам. К XIII веку большинство евреев в католических странах, за исключением Южной Италии и Испании, прямо или косвенно, независимо от своего желания, зависели от этого низкого занятия.