Министерство обороны РФ - Реформа в Красной Армии Документы и материалы 1923-1928 гг.

Совершенно наверно утверждение, что УВУЗ руководит военно-учебными заведениями вне прямого влияния заинтересованных управлений, в абсолютности для настоящего времени. УВУЗ входит в состав Главного управления РККА, где инспекции представляют интересы родов войск и оказывают непосредственное влияние на постановку дела военно-учебных заведений по своему роду войск.

Все остальные утверждения и предположения ВМИ НК РКИ вытекают из отмеченных выше неверных принципиальных установок и поэтому на деталях не останавливаюсь.

Отдельно следует остановиться на вопросе о Генеральном штабе, в отсутствии которого ВМИ видит один из недостатков системы управления НКВМ (пункт «а») и предлагает разработать вопрос о необходимости и формах организации Генерального штаба в наших условиях (пункт 5).

Что такое Генеральный штаб в буржуазно-демократических и монархических государствах (других примеров нет)?

Генштаб большинства армий состоит из особой категории офицеров, несущих специальную службу, которая заключается (по положению о русском ГШ): 1) в составлении дислокаций, маршрутов и диспозиций для боя и для движения; 2) производстве военных обозрений, съемок, рекогносцировок; 3) вождении колонн на театре войны вообще и на поле сражения в особенности; 4) избрание совместно с военным инженером позиций и пунктов для крепостей и укреплений; 5) выполнение военно-статистических, военно-исторических и военно-административных работ (Военная энциклопедия «Центральный штаб» стр. 235-237).

Высшие органы генеральных штабов (управление русского Генерального штаба, большой Генеральный штаб), в большинстве стран подчинялись и подчиняются (Польша, Италия) непосредственно монарху или президенту, т.е. пользуются полной независимостью от парламента в осуществлении милитаризма и империализма.

По мнению т. Фрунзе (о русском ГШ), «это была узко-кастовая группа, тщательно подбиравшегося из среды дворянства офицерства и благодаря своему диплому претендовавшая на руководство во всем военном деле» (Фрунзе, том 2, стр. 160).

Вот социальная и военная сущность генеральных штабов в прошлом и по сути дела в настоящем. Конечно, совершенно иного мнения держится А. Свечин и многие профессора «военного дела». В его представлении, командиры искони век это – «Гинденбурги, не внесшие в течение четырех с половиной лет командования ни одной поправки в предложения и планы начальника штаба Людендорфа» (Стратегия, 2 издание, стр. 237).

Необходимость ГШ как института особых специалистов в наших условиях А. Свечин обосновывает необходимостью: «согласовать, гармонизировать столь емкую, столь разнообразную, направляющуюся по стольким отдельным линиям (работу по подготовке к войне) может только Генеральный штаб, собрание лиц, выковавших и проверивших свои военные взгляды в одних и тех же условиях, под одним и тем же руководством, отобранных тщательным образом, связавших себя круговой ответственностью, дружными выступлениями, достигающих переломов в военном строительстве». Вот какова концепция мыслей о ГШ А. Свечина, которая находит приличное количество сторонников не только среди профессуры, но и среди ее питомцев.

Тут возникает много вопросов и, прежде всего, – почему для руководства военным делом требуется «особое собрание лиц» (надклассовое), «перед кем дружными выступлениями достигать перелом в военном строительстве» и т.п. Само собой разумеется, что не может быть никаких споров и сомнений относительно того, что в Красной Армии должно быть возможно большее количество [людей] с высшим военным образованием, что высший командный состав должен подготовляться в едином понимании целей, способов разрешения военных задач, но «собрания лиц, связавших себя круговой ответственностью и дружными выступлениями, достигающими переломов в военном строительстве» вне ВКП(б), истинного ГШ Красной Армии, нам не нужно. Не случайно Свечин в своей статье «Военное искусство в будущей войне» (Правда, 1 мая с.г.) обрушился на «злоупотребление революционным лозунгом в кампании [19]20 года», он жалеет о том, что тогда не было «особого собрания лиц», которые бы могли противостоять неправильному руководству со стороны политики по отношению к стратегии.

В отношении ГШ как органа центрального управления по руководству оборонной страны я совершено согласен с П.П. Лебедевым, что «руководить войной (в самом широком смысле) может только государственная власть, а не узковедомственный орган», таковым он называет СТО (при нем – моб. комитет).

Свечин же полагает: «Нужно не подобие парламента ведомств, отражающих все центробежные стремления, каким намечается мобкомитет, а Ген[еральный] штаб». (Стратегия, 2 издание). На это совершенно справедливо замечает Б.М. Шапошников, что «без парламента ведомству не обойтись ныне и во всяком случае ни ГШ, ни доверенные агенты не могут его заменить и быть цементом всей подготовки страны к обороне» (Мозг армии, стр. 198).

Непонятно, что понимает под Генеральным штабом ВМИ, но поскольку наряду с просвещенными профессорами ВМИ поднимает вопрос о Генеральном штабе, я бы считал необходимым, чтобы этому вопросу было дано правильное политическое освещение, полагая, что проводимая по этому вопросу точка зрения нашей академии вредна и политически безграмотна.

Я считаю, что всякие разговоры о каком-то особом институте командного состава (Генштабе) у нас, в Красной Армии не может быть разговоров. Что касается структуры центрального аппарата, то в составе его мы имеем два штаба – собственно штаб, ведающий вопросами подготовки армии к войне и оперативным использованием войск, и Главное управление, ведающее всеми вопросами личного состава РККА и обучением сухопутных войск. Превалирующее, объединяющее значение собственно Штаба РККА среди других органов управления НКВМ определяется его функциями. Но не только Штаб РККА ведет работу по подготовке страны к обороне, он главным образом разрабатывает требования, предъявляемые со стороны вооруженного фронта; работу ведут и должны вести ВСНХ и другие наркоматы. Военная комиссия СТО, Штаб РККА и мобилизационный отдел ВСНХ – вот военный Генеральный штаб в наших условиях.

Начальник Главного управления РККА Левичев

РГВА. Ф. 33987. Оп. 1. Д. 591. Л. 264-269. Подлинник.

№180 Приказ №326 РВС СССР о введении в действие Боевого устава артиллерии (часть II)

25 июня 1927 г.

Ввести в действие объявляемый «Боевой устав артиллерии» РККА, ч[асть] II, изд. 1927 г. (Б. ус. а. [19]27).

Боевой устав артиллерии содержит в себе указания о боевом применении артиллерии и политической работе в различных видах боя и охватывает деятельность артиллерийских частей и подразделений в рамках дивизии и корпуса.

Основа целесообразного применения артиллерии заключается в самом тесном взаимодействии артиллерии с пехотой. Взаимодействие обусловливается: а) боевым распределением артиллерии в строгом соответствии с расчленением боевого порядка войсковых соединений; б) надлежащей организацией связи артиллерийских групп и батарей с поддерживаемыми подразделениями пехоты и в) своевременной и действительной поддержкой пехоты артиллерийским огнем.

Задачи, возлагаемые на артиллерию, должны строго сообразоваться с наличными средствами и временем. Реальный план использования артиллерии надлежит строить, исходя из действительного количества орудий и снарядов к ним. Знание свойств артиллерии, обязательное для всех командиров РККА, и неуклонное стремление сосредоточить усилия в направлении главного удара за счет экономии сил и средств на второстепенных всегда подскажет общевойсковому командиру правильное решение.

Устав не дает шаблонов и его указания должны применяться с максимальной гибкостью и строго сообразоваться с условиями обстановки. Активность и революционная сознательность артиллерийских командиров и бойцов, сочетаемые с постоянным стремлением всемерно поддержать пехоту и облегчить тяжесть выполняемых ею задач – залог успешной работы артиллерии и общевойсковых соединений.

Народный комиссар по военным и морским делам и председатель Революционного военного совета СССР Ворошилов

РГВА. Ф. 7. Оп. 5. Д. 193. Л. 106. Заверенная копия.

№181 Циркуляр РВС СССР об окончательном утверждении плана национальных военных формирований

№078126

27 июня 1927 г.

Сов. секретно

Революционные военные советы округов нередко возбуждают ходатайства о расширениях плана национальных формирований или же поддерживают такого рода ходатайства со стороны правительств местных республик.

В качестве основных мотивов этих ходатайств приводятся заявления, что план национальных формирований не охватывает всех автономных республик, а в пределах отдельных республик захватывает только небольшую часть призывного контингента.